Чтение онлайн

– Да. Я хотел бы. Очень.

– А может быть, мы пойдем с тобой перекусим?

– А куда?

– Здесь есть вагон-ресторан. Пойдем и возьмем что-нибудь вкусное. Ты хочешь чего-нибудь вкусного?

– Я никогда еще не был в ресторане. Только в кафе.

Мальчик отвернулся наконец от окна и поднял голову. И посмотрел мужчине в глаза. Он почувствовал себя как-то спокойнее. Этот мужчина не был похож на всех остальных. Он разговаривал с ним не так, как взрослые. И наверное, сам не такой уж взрослый, как другие, а просто очень высокий, намного выше и сильнее его.

Они прошли по всему вагону, потом между вагонами, по шатающимся железным листам, под которыми все грохотало, неслось и шумело. И мальчику нравилось, что он шел первый и сам открывал двери, наступая на железные листы и вдыхая запах дыма и дороги, а высокий и сильный мужчина шел за ним следом, спокойно, молча.

– Я не знал, что поезд такой длинный, — прокричал мальчик, и по голосу было слышно, что у него захватывает дух.

– Ну, не такой уж и длинный, — ответил Леонид. — Мы сейчас придем.

– Нет, он длинный, — крикнул мальчик. — Очень длинный.

– Да, пожалуй, длинный, — согласился Леонид. — Теперь я вижу, — он улыбнулся, глядя себе под ноги, — я вижу, что он очень длинный.

Мальчик выбрал самый ближний столик возле окна. Сел удобнее, положил перед собой руки. Ему было непривычно и хорошо сидеть за столиком, на котором стояло много стаканов, красивых, тонких, и видеть, как за окном несется, поворачиваясь, земля.

– Ну, давай теперь выбирать. — Леонид протянул ему меню. — Ты выбирай, а я буду заказывать.

– А что выбирать?

– Что хочешь.

– И надо будет платить?

– Платить буду я. Ты согласен?

– А здесь дорого?

– Ну, сегодня пусть дорого.

– Нет, я не хочу, если дорого. Надо дешево и полезно.

Леонид поморщился. Мальчик не знал, как тут надо себя держать и как ему называть мужчину. Перелистывая меню, смотрел вокруг, на соседние столики и на других людей и старался что-нибудь придумать, но ему ничего не приходило в голову. — Я не умею еще читать, — сказал наконец и положил карточку на стол. — Я люблю гречневую кашу.

– И еще какой-нибудь суп. Хорошо? Суп надо есть обязательно.

– Только немножко. Чуть-чуть. Супу я всегда ем немножко, на донышке.

– И что-нибудь сладкое. Мороженое. Ладно? — Леонид откинулся на спинку стула и огляделся. Ему нравилось сидеть рядом с мальчиком. — Ты уже большой и должен уметь читать.

– Я научусь читать в школе. Когда пойду в школу, тогда научусь.

– А почему же не сейчас? — Леонид поднял брови. — Ведь можно и раньше?

– Я пробовал, только мне трудно. Очень много букв, мне потому трудно.

– Если хочешь, я, пожалуй, тебя научу. — Леонид улыбнулся. — А то такой большой и неграмотный. Ай-ай-ай... Согласен?

– Нет, я хочу в школе. А не хочу, чтобы ты. — У него были длинные ресницы и упрямые губы. — Я хочу как все.

– А разве ты делаешь только то, что легко? А если бывает трудно?

– А я делаю только то, что легко, а не трудно.

– Но ведь ты же мужчина и должен делать не только то, что легко.

– Нет, я еще не мужчина. Я еще мальчик. — Он опустил голову и вытянул губы.

Они ели молча. Мальчик катал в пальцах хлебные шарики, бросал их вниз и, бросая, видел большие черные туфли. Ему не хотелось попадать в туфли. Он бросал мимо. Просто на пол - и все. А потом старался дотянуться ногой до шариков и раздавить их. Он больше всего не хотел дотрагиваться до черных туфель, громадных и блестящих.

– Может быть, ты хочешь мороженого еще? — спросил Леонид.

– Нет, — ответил мальчик, не поднимая глаз. Он смотрел на черные туфли. — Я не хочу.

– Но, может быть, все же хочешь еще? Я знаю, что ты любишь мороженое.

– Нет, не люблю, — глядя под стол, повторил мальчик.

Он облил рукав супом и старался поворачивать руку так, чтобы этого не было видно.

Мальчик снова шел первый, когда они проходили по вагонам. Но теперь ему уже не казалось интересным шагать по грохочущим листам и открывать тяжелые двери. Он чуть не заплакал, когда прищемил пальцы какой-то ручкой. Ему было обидно, и он чувствовал себя одиноким. Ощутил в руке хлебный шарик и бросил его вниз, в какую-то щель, где неслись черные шпалы и песок.

– Какую же ты выберешь полку? — спросил Леонид, когда они пришли в купе. — Ты, наверное, хочешь верхнюю? Когда я был маленьким, я всегда любил верхнюю.

Мальчик не ответил. Забрался на верхнюю полку, положил подбородок на сложенные руки и застыл, глядя в окно. Он старался понять, зачем его отдали и зачем он едет с этим мужчиной. Куда он с ним едет? Пальцы у него засохли от хлеба, он облизывал и вытирал их и злился, потому что хлеб не отставал. Никогда еще в жизни ему не было так плохо. Он не хотел никуда ехать. А сейчас хотел только одного: чтобы этот поезд повернул обратно и снова привез его на платформу, на его улицу, к его дому. Он вытянулся и смотрел на дорогу, которая бежала рядом с поездом. По этой дороге ехали автобусы и автомобили, и по сторонам стояли дома. Очень много домов и очень мало домов. И снова автомобили. Ему хотелось плакать.

– Хочешь, я почитаю тебе? — спросил Леонид. Он так и не мог ничего придумать. — У меня есть хорошая книга. Мировая. Вот посмотри.

Мальчик повернулся и увидел, что мужчина стоит совсем близко и показывает ему толстую книгу. Он любил, когда ему читали вслух.

– Нет, не хочу. Я смотрю в окно.

– Но это интересная книга. Я знаю, тебе понравится. Я взял специально для тебя.

– Я все равно буду смотреть в окно.

Леонид открыл книгу и начал читать. Он читал стоя. А мальчик лежал, согнув ноги, и то приподнимал, то опускал железную крышку пепельницы. Крышка лязгала сухо и громко. Раз... и еще раз... и еще...

– Тебе неинтересно? — Леонид закрыл книгу.

– Я больше не буду. — Мальчик опустил крышку.

Книга была про девочку, про ее отца и про голубую чашку, которую кто-то разбил. Мальчик повернулся на спину и слушал, глядя в потолок на какие-то блестящие металлические палочки. И постепенно забыл обо всем. Он не был злопамятным.

Вагон покачивался.

– А мы тоже пойдем в поход? — спросил он, когда книга кончилась. Мужчина смотрел ему прямо в лицо.
– Мы пойдем с тобой вдвоем в поход?