Чтение онлайн

– Интеллект - он бесконечен, - так завершил свою блистательную лекцию профессор Пайн, а пронзительный звонок как бы поставил заключительную точку.

Студиозусы разбрелись в разные стороны; Энди, Алекс и Тайтус притормозили у перекрестка улиц, а немного спустя, пока Энди глотал в себя смертоносный дым отечественных сигарет <Коссак>, к ним подошел улыбающийся от уха до уха Орсон.

– Привет, черти! Слышали бороду насчет смерти инженера Кроули?

Вампы старательно постарались выглядеть полными идиотами.

– А кто такой инженер Кроули?
– пожал плечами Алекс.

– Ну вы, кренделя, даете, - у Орсона был своеобразный диалект.
– Инженер Кроули - одна из выдающихся личностей нашего времени. Он помогал разрабатывать процессор <Тритон> 15 лет назад и руководил группой по созданию процессора <Тетартон> 11 лет назад. Но в этом процессоре была обнаружена ошибка, Кроули начал пить, и его поперли из лаборатории. Но тут, в нашем городе он продолжил свою гениальную работу, объединившись с профессором Хайделлом, профессором Шварцхельмом, и я тоже принимаю участие в этом проекте. Наша работа - процессор существенно нового поколения <Гебдомон>– почти подошла к концу... И тут такая борода!

<Борода> в данном случае, очевидно, означала <несчастье>. Энди, глядя в сияющее, жизнерадостное круглое лицо Орсона, подумывал, не придется ли им заодно убирать этого туповатого снаружи, но гениального внутри сотоварища.

– А в чем заключается это существенное отличие нового процессора? как-то напряженно спросил Тайтус.

– О!!! Это большой секрет, - отрицательно замотал лопоухой головой Орсон.
– Но вам скажу маленький секрет - все основывается на явлении необычно высокотемпературной сверхпроводимости, которое открыл Хайделл. Но больше никому ни слова! Сейчас каждый третий из нас - скрытый враг.

Лицо Орсона выражало серьезную обеспокоенность.

Глава 20. Что-то непонятное

Небо основательно затянуло грозовыми тучами, и Тайтус, смертельно боявшийся радиоактивного дождя, пару раз посмотрел на небо, хотя механический бесполый голос из <Юнипака> делал прогноз о полном отсутствии каких-либо осадков. Людей на улицах осталось считанные единицы, как с наступлением вечера, а потому диг и два вампа свободно пробирались через общественный рынок. Тайтус почему-то приостановился у прилавка, где продавали детские игрушки по весьма неутешительным ценам, чем привлек внимание широкоплечего грязнокасочника, катившего велосипед, у которого начисто отсутствовали обе педали. <Может быть, - подумал лирически настроенный Алекс, - у дигов очень несчастное детство, лишенное родительской ласки и красивых забавных игрушек... Но у кого в наше время счастливое детство?> Алекс тяжко вздохнул. Энди Эйнджел думал совсем о другом: его мысли были заняты проггерами. Где бы ему достать такую книгу о проге, чтобы ее смог понять самый тупой студент, хотя и не тупее профессора Пайна? Энди хотел спросить об этом Тайтуса, но не решился.

Между тем небо чернело и чернело, как будто и в самом деле наступала ночь. Когда наша троица медленно подошла к каменной лестнице, диг остановился, он явно не собирался подниматься по ней, о чем вампы как-то позабыли. У подножия лестницы клубился какой-то белый, абсолютно непрозрачный туман.

– Хе! Это, наверное, новое химическое оружие, - предположил Алекс.

Энди попытался молча штурмовать химерное препятствие, но тут из тумана показались три подозрительные фигуры в необычных одеяниях. Посредине выступал в каком-то черном балахоне щуплый низкорослый мужчина с поразительно бледным лицом, бездонными глазами и отвратительно черными-пречерными волосами; другой растительности на его лице не было и в помине, как у девушки, но в этом не давало усомниться его повелительное поведение и что-то еще, недоступное осмыслению. Казалось, что этот мужчина соткан из двух цветов - черного и белого. По правую руку его находился скуластый хитроглазый мальчуган лет двенадцати, или даже меньше. Мальчонка также кутался в черный плащ, а на ремне предупредительно болтался кинжал в ножнах. Крайний слева, высокий мужчина, держал в правой руке длинный тяжелый меч, и черное острое лезвие, украшенное затейливым орнаментом, было приставлено как раз к сердцу смелого Энди.

– Остановись, Владо, - сказал низкорослый, казавшийся недоразвитым, мужчина, и друзья поразились нечеловеческой мелодичности его голоса.

– Как скажете, Вирт, - послушно отозвался меченосец, но острие на всякий случай осталось напротив груди вампа. Энди, стоявший ближе всех, заметил, что губы незнакомцев не двигаются соответственно произносимым словам, и понял, что дело не обошлось без телепатии. Мужчина посредине, по всей вероятности, имел изменения в генной структуре, наиболее опасные для общества, то есть был сайком, а его спутники - всего лишь его безропотными слугами, подчиненными извращенному разуму.

А если перед ними сайк, то жизнь студиозусов, к сожалению, подошла к концу.

– Вот видишь, Финк, это было совсем легко, - сайк Вирт положил руку на плечо мальчику; тот молча кивнул головой, не в силах вымолвить ни слова.

Странное трио повернулось к вампам спинами и исчезло в тумане, густом, как молоко. А через мгновение налетел ветерок, кромсая и разрывая сгусток тумана на части. Туман рассеялся и... на ступенях никого не было! Алекс недолго думая выругался по этому поводу.

– Это был сайк?
– спросил Энди у дига, но тот не ответил.

– Я видел сайка, а этот мутант совсем не похож на него, - сказал Алекс.
– Вы заметили, какие у него зубы? Мелкие-мелкие, как у... ну, вы сами знаете, у кого.

Энди напряг зрительную память и только сейчас понял, что блестело под фиолетовым плащом таинственного Владо - это была сплетенная из металлических колец рубаха, которую носили воины в очень древние времена.

– А у мальчишки на руке было шесть пальцев, - делился своими впечатлениями Алекс.
– Тоже мутант.

– Наверное, мы стали жертвами психического воздействия.

– Нет, - сказал Тайтус, - это был не сайк. И я не поддаюсь психическим воздействиям.

– Так что же это было?!

– Я не верю в путешествия во времени, - загадочно ответил Тайтус.

Грозовые тучи исчезали, становилось все светлее. С неба не упало ни капли.

?????

Возле лестницы пути их и разошлись. Алекс сказал, что идет собирать дистанционное устройство для подрыва машины Хайделла, и попросил полного одиночества для концентрации мыслей. Энди и Тайтус долго наблюдали, как Алекс взбирается по каменным ступенькам. Когда вамп вскарабкался на самый верх, он увидел безрукого и безногого калеку с отвратительным горбом за спиной. Сей несчастный, прислонившись к дереву, безмятежно спал. Алекс неслышно подошел к грязной шапке попрошайки, лежащей на пыльном асфальте, быстро наклонился и выгреб из нее целую горсть мелких монеток - весь <улов> за утро. Когда Алекс ссыпал мелочь в карман, то испытал какое-то странное горькое чувство разочарования.

Тайтус и Энди все еще стояли у основания лестницы.

– Не хочешь пойти со мной в одно место?
– спросил вамп, сминая в руке пустую пачку из-под сигарет. Он, однако, не бросил ее под ноги, а отошел к переполненной мусорной урне и аккуратно опустил туда пачку.

– Я еще несовершеннолетний, - почему-то сказал Тайтус, потом он повернулся и стал удаляться в сторону сумасшедшего дома, ступая своей особой походкой дига.

Энди остался в полном одиночестве. Услышав тренькающие звуки звонка, он пропустил грязнокасочника на велосипеде, который с разгона попытался преодолеть лестницу. Это закончилось тем, что страж порядка приобрел несколько шишек, а велосипед потерял несколько спиц. Энди, сопровождаемый грязной бранью грязнокасочника, тихо ушел.

Глава 21. Любовь и смерть. А еще много сигарет

Джин, скромная продавщица сигарет, жила в старом четырехэтажном доме с необычной, кое-как достроенной позднее, крышей. Когда-то у этого дома было девять этажей, но во время Всемирного Конфликта в соседнем, в ста милях, городе враги отечества взорвали атомную электростанцию мощностью пятнадцать гигаватт. Теперь в том месте была огромная смертоносная воронка, а в нашем городке после прошедшей ударной волны не осталось ни одного высотного здания. Дому, в котором поселилась подружка Энди, повезло: он всего лишь сократился в два раза, а над истерзанными останками заботливая мэрия возвела некое подобие крыши.