Чтение онлайн

– Гражданин, не двигайся, иначе ты будешь уничтожен! Подними руки вверх с раскрытыми ладонями!

Также к месту трагедии подкатило четверо велосипедистов, у каждого был разрядник. Бронированный фургон мягко завис в дюйме от асфальта, боковая панель откинулась, и из металлического чрева показался краснолицый старикан в военной форме с нашивками полковника.

– Полковник Ладислос! Какая честь, - дружелюбно приветствовал старого знакомого Гордон.
– Вы меня ловили слишком долго, я уже успел заронить семена веры в добрый десяток заблудших душ...

– Из этого десятка шестеро написали доклады <куда следует>, а один прицепил тебе на одежду радиомаячок, Гордон. Тебе, видно, плевать на запреты проповедовать. А побег из тюрьмы еще более усугубит твое положение на суде. Трубить тебе теперь два года в <Легионе смерти>, и не за ракетным пультом, а в штрафном батальоне, будешь хлебать радиоактивное дерьмо и дышать зачумленным воздухом...

Улыбка исчезла с лица внезапно побледневшего Гордона.

– Но, полковник, закон запрещает дважды проходить службу в <Легионе смерти>...

– Законы не для людей, а для судей, - поучительно улыбаясь в свою очередь, сказал полковник Ладислос.

– Хорошо. Но только мне необходима камера-одиночка с красивой молодой девушкой, - мрачно пошутил патер, алкоголь все еще дурманил ему голову.

– Для тебя - хоть две, и на всю ночь!
– полковник весело махнул седым чубом.
– Полезай в фургон!..

?????

Слова полковника не были пустым звуком - Гордона посадили в холодный, как морг, карцер. А ровно в полночь у него появились гости - две молодые красивые девушки со стальными холодными глазами. У каждой в руке была обычная деревянная дубинка... После бурной ночи патер Гордон две недели не мог поднять на ноги свое истерзанное тело.

Глава 24. Профессор Хайделл

– Как вы знаете, наука, а в частности, технология создания микропроцессоров, если вы знаете, что это такое, шагает буквально десятимильными шагами вперед, - сказал профессор Хайделл, колючими глазами осматривая зевающих и даже продолжающих спать студентов.
– Кто из вас знает, какие основные проблемы создания новых процессоров?

Юный гений с немного тупой рожей по имени Орсон мгновенно поднял руку:

– Постоянно растущее количество единичных полупроводниковых элементов в процессоре, и вследствие этой бороды - постоянный рост линейных размеров процессора.

– Ну что же, Орсон, вы правильно назвали одну из важнейших проблем современной микроэлектроники, - похвалил профессор Хайделл. Орсон глупо улыбнулся и спросил:

– А что я заработал: четыре или пять?

Но профессору некогда было отвлекаться на разные мелочи. Вообще-то у него был какой-то странный говор: он вставлял после слов лишние согласные, которые хоть и не затрудняли понимание, но вызывали излишнее оживление среди студенческого коллектива.

– Если вы знаете закон Мура-Хайделла, то все же запишите вместе со всеми его формулировку: Каждые три года сложность процессоров, то есть количество транзисторов в нем увеличивается в 2,5 раза, а быстродействие процессоров каждые семь лет увеличивается в 3 раза. Еще никто не объяснил причину такой закономерности, но она отлично подтверждается статистическими данными!

Хайделл торжественно ходил между рядами гнилых столов, но неожиданно он наклонился к уху ровно сидевшего Энди и интимно прошептал ему на ухо: <Принесите мел, пожалуйста!> Энди в этот момент рисовал в тетради автомобиль, взлетающий в воздух посредством взрыва из-под днища; застигнутый врасплох, он вздрогнул, натянуто улыбнулся.

– Извините, что вы сказали?

– Принесите мел, пожалуйста, - пробормотал Хайделл, как ни в чем не бывало продолжая лекцию.

Энди легким движением плеча скинул навалившуюся на него томно похрапывающую Софи; она упала влево, на презрительно скривившегося Молчуна, и невнятно выговорила: <Полегче, друзья мои!> Когда вамп вернулся с килограммовым куском белого кирпича (выдранным из стены за неимением мела), Хайделл поблагодарил (<Как раз буквально хорошо!>) и нарисовал на некогда бывшей черной доске кусок параболы.

– Но самая главная проблема - увеличение быстродействия чипов. Увеличение тактовой частоты внутреннего тикера влечет за собой усиленный нагрев процессора. Для уменьшения выделяемой теплоты понижается напряжение логической единицы, что, в свою очередь, увеличивает сбойность <железа>, частоту появления ошибок.

Слово <ошибок> Хайделл произносил как <ошибокл>.

– В общем, полупроводниковые процессоры имеют так называемый битовый барьер. Например, последний процессор <Гекстон>, выпущенный четыре года назад, включает почти три миллиона транзисторов и имеет быстродействие буквально 20 миллионов операций в секунду. В прошлом году фирма представила усовершенствованный вариант - <Гекстон Плюс>, имеющий соответственно параметры четыре миллиона транзисторов и 24 миллиона операций в секунду. Если вы сопоставите эти данные с законом Мура-Хайделла, то увидим наглядное отклонение от прогноза буквально не в лучшую сторону.

Профессор Хайделл равномерно ходил между столами, студенты послушно скрипели разнообразными пишущими средствами в тетрадях.

– Для нового скачка в производстве микропроцессоров необходимо новое, качественное изменение в технологии...

– Вы имеете в виду вакуумные процессоры?
– подал голос высокий студиозус, Лекс, черные волосы которого стояли дыбом и создавали впечатление еще большей вытянутости его вверх.

– Нет, вакуумными чипами пока безуспешно занимается преподаватель Пи-Пи, я же говорю о процессоре с высокотемпературной сверхпроводимостью, который создавался в течение долгих месяцев мною, инженером Кроули и профессором Шварцхельмом. Вот перед вами <Гебдомон>, процессор буквально нового поколения!

Хайделл вытянул руку, на неестественно плоской ладони чернела матовая коробочка с платиновыми ножками контактов, расположенными вдоль краев в несколько рядов. Кто-то из впечатлительных студентов ахнул, кто-то засмеялся.

– Внутренности <Гебдомона> сделаны полностью из висмутосодержащей керамики, изготовленной уникальными методами молекулярного манипулирования. Количество транзисторов в <Гебдомоне> около десяти миллионов, а количество операций в секунду...
– Хайделл сделал эффектную паузу, - миллиард операций в секунду!

Алекс недоверчиво присвистнул, в аудитории пошел гулять незапланированный гул, который был резко оборван звуком, ласкающим слух всякого учащегося - звуком звонка на перемену.

– Сэр, вы уже послали в Академию Наук доклад о вашем изобретении? крикнул с места высокий студент, несмотря на то, что все вокруг спешили к выходу.

– Нет, мы сделаем это буквально на днях. Это будет иметь большое значение для построения систем искусственного интеллекта...

Алекс, Тайтус и Энди с Софи облюбовали обласканное солнышком местечко неподалеку от Университета. Энди устроил во рту очередную сигарету, в который раз проклиная себя за эту вредную привычку. Софи внезапно глупо захихикала, покрутила толстым задом и сказала:

– Друзья мои, я покидаю Энди. Он слишком молчалив, а мне необходимо живое, откровенное общение.

– Ну давай поговорим о том, - хмыкнул нисколько не огорчившийся Энди, - что ты по утрам бреешь ноги мужской бритвой...

По длинноносому лицу Софи пошли красные пятна, почему-то она залепила пощечину Тайтусу, после чего демонстративно покинула это сообщество трех заговорщиков. Диговские непроницаемые очки упали на асфальт, но не разбились; Тайтус с закрытыми глазами поднял их и водрузил на место. Алекс, дождавшись тишины, извлек из кармана целый моток разноцветных проводов.