Чтение онлайн

Глядя на орудия каменного века, мы особенно глубоко можем понять всю справедливость слов Ленина: «Никакого золотого века позади нас не было, и первобытный человек был совершенно подавлен трудностью существования, трудностью борьбы с природой» [6] .

Раскопки археологов показали, что отдельным эпохам древнекаменного века соответствовали не только определенные типы орудий, но и определенный тип ископаемого человека и его культуры. Рядом с костями неандертальцев, например, неизменно обнаруживаются каменные орудия мустьерской культуры, иногда ашёльской, а в культурных слоях более поздних ориньякского, солютрейского и мадленского типов неизменно обнаруживались кости ископаемого нового человека. Не было таких случаев, чтобы в слоях, сохранивших свое неизменное положение, то есть не исковерканных землетрясением, обвалом или размывом, — кости ископаемого нового человека были найдены с орудиями шёльской культуры или чтобы у неандертальцев была обнаружена пещерная живопись. Установление правильности в сочетании определенных признаков в развитии человека и его культуры является одним из величайших достижений науки о предисторическом прошлом человечества.

Таков тот костный и каменный архив, с которым приходится иметь дело исследователям, пытающимся проникнуть в глубь тысячелетий, о которых люди не сохранили никаких, даже самых смутных, воспоминаний. Много остроумия, догадливости, осторожности и кропотливости потребовалось от ученых, ставящих перед собой задачу прочтения таких маловразумительных, таких неразборчивых, на первый взгляд, документов, как кости и камни. Немало ошибок было в этой грандиозной работе. Немало еще спорных и неразрешенных вопросов стоит перед исследователями в этой трудной области. Однако, говоря словами нашего поэта Некрасова, «гений и труд человека дивное диво творят». И в вопросе о происхождении человека и человеческого общества наука сделала такие успехи, о которых даже и мечтать не могли люди, жившие сто-полтораста лет тому назад.

Сводя воедино факты, добываемые археологией, этнографией, антропологией и рядом других наук, историки научились проникать в глубь таких времен, в которые ни о какой письменности не могло быть и помину. Изучая великий каменный и костный архив, оставшийся от первобытного человечества, историки оказались в состоянии в общих чертах восстановить картину быта и культуры тех наших ископаемых предков, которые во всех отношениях были еще более отсталыми, чем самые отсталые из сохранившихся дикарей, но которым, однако, принадлежат самые трудные шаги на пути, ведущем от обезьяны к современному человеку.

Ни история, ни этнография не знает таких случаев, когда люди долго жили бы в одиночку или даже совершенно отдельными семьями. За исключением каких-нибудь редких случайных катастроф, люди везде и всегда жили обществом. Вот почему, когда мы говорим о происхождении человека, мы должны помнить, что речь идет о происхождении человеческого общества..

Было бы наивно представить себе, будто человечество произошло от одной какой-то пары предков, как это рисуется в библии.

Первобытные люди так же не были Робинзонами, как и современные люди. «Наши обезьяноподобные предки, — говорит Энгельс, — …были общественными животными; вполне очевидно, что нельзя выводить происхождение человека, этого наиболее общественного из всех животных, от необщественных ближайших предков» [7] .

Как с полной убедительностью показали исследования ученых, наблюдавших жизнь обезьян в естественной обстановке, высшие обезьяны живут не отдельными семьями, как предполагали раньше некоторые естествоиспытатели, а стадами. Гориллы и шимпанзе оставляют на своих ночных стоянках целые группы гнезд, иногда по нескольку десятков.

Вполне очевидно, что и обезьянолюди, развившиеся из ископаемых антропоидов, должны были вести общественный образ жизни. Да и невозможно, кроме того, представить себе, чтобы выделявшийся из царства животных человек, не наделенный ни сильными средствами защиты, ни особенной физической силой, ни большой плодовитостью, какие мы находим у других животных, был в состоянии в одиночку выжить и размножиться в тех суровых условиях, в которые он был поставлен природой.

В своем письме к русскому писателю прошлого столетия П. Лаврову от 17 ноября 1874 года Энгельс пишет: «По моему мнению, общественный инстинкт был одним из важнейших рычагов развития человека из обезьяны. Первые люди, вероятно, жили стадами, и, поскольку наш взгляд может проникнуть в глубь веков, мы находим, что так это и было» [8] .

Каждый новый факт, поступающий в распоряжение науки, подтверждает правоту Энгельса. Первые люди, точнее обезьянолюди, или питекантропы, вели стадный образ жизни. Возникновение человеческого общества — это долгий, продолжавшийся тысячелетия, процесс превращения обезьяночеловеческого стада в человеческое общество.

К какому же времени относится самая заря человеческого общества, когда же происходило выделение обезьяночеловеческого стада из царства животных? Когда совершился скачок от животного к человеку?

Не только питекантроп, но и все останки древнейшего человека (синантропа, гейдельбергского человека) обнаружены, так же как и их орудия, в пластах земли, относящихся к началу четвертичного, или ледникового, периода.

Еще не так давно, всего лет двадцать тому назад, ученые почти единогласно относили появление человека к третичному периоду. Однако ни одного достоверного следа именно третичного человека ни в виде его костей, ни в виде орудий до сих пор не обнаружено.

Все имеющиеся находки орудий или костей древнейшего человека не выходят за пределы четвертичного периода. Некоторые ученые, которые по разным соображениям настаивают на существовании человека еще в третичном периоде, пытаются выдвинуть разные косвенные доказательства. Догадки их, однако, очень спорны, а некоторые даже носят курьезный характер. Например, один, найдя в слоях первой половины третичного периода кости крокодила с небольшим повреждением, заявил, что крокодил этот болел ревматизмом, заразившись им от человека.

Разумеется, обнаруженные пока наукой следы древнейшего человека еще очень малочисленны по сравнению с теми, которые скрыты в недрах земли в ожидании исследователя; однако при нынешнем состоянии наших знаний мы должны отнести появление человека не к третичному периоду, а ко времени, находящемуся на грани между третичным и четвертичным периодами.

Первый ледниковый период начался примерно миллион лет тому назад. Следовательно, возраст человечества насчитывает не меньше миллиона лет. Энгельс говорит: «Наверное протекли сотни тысяч лет, — в истории Земли имеющие не большее значение, чем секунда в жизни человека, — прежде чем из стада лазящих по деревьям обезьян возникло человеческое общество» [9] .

В состоянии ли наука при нынешнем уровне наших знаний дать ответ на вопрос, где находится колыбель человечества, где начался и развивался процесс очеловечения обезьяны?

Предками ископаемого человека, жившего в ледниковый период, явились какие-то высокоразвитые человекообразные обезьяны третичного периода. Человекообразные обезьяны, тоже являющиеся потомками ископаемых антропоидов третичного периода, существуют, как мы уже знаем, на земле и сейчас. Все они живут в тропическом, жарком поясе Старого Света: горилла и шимпанзе — в Африке, орангутан — на островах Суматра и Борнео, гиббон — в южной части Индокитая.

В третичном периоде район распространения антропоидов, судя по окаменелым остаткам, находимым в земле, был гораздо шире. Человекообразные обезьяны обитали тогда и в северной Индии, и в южной Африке, и даже в Европе. В связи с этим очень интересен тот факт, что находки останков древнейшего ископаемого человека приходятся и на такие районы, которые подвергались потом влиянию оледенения.

Ледниковый период, как известно, характеризуется необычным распространением ледников, или глетчеров, которые покрыли прежде всего материки северного полушария. Во время наиболее сильного оледенения сплошная ледяная масса покрыла всю Скандинавию, Англию, Голландию, северную Германию, огромную часть Польши и европейской территории СССР. Языки этого гигантского ледника спускались до Киева и Саратова. Центрами оледенения являлись также Альпы, Кавказ и Урал. Следы оледенения обнаружены и на Пиренейском полуострове, и на Балканах, и в Италии, словом, везде в Европе, где обнаружены следы ископаемого человека.