Чтение онлайн

Не сдержавшись, я фыркнула. Кто бы сомневался.

Принц серьезно смотрел на меня. Молчал, будто принимая какое-то решение.

— Я и несколько других фэйри из разных дворов — тех, кто еще помнит, что такое долг перед островом… Мы пытаемся понять, как остановить увядание Источника. Как усилить его. Бьемся над этой неразрешимой пока загадкой. Я и раньше хотел этого, ведь Яблоневый Остров — мой дом. Каким бы жестоким и странным наш мир ни был, я желаю ему процветания. Но теперь… теперь у меня появился еще один повод добиться возрождения Источника.

— И какая же? — неожиданно охрипшим голосом спросила я.

— Чтобы помочь тебе.

В черных глазах горела решимость. Закусив губу, я изумленно покачала головой.

— Но почему ты не сказал мне об этом?

— Чтобы не давать тебе ложной надежды, — пожал плечами Даэлин. — Жизнь смертных коротка, а наши поиски решения проблемы могут занять годы. Или… десятилетия. Я не хотел, чтобы ты цеплялась за некий мираж, иллюзию. Я даже хотел, чтобы ты вернулась к брату и провела оставшееся время с ним. Потому что знаю, каково это — лишиться тех, кто тебе по-настоящему дорог. Каково мучиться от мысли, как многое ты упустил, как многое не сказал и…

— Не сделал, — прошептала я.

Не так давно я думала о том же самом. Потеря родителей раскололо мое сердце. Потеря Орро и вовсе его разобьет.

Даэлин кивнул.

— Я так и не смог заставить себя поговорить с тобой об этом. Просто потому, что не хотел тебя отпускать.

Я мазнула рукой по лицу. И как мне, скажите на милость, относиться к его словам? Нет, я не могу позволить себе думать об этом. Не сейчас.

— Когда начал иссякать Источник?

Если Даэлин и ждал от меня другой реплики, он никак этого не показал.

— Когда Каприада, будучи его сердцевиной, заснула. Ее связь с нашим миром ослабла.

— Когда именно это произошло? — настойчиво спросила я.

— Около года назад.

Я хмурилась, переваривая услышанное. Примерно тогда же на жителей деревни напала невиданная хворь. Просто совпадение? Возможно. Вот только наша деревня ближе всех к бреши, через которую я пришла. Той, что разделяла мир людей и фэйри. А значит, мы ближе всех и к самому Яблоневому Острову.

О чем я и сообщила Даэлину.

— Но как это может быть связано? Каприада никогда не ступала на земли смертных. Она — первородная фэйри, ее суть связана лишь с нашим островом. — Он резко оборвал сам себя. Впился в меня взглядом. — Авери… Что именно защитило тебя от болезни?

Я обреченно прикрыла глаза. Кажется, как бы я ни старалась, правды не избежать.

25. Кровь и звездная пыль

Я прошла мимо Даэлина в его спальню. Опустилась на край его кровати и уставилась на свои руки, лежащие на коленях. Разговор предстоял долгий.

— Мне тогда было лет восемь, Орро был совсем младенцем. Мы с ребятами из деревни убежали в лес. Родители запрещали нам ходить туда. Говорили, там обитают чудовища и злые духи. Старшие ребята в это не верили, младшие — напротив, хотели увидеть их собственными глазами.

Я помолчала, снова переживая тот день. Запах хвои и влажной земли. Возбужденные шепотки друзей. Да, тогда у меня еще были друзья.

— Мы наткнулись на фэйри в глухой чаще. Они были очень маленькими, худыми до костей. С заостренными ушами, серой, тусклой кожей и огромными блестящими глазами. И они… Они пили кровь убитого оленя. Лакали ее прямо из раны на шее. Увидев это, ребята завизжали и бросились бежать. А я… осталась.

Я обняла плечи руками, будто пытаясь согреться. Не сделай я этого тогда, вряд ли я вообще сейчас разговаривала бы с Даэлином. И Орро, мой Орро был бы уже мертв.

— Я спросила фэйри, зачем они это делают. Потом подумала, что они, наверное, не ответят. Вспомнила мамины рассказы про диких существ с «той стороны». Про то, что некоторые фэйри вырвались оттуда, но не смогли вернуться. Одичали без своей магии и возненавидели всех людей, чей мир стал для них ловушкой.

Я подняла взгляд на Даэлина. Он стоял в проеме спальни, словно статуя.

— Но одна из фэйри все же заговорила. Она сказала, что ее народ проклят. Они не могут есть обычную еду, а вынуждены питаться кровью. Тогда я спросила: значит ли это, что они охотятся на людей? Маленькие фэйри сердито покачали головой. Сказали: те, кто поддались «зову крови», уже не фэйри. Они звери, монстры, чудовища.

Даэлин кивнул.

— Красные Колпаки, — с ноткой презрения произнес он. — Так зовут одичавших, алчущих людской крови фэйри. Они носят головные уборы, которые красят кровью убитых. Они забыли и древний язык фэйри, и человеческую речь. Все потому, что они отреклись от Фэй и стали ближе к диким животным, нежели фэйри.

— Но те фэйри, которых я встретила, были совсем не такими. Многие стыдливо попрятались, когда я застала их… за кормежкой. А та, что говорила со мной, посетовала — животная кровь почти не насыщает. Вот почему многие «кровавые фэйри», как их называют, сходят с ума и дичают. — Мне стало их жалко. И оленей тоже. Я всегда восхищалась их красотой. — Я вздохнула, вспоминая ту глупую, безрассудную детскую решимость. — И тогда я предложила фэйри свою кровь. Сказала, у меня ее много.

На лице Даэлина отразилось неподдельное изумление. Я пожала плечами, как будто речь шла о том, чтобы поделиться яблоком, а не собственной жизненной силой через кровь.

— Так продолжалось несколько лет. Вожак, лидер «кровавых фэйри»… — Я без труда вспомнила ее имя. — Алаторна держала свой клан в ежовых рукавицах. Не позволяла никому пить больше одной капли моей крови. Этого им хватало примерно на месяц.

— Что заставляло тебя продолжать?

— Поначалу — жалость к ним, проклятым судьбой и отверженным своим собственным народом. Потом — чувство сопричастности к чему-то большему. Я ведь с детства заслушивалась легендами о фэйри. Хотела узнать о вас больше. А потом… Я боялась, что без этой подпитки кровавые фэйри одичают и начнут убивать людей. Людей, которых я знала с самого детства. Моих соседей. Друзей. Мою семью.

Таким странным и жутковатым способом я оберегала свою деревню. Но…

— Сын мельника случайно застал меня за «кормлением» и рассказал всем. Конечно, меня тут же нарекли странной. Начали избегать, смеяться и плевать мне вслед.

Я рассказала Даэлину, как мельникова дочка таскала меня за волосы, крича, что я вскармливаю монстров в нашем лесу.

— Я пыталась убедить их в том, что изгои-фэйри — вовсе не монстры, что им приходится выживать. Но меня, разумеется, никто не слушал. Только родители поверили мне, но наказали прекратить, тревожась за меня.