Чтение онлайн

— Вы просите её доказать свою полезность на безнадёжной? — а вот Ингвальд не стеснялся говорить, что думает.

— Ты её даже не видел, — обернулась я к укутанной в плащ мужской фигуре, стоявшей в дверях.

— Да брось, я видел это много раз, когда отец… — он вошёл в комнату и замер на полуслове, увидев ту, о ком говорил.

Я подумала, что представшее перед глазами повергло в ужас и его, пока не услышала ещё более шокирующее:

— Нет… — мужчина кинулся к женщине и принялся вглядываться в заострившиеся черты лица. — Нет-нет, не может быть…

Оден оттолкнул меня и принялся лихорадочно ощупывать женщину, стараясь не прикасаться к ней слишком сильно, и смотрел так, словно мир для него рухнул.

— Вы знакомы? — ошарашенно спросила я, совершенно не понимая, как к этому относиться.

— Мам, ты слышишь меня? Мама!

Ингвальд

Нужно было отрезать себе язык. Отрезать и запихать его себе обратно в глотку, чтобы задохнуться ко всем чертям и никогда больше не вспоминать, что именно вырвалось из моего поганого рта и в чей адрес.

Сначала я подумал, что просто ошибся. Обыкновенное наваждение, вызванное помутившимся рассудком после долгих лет заключения.

Когда Равеннор отправился к предкам, я полагал, что это связано со смертью его жены. Она ушла незадолго до него, и я был абсолютно уверен, что его сгубила связь истинной пары. И, похоже, был прав. Вот только с женщиной ошибся.

Мама была не мимолётным развлечением, нет. Об этом говорил огромный шрам на её плече. Ей срезали метку. Варварски, жестоко.

И всё это время я был во дворце, получая от неё письма, написанные убористым почерком.

Могли ли они быть написаны кем-то другим? Ну, разумеется!

Осторожно дотрагиваясь до женщины с некогда яркой улыбкой, способной затмить солнце, я не верил своим глазам. Казалось, она даже не узнавала меня.

Дракон притих. Он даже не пытался отвоевать себе место, оставляя меня безоружным перед всепоглощающим отчаянием. Я был бессилен. Я не мог помочь.

Мой самый родной человек лежал прямо передо мной, и жизнь по капле покидала его с каждой секундой.

— Мама? — шокированный вздох заставил меня обернуться.

Ледяная госпожа смотрела на меня так, будто видела впервые. Она медленно переводила взгляд с матери на меня и обратно, очевидно, не наблюдая никаких сходств.

Вот только я никогда бы не спутал женщину, что меня вырастила и вложила всю себя с кем-либо другим. Именно ради неё я переступил через свою гордость и отправился с отцом в столицу, чтобы в будущем обеспечить нам обоим лучшую жизнь.

Крупный просчёт.

Далия осторожно подошла ближе и убрала мои руки от матери. Я хотел было возмутиться, но запоздало понял, что сжал её слишком сильно.

Некогда пышущая здоровьем женщина теперь походила на обтянутый кожей скелет. На тоненькую фигурку из хрупкого фарфора.

— Я постараюсь помочь, — повторила Далия сказанное несколько минут назад, теперь уже глядя мне в глаза. — Не могу ничего обещать, она слишком нестабильна, но…

— Хотя бы попытайся.

Попробуй, моё забвение. Ты знаешь, что делать.

И снова я увидел на лице Далии выражение, при виде которого Рози называла её «прелестью» чаще обычного. Она обернулась к старейшие и столпившимся в дверях людям, прежде чем заговорить:

— Моего дара будет недостаточно, — её голос звучал громко и твёрдо, несмотря на усталость, которую выдавали подрагивающие пальцы. — Я знаю, что молоко и мясо для вас ценнейшие продукты, но именно они сейчас нужнее всего.

— Да как же ей мясо?! — дородная женщина прижала руки к груди и уставилась на целительницу с широко распахнутыми глазами.

— Нужны бульоны и отвары. Чистое молоко тоже нельзя, придётся разбавлять. Я не знаю, как долго придётся приводить её в чувства. А теперь покиньте помещение.

Никто не посмел ослушаться.

— Ты тоже, Ингвальд, — заявила она нетерпящим возражений тоном.

— Нет.

И это было моё окончательное решение. Я должен был видеть всё до мельчайшей детали. Запомнить каждый маленький шаг, прежде чем узнаю, кто именно это сделал. И тогда уже я разорву его на части.

Буду по кусочку сдирать с него кожу, отрывать конечности, предварительно выкручивая их…

— Ты не можешь…

— Делай уже что-нибудь! — гаркнул и почувствовал, как дракон недовольно оскалился, вот только теперь уже на меня.

Он и без того был недоволен тем, что я до сих пор не присвоил самку, но в этот раз, как и в предыдущий, ему придётся заткнуться.

Далия дёрнулась, как от хлёсткой пощёчины, и поджала губы, гневно глядя на меня. И всё же не проронила ни слова.

— Прошу прощения, но я закрою вам глаза, — шепнула она моей матери, словно та могла её услышать. — Вам нужно беречь силы.

Неужели она была настолько слаба, что не могла сама смежить веки?

Откинув одеяло, ледяная госпожа провела руками от головы больной до кончиков пальцев на ногах. На секунду замерла, словно примеряясь, а затем положила обе ладони ей на грудь. Следующее, что я увидел — яркая вспышка зелёного света, от которой начало резать глаза. Пришлось закрыть их ладонью, чтобы не ослепнуть, как бы ни хотелось увидеть, что именно происходит.

Закончилось это довольно быстро. Мне пришлось подскочить и подхватить Далию, завалившуюся назад.

— Если бы меня здесь не было, то ты бы точно разбила голову, — констатировал очевидный факт.

Взглянув на маму, я нахмурился. Ничего не изменилось! Совершенно ничего!

— От… отпусти, — пролепетала моя пара дрожащими губами.

— Ты на ногах не держишься.

— Надо проверить, — она потянулась к тому месту, которое только что пыталась излечить.

Вот же упрямая!

С моей поддержкой ей всё же это удалось. Далия осторожно прислонилась ухом к груди Каи Оден, и спустя минуту облегчённо выдохнула:

— Уже лучше.

В неверии я повторил странный жест Далии и отчётливо ощутил, как за рёбрами размеренно бьётся сердце. Когда я впервые прикоснулся к матери, всё выглядело так, словно на вот-вот перестанет дышать.

— Как? — я в удивлении посмотрела на Далию, которую изрядно покачивало. — Каким образом?

— Надо было сделать всё, чтобы дать ей и нам время, — она быстро мотала головой из стороны в сторону, чтобы не уснуть, однако её веки всё же закрывались сами собой. — Она… я надеюсь, что у нас получится.