Чтение онлайн

Таким образом, оказывается, что труд сыграл решающую роль в возникновении человека и выделении его из мира животных.

Когда мы говорим о труде, мы, разумеется, всегда имеем в виду общественный труд. Только в коллективе, только в обществе и мог осуществиться процесс очеловечения обезьяны, только в коллективе первобытный человек мог отстоять свое существование.

Как уже указывалось выше, обезьяньи предки человека были стадными существами. В процессе очеловечения обезьянье стадо превращалось в человеческое общество. Труд объединял и скреплял человеческий коллектив. Хранение и добывание огня, рытье ловчих ям, рубка деревьев каменными орудиями и переноска их для устройства землянок, облава на крупного зверя и т. д. — все эти трудовые процессы были не по силам одному человеку или отдельной человеческой семье в далекие, доисторические времена.

Да и борьба со страшными хищниками, которые угрожали доисторическому человеку, — с тиграми-саблезубами [15] , пещерными. медведями, львами и т. п. — могла вестись только тесно сплоченным общественным коллективом.

С какого же момента мы можем говорить о существовании человека и человеческого общества? Энгельс дает на это совершенно ясный ответ. «И в чем же опять мы находим характерный признак человеческого общества, отличающий его от стада обезьян? — говорит он. — В труде» [16] . Следовательно, там, где мы находим труд, там налицо человек и человеческое общество.

Но когда мы вправе говорить о существовании труда? Ведь труд свойствен как будто не только человеку. «Трудятся» ведь и пчела и муравей.

Зачатки трудовых процессов наблюдаются у некоторых высших животных, которые «трудятся» при помощи найденных или поднятых случайно палок и камней. Мысль об этом впервые была высказана Марксом и впоследствии нашла себе подтверждение в исследованиях многих ученых. В опытах советских ученых шимпанзе и горилла, стараясь раздобыть пищу, подвешенную к потолку или положенную в ящик, после разных попыток пускали в ход подставки из ящиков, палки и т. д. Однако все это еще не является настоящим трудом.

Все действия этих обезьян носят еще полуинстинктивный характер. Животные, даже самые высшие, не умеют трудиться — в нашем, человеческом смысле.

Где же начинается человеческий труд? «Труд, — говорит Энгельс, — начинается с изготовления орудий» [17] . Следовательно, с того момента, когда появляется существо, изготовляющее орудия, перед нами налицо человек и человеческое общество. С тех пор, когда наш предок, ископаемый антропоид, стал «животным, производящим орудия», с тех пор перед нами уже не обезьянье стадо, а человеческое общество, пусть сохранившее еще много следов стадности, но тем не менее выделившееся уже из животного мира. Отличительным признаком человека, древнейшим памятником человеческой культуры являются искусственные орудия.

Группа древних людей — неандертальцев. (Реконструкция).

Питекантроп найден на Яве, как и гейдельбергский чело век, без всяких орудий. Но у синантропа, очень близкого к питекантропу, уже найдены, пусть очень грубо оббитые, но искусственные орудия и зола — след пользования огнем. Следовательно, питекантроп и синантроп это уже люди, пусть еще и не очень далеко ушедшие от своих предков — обезьян, но уже отделенные от животного мира непроходимой пропастью.

Разумеется, и питекантропа, и синантропа, а тем более неандертальца отделяют от ископаемого обезьяньего предка десятки и даже сотни тысячелетий, пока от случайного употребления острого камня или тяжелой дубины человекоподобные существа не дошли до изготовления простейших орудий из дерева и камня.

Человеческое общество и культура существуют с того времени, как появился труд, с того времени, как труд сделался необходимым условием существования наших предков, иначе говоря, с появления выделившегося из мира животных человека.

Ведь культура в широком значении слова и есть все то, что создается человеческим обществом в процессе активного воздействия на природу, в борьбе за овладение силами природы и господство над ней, в непрерывных попытках людей облегчить свой труд, сделать свою жизнь радостнее и полнее. Какие-то зачатки культуры должны были существовать даже у обезьянолюдей. Чем дальше человек уходил от своих обезьяньих предков, чем сильнее в борьбе человека с природой изменялась его собственная природа, тем выше становилась его культура.

Ученые делят историю человеческой культуры на три основные стадии, или периода: дикость, варварство и цивилизацию.

Под цивилизацией подразумевают такую эпоху в истории культуры, когда у человечества уже появляется письменность. До нее в рамках частной собственности вырастали эксплуатация и классовая борьба, когда, наконец, складывается государство. Начало цивилизации относится к сравнительно недавнему времени (шесть-семь тысячелетий до наших дней). В течение десятков тысячелетий до этого времени человечество не знало ни настоящей письменности, ни развитой частной собственности, ни государства. Две эпохи, на которые делят этот предшествующий период, получили название дикости и варварства.

ОТ ДИКОСТИ К ВАРВАРСТВУ

«Дикарь» в просторечии означает человека, лишенного всякой культуры, существо, недалеко ушедшее от животных, — «дитя природы». Но мы уже знаем, что такого человеческого общества, которое не имеет или не имело культуры, историческая наука не знает. В науке дикарями называют людей, стоящих на очень низкой ступени культурного развития, не знающих еще ни земледелия, ни глиняной посуды, ни оседлости и ведущих бродячий образ жизни. Дикость — эпоха, когда человечество жило еще преимущественно присвоением готовых произведений природы.

Самые отсталые дикари, каких только знает этнография, жили в Австралии, в степях и кустарниковых зарослях, куда их оттеснили белые колонизаторы. Однако и туземцы Австралии уже далеко ушли от низшей ступени дикости.

Австралийцы живут племенами, то есть обществами, в которых все члены связаны между собой более или менее близким родством. Члены племени считают себя потомками общих предков, говорят на одном языке или наречии, имеют общие обычаи, предания и верования. Каждое племя состоит из нескольких сот человек и имеет довольно сложную организацию. Да и орудия австралийцев, как они ни грубы, все же не могут быть отнесены к наиболее первобытным. Словом, как ни низка культура австралийцев, но они и в физическом отношении, и по своему духовному развитию, и по своему общественному строю не могут дать нам представления о настоящей первобытности. Первобытную, то есть древнейшую, культуру наука находит не у современных живых людей земного шара, а у ископаемых людей, от которых сохранились лишь костные остатки и вещественные памятники, находимые в земле.

Теперь можно считать твердо установленным, что заря человеческого общества относится к началу ледникового периода.

Мы уже знаем, что этот период характеризуется необычным распространением ледников, или глетчеров, сползавших в Европе до Италии и покрывавших в Азии почти всю Сибирь.

Земля наша выглядела тогда совсем иначе, чем теперь. Значительная часть Европы, Азии и северной Африки была скована льдом. Тогда еще не существовало Гибралтарского пролива, Британия еще не была отделена от материка, а Черное и Каспийское моря сливались в одно могучее море, покрывавшее огромные пространства нашей равнины вплоть до Аральского моря.