Чтение онлайн

– Нет - проводя рукой по порогу, ответил детектив - грязи нет. Он не приходил сегодня.

Они вышли из дома и, попросив консьержку по приходу отправить лейтенанта в полицейский дом Южного района, остановились под фонарями. Было уже совсем темно. Все устали. Вертура устало привалился на парапет. Мариса бессовестно зевала во весь рот. Один Элет выглядел устало - расхлябанным, как бывалый повеса после ночного кутежа. Несмотря на наказ, извозчик уже уехал, пришлось выходить на проспект, ловить нового. Вертура сказал, что знает, где искать лейтенанта. И они поехали в центральную комендатуру. Туда, куда они ездили с Бенетом на прием к полковнику Гигельмоту. Именно там, в трехэтажном здании с белыми контрфорсами, в накуренной полицейской караулке и обнаружился растрепанный и полупьяный лейтенант. Он осиротело сидел в стороне от компании своих бывших сослуживцев и тоскливо глядел в окно как над городом наступает ночь. Его каштановые кудри были растрепаны, усы мокры от юва. Мантия на груди расстегнута, рубаха растрепана и измята. От лейтенанта ужасно пахло спиртным и потом. Словно в очередной раз решившись на что-то важное, лейтенант внезапно мучительно закатил глаза, сгреб себя за ворот и фальцетом обратился к коллегам с призывом.

– И вот я .....

– Мэтр Басик, ну мы же сдаем!
– в сердцах бросил ему пухлощекий капрал и сжал кулаки - напишите отчет и подайте в журнал! И вообще, вам, как лицу разжалованному, в служебном помещении не место!

Лейтенант сник. Такого предательства от бывших коллег он явно не ожидал.

– Поедете с нами - навис над несчастным Вертура.

– Что?
– встрепенулся тот - ах это вы... я было подумал что...

– Мы вас ни в чем не виним - утешил его детектив - мы отвезем вас к сэру Турмадину. Поживете у него. Мы поможем перенести ваши вещи. С ним можете напиваться сколько угодно. Никто вам слова не скажет. Особенно если выпивка за ваш счет.

Было уже поздно. Все едва стояли на ногах. Турмадин только проворчал, что не потерпит произвола, но когда Вертура заверил его что это временно и что у него есть для рыцаря подарок, тот прекратил сопротивление и помог затащить тюк с вещами лейтенанта на второй этаж.

– Как я утомилась - заявила Мариса. Она руководила переездом, и теперь стояла посреди комнаты, уперев свою тонкую руку в бок - быстро домой. Марк, немедленно прощайся с друзьями.

Детектив с грохотом опрокинул табуретку, снизу застучал в стену, зарычал растревоженный шумом сосед.

– Прощальный салют на сегодня - Вертура со смущенной улыбкой пожал плечами, вручил Турмадину подарок - большую бутылку вина и кулек булочек с повидлом на закуску и они с Элетом откланялись и вышли на улицу под ночной дождь. Они втроем стояли под зонтиком Марисы и ждали пустой кареты.

– Я в контору, заберу домой леди Райне - важно сообщил о предстоящей миссии Элет.

– Как мило - возразил детектив - вы солидный, известный всему городу, тайный агент, жена зашивает ваши раны, теща почти не бывает дома, гувернантка воспитывает детей, зачем вам Райне?

– Вы разве не знаете, что они семьей живут у нас?

– Знаю - ответил Вертура - это я к тому, что такая зубастая и сама дойдет до дома....

– Знаешь Марк, рыцарь он на то и рыцарь, что даже зубастой...
– начала было Мариса, но к ним уже подъезжала мокрая открытая коляска, и пришло время прощаться.

Небо над городом сверкнуло, синим пламенем. Где-то ударила молния.

В кабинете было душно. Свет фонарей не пробивался через плотно занавешенные окна.

– Погибли двое сержантов и двое рыцарей Ордена - читал письмо Бенет. Старший следователь смотрел на Элета поверх очков - сэр Вайриго пишет, что лорд-бальи Лигура берет расследование в свои руки.

– Что это значит?
– не сразу догадался помощник старшего следователя.

– С большой вероятностью они уничтожат особняк Вальдэ и ликвидируют баронессу. Поедете к Черному каналу и проверите. Немедленно.

– Ясно!
– с готовностью кивнул Элет.

По дороге он заглянул в канцелярию.

– Простите, леди Райне!
– галантно крикнул он - служба зовет, смогу довезти вас до дома только когда вернусь!

– Вы так любезны - улыбнулась Райне - вы устали, не утруждайтесь, я дойду сама.

Но Элету было не до любезностей. Опоясавшись секирой, он схватил свой щит и быстро спустился во двор, к конюшням. Дождь усилился. Под навесами в свете жаровен желтели изможденные лица конюхов. Тускло светил фонарь. Полицейский дежурный с недовольством открыл ворота перед поздним всадником, и помощник старшего следователя помчался по темным улицам, в дождь.

Еще с дороги он заметил приглушенное завесой ливня зарево. Придерживая недовольного коня, агент подъехал ближе. За деревьями парка в безмолвии пылал особняк Вальдэ. Сторожка у ворот была пуста. Шум дождя заглушал треск и шум пожарища. Белые сполохи блестели в бесконечных струях льющейся из непроглядного ночного неба воды. Необычайно яркое и высокое, как полотнища знамен, белое химическое пламя вырывалось из окон и парадных дверей дома. Вокруг было безлюдно. Подъехав поближе к мощеному двору и клумбе с мертвым каменным деревом посредине, Элет еще какое-то время с гипнотическим интересом наблюдал это фантасмагорично - яркое безлюдное зрелище. В его глазах отразилось тревога. Отважный агент передернул плечами, словно стараясь отогнать расползающееся по спине и груди чувство липкой леденящей жути. С трудом заставив себя отвернуться от этого страшного зрелища, он развернул коня, ударил в карьер, и, прижавшись к шее лошади, помчался обратно в контору, чтобы поскорее сообщить о случившемся старшему следователю Бенету и лорду Ди.

– А теперь я прочту тебе историю расчетчика Ганета на ночь - листая блокнот и тыча в него грифелем, заявила Мариса. Детектив и писательница лежали на кровати. Заломив руку за голову, Вертура глядел в темный потолок. В камине уютно горел огонь. Осенняя прохлада смешивалась с теплом очага. Капли дождя за окном мягко шептались в осенней листве. Одеяло и камин согревали ноги, большие мягкие подушки пахли душистой лавандой и синькой. Распахнутая на груди свежая крахмальная рубаха приятно холодила тело. Булочки и шоколад были почти съедены. История сегодняшнего путешествия рассказана и пересказана в двухсотый раз. Мариса лежала подогнув колено, облокотившись о плечо Вертуры, он обнимал ее одной рукой, смотрел в потолок. Она вертела в руках грифельный стержень и делала пометки в блокноте.

– Да ну его, этого расчетчика, не хочу слушать всякую дрянь - возразил детектив - напиши лучше про меня и подай в журнал.

– Тогда спать - положив рядом с собой блокнот и пенал с грифельными стержнями, распорядилась писательница - и сдвинься. Спать вдвоем под одним одеялом признак нездоровых отношений.

Она повернулась к нему лицом, поджала колени и уткнулась лбом в его плечо. Он видел, как в полутьме блестят ее глаза, как она улыбается, ожидая, что он повернется и поцелует ее на ночь. Так он и поступил.

Вопреки всем ожиданиям воскресное утро было ясным. Бравые гвардейцы и полицейские в нарядных, вычищенных до блеска шлемах стояли вдоль проспекта по маршруту следования свадебного картежа лорда Корсона. Играли полковые барабаны и флейты. Люди открывали окна, радовались теплому осеннему солнцу и музыке, глазели на неторопливый, красиво разряженный свадебный поезд, курили и весело беседовали. Рыжий лорд Корсон и своей невестой возглавляли процессию. В нарядном черно-золотом нагруднике и заколотом изящной золотой брошью алом плаще, бородатый рыцарь был неотразим. Рубины и изумруды блестели в портупее и ножнах его меча и рыцарском поясе, меховой ворот плаща переливался на рыжем осеннем солнце блестящим горностаевым мехом. У седла висел длинный меч, а левый рукав и крага латной перчатки были подвязаны красным, цвета крови, свадебным платком. Советник улыбался в бороду и помахивал рукой теснящимся к домам прохожим. Рядом с ним на тонконогом белом коне ехала загадочная невеста советника. Облаченная в белую мантию и белый плащ, с длинными, почти до колен, невообразимо густыми и красивыми распущенными волосами, она была похожа на волшебницу из книжки. Светло-золотой шарф скрывал ее шею и тонкие, ослепительно белые перчатки острыми длинными пальцами легко удерживали поводья белой лошади. Ее долгополая белая мантия была расшита бледным желтым золотом, а сапожки для верховой езды украшены легкой изящной вязью и таинственными иноземными письменами. Прохожие провожали ее внимательными, восторженными и завистливыми взглядами, одобрительно кивали в сторону рыцарей и дам, делились впечатлением с друзьями. Женщины перешептывались и, прикрывая платками и рукавами улыбки, обсуждали экстравагантный наряд невесты, сопровождавших лорда-советника рыцарей и самого лорда.

У перекрестка, где Парковая улица пересекалась с Колокольной, у высокого трехэтажного дома стояли Вертура, Мариса и доктор. Рядом Ларге и Миц. По другую сторону улицы в толпе наставница Салет и Турмдин. Чуть дальше. Элет и Гирке. Все были при оружии. Под плащами бугрились, предавая мужчинам квадратные очертания, оплечья доспехов. Миц и леди Салет держали наготове короткие жезлы. У Ларге в свертке была новая палка. Рядом с Вертурой щелкнула пружина. Доктор проверял револьвер.

– А что это вы тут делаете?
– подошел к проверяющему завязки чехла Ларге полицейский.