Чтение онлайн

Со своего места рядом с Королём я практически ощущала запах ужаса демонов, когда те были вынуждены опуститься перед нами на колени. Даже несмотря на то, что их лица были наполовину закрыты пустыми масками телесного цвета, обычными для дворцовых казней, их страх и непокорность судьбе были очевидны. Одна из них, женщина-кабан, которая держала прилавок в Городском Дворе, где готовили лучший чендол во дворце, закричала после того, как Король приказал стражникам взять оружие наизготовку. Отчаянный крик: "Боги видят правду!" – а потом удар меча заставил её замолчать.

– Нет, я такого не помню, – отвечаю я.

Мадам Химуры явно меня провоцирует. Во мне поднимается жар, но я сдерживаюсь.

– Да и какое это имеет значение? – продолжает она, давя мне на невидимую мозоль. – Если они вызвали достаточно подозрений, чтобы Богоподобный Властелин приказал их казнить, дворцу будет лучше без них. И всё же – кто они? Простые владельцы ресторанов и магазинов из Городского Двора. Откуда у них могли взяться средства устроить такой взрыв? Нет, – говорит она, – что-то подобное пришлось бы тщательно планировать. В этом виден более глобальный заговор. Не иначе, что-то происходит внутри двора. Демоны, обладающие властью, связями… – она щёлкает клювом. – Я уже давно размышляю об этой самодовольной хозяйке Ночного Дома.

– Вот как? – переспрашиваю я. – Не лучше ли мне тогда сказать Королю, что он поторопился с сегодняшней казнью и что вы готовы ему это доказать?

Орлиные глаза мадам Химуры вспыхивают. Она выглядит так, словно раздумывает, не схватить ли меня за шею.

Как легко это было с любой из нас. Интересно, не является ли это частью извращённого наказания Короля – каждый день быть рядом с теми, кого вы ненавидите, не имея возможности ничего с этим поделать, и быть с теми, кого вы любите, а они тебя больше нет?

Толпы во Внешних Дворах исчезают, когда мы возвращаемся в сердце дворца. Тени сгущаются по мере того, как солнце опускается за стены.

Сегодня вечером праздничный банкет – потому что, конечно же, казнь будет отмечаться– проводится в саду Королевского Двора. Идеально подстриженная лужайка тянется до высоких каменных стен, увитых глициниями и розами. Их красные бутоны похожи на зияющие раны. Слуга приветствует меня, когда я выхожу в сумеречный весенний вечер. Под навесом волшебно подвешенных фонарей копошатся демоны. После всего того, на что мне пришлось смотреть, их праздная болтовня раздражает.

– Стой прямо, – шипит на меня мадам Химура. – Скажи честно, ты ничему не научилась у госпожи Эйры и у меня?

– Я узнала о жестокости, – говорю я. – И о предательстве. Я узнала, что некоторые, самые слабые, пойдут на всё ради толики власти или комфорта, даже если ради этого им придётся растоптать других.

И на этот раз мадам Химура выглядит так, словно ей дали пощечину.

Пока она оскорблённо таращится на меня, подходит командир Разиб.

– Леи-чжи, мадам Химура, идите сюда.

Мы пересекаем оживлённую лужайку к изумрудной пагоде в дальнем конце сада. Беседа течёт под звуки свирелей и льющуюся музыку урху. В основном это обычная придворная болтовня, которая сопровождает подобные мероприятия: обсуждение запасов сливового вина между двумя финансовыми консультантами; жена чиновника, любезничающая с коллегой: "О, вам надо посетить лотосовые пруды в Мараци. Они просто потрясающие в это время года!" Но на полпути через лужайку мои уши улавливают явно неуместный приглушённый шёпот.

– Ты слышал, что случилось с Хуа-Линями?

– Ужасно, это просто ужасно! Как с семьями генерала Брама и советника Ли во время восстания в восточном Сяньцзо. Бедный советник Ли с тех пор безутешен. Он даже не пришёл сегодня на казнь. Скорее всего, он симулировал болезнь, хотя, не дай бог, известие дойдёт до Короля. Погибло так много хороших демонов.

– А сколько ещё погибнет, пока Король не примет меры?

– Тише! Нельзя так говорить, Йонг. Не здесь...

Я замечаю удаляющиеся спины двух мелких придворных. Мадам Химура сердито смотрит им вслед, без сомнения, отмечая в уме их имена.

– Какое восстание в восточном Сяньцзо? – спрашиваю я у неё.

– Тебя это не касается.

– Я оттуда родом. Меня это точно касается.

– Теперь твоя провинция – Хан.

– Провинция Хан для меня ничто.

Со взъерошенными перьями мадам Химура тащит меня в тень ближайшей магнолии, приближаясь ко мне настолько, что моё испуганное лицо отражается в её стеклянных жёлтых глазах.

– Послушай меня, девочка, – рычит она, обдавая меня своим прогорклом дыханием. – Думаешь, теперь ты настолько важная, что приобрела некоторый статус при дворе? Что ж, наслаждайся своими резкими замечаниями. В конце концов, мы обе знаем, как мало это значит. Как только война закончится, с этим фарсом Лунной Избранницы будет покончено, и Король избавится от тебя, как от никчемной кееды, которой ты и являешься.

– Уж вам-то это хорошо известно, – парирую я, – если вспомнить, с какой лёгкостью он отбросил вас в сторону.

Мадам Химура, кажется, увеличивается в размерах вдвое, а её перья встают дыбом.

– Я по-прежнему нужна Королю, поэтому он и держит меня при дворе. Как думаешь, что случилось с госпожой Эйрой, глупая девчонка? Её казнили. Что ещё? – на мгновение её устрашающий взгляд дрогнул. Та усталость, которую я заметила в ней, когда мы впервые встретились после моего возвращения, снова проступает за невозмутимой внешностью. Затем её клювообразное лицо снова искривляется в уродливой ухмылке. – Положение госпожи Эйры при дворе было ненадёжным – так же, как и твоё. Так что продолжай, отпускай свои остроумные замечания. Гордись жалкими восстаниями своих сородичей. За каждую горстку демонов, которых Бумаге удаётся убить, мы уничтожим ещё тысячу таких, как ты, – она проводит когтистым пальцем мне по лбу. – На этот раз доктор Уо не понадобится. Когда ты будешь уже не нужна Королю, я лично поставлю на тебе клеймо. Ты не просто испорченная девочка, ты и есть гниль. Ты принесла во дворец яд. Ты всё разрушила.

Что-то болезненное скрывается за тоном мадам Химуры. Ясно, что королевская немилость ранила гораздо больше, чем она показывает. Но я не собираюсь ей сочувствовать, потрясённая новостями о госпоже Эйре. Её красивое, безмятежное лицо проплывает перед моим взором – и комок ужаса скручивается под рёбрами. Потому что, как бы сильно она меня ни подвела, я всё равно её уважала и надеялась, что её пощадят после Лунного Бала. Хотя мадам Химура права – они обе пострадали из-за меня.

– Достопочтенные члены двора! – громкий голос разносится по саду, музыка стихает. – Представляем нашего Богоподобного Властелина, благословенного нашими богами правителя и повелителя всех существ, обитающих в царстве смертных, Короля Демонов!

Шуршит одежда, все мы опускаемся на колени. Пока мы ждём стука копыт, в голове у меня продолжает гудеть от откровений мадам Химуры. Я мрачно отмечаю, что слышала официальное заявление Короля столько раз, что могла бы повторить его во сне…

Я делаю резкий вдох.

Сегодняшнее объявление было другим.

Король Демонов. Королевские глашатаи раньше называли его просто "Королём" – зачем уточнять? Конечно, любой Король Ихары будет демоном. Я пытаюсь убедить себя, что это ничего не значит, когда слышу стук копыт Короля, приглушённый травой. Тем не менее, я уже достаточно хорошо знаю, что при дворе ничего не делается без умысла.