Чтение онлайн

— Более подробные инструкции получите перед выездом. Сейчас центурион Шарк отведёт вас в подземелья. Можете начинать отбирать нужных людей и готовится к отъезду.

Лина Тольм поднялся и преданно кивнул головой. Вместо скорой смерти ему пообещали длинную и интересную жизнь, и это того стоило.

Вечером к принцу заявилась возмущённая делегация ветеранов во главе с Ктотом. Тот сразу полез к командующему с обвинениями:

— Владыка, почему я и мои союзники последними узнаем о том, что старший Тольм собирает своих солдат и уезжает к племенам?

— Вы? — Велизар спокойно уселся в кресло и удивлённо поднял брови. — А разве это ваше дело? Отъезд Тольма касается только меня и его самого.

— Это почему же? — седоусый ветеран из приближённых старшины свирепо ощетинился.

— Он теперь не ваш враг, а мой союзник. Вы же победители и должны быть милостивы.

— Они убивали ещё наших дедов, а мы обязаны их прощать?! — ещё больше рассвирепел седоусый, размахивая большими ручищами. — Не бывать этому!

— Ктот, — Велизар теперь обратился к их командиру, — почему твои воины не по чину суются вперёд тебя, разве у них есть право обсуждать нашу внутреннюю политику? У кого-то явно начала хромать дисциплина.

Ктот заметно помрачнел, но отодвинул своего помощника назад, тот подрывал его авторитет. Принц также встал и подошёл поближе к людям

— А вам я ещё раз повторю, и запомните хорошенько мои слова: Только сильные духом имеют право давать милость, и относиться снисходительно к побеждённым врагам. Месть — это удел слабых людей, так что почувствуйте себя, наконец, победителями.

Воины замолчали, слова их военного предводителя были необычными для такого рода людей, но выглядели они вполне справедливо. Ветераны ведь и сами знали из жизни, что очень сильные люди обычно добродушны и снисходительны. Так что к таким мудрым советам, пожалуй, стоило прислушаться. Велизар между тем продолжил выяснять отношения наедине с Ктотом.

— Ты что себе позволяешь, чужеземец? — предводитель ветеранов был очень зол.

— Ничего лишнего просто проявляю мудрость.

— Ты слишком много о себе возомнил, чужеземец! Или вправду поверил, что ты Владыка?

— А я и в самом деле Владыка, — спокойно взглянул в глаза старого воина принц. В этот момент в его взоре промелькнуло нечто такое, что Ктот отшатнулся в полном смятении назад. — И ты в глубине души это знаешь. Да и что ты скажешь потом своим людям? Что ты их обманывал, и на самом деле руководил сражением проходимец?

Ктот отвёл глаза в сторону, ответить старому вояке было нечего. Они вместе влезли в паутину заговора, и каждая её верёвочка оказалась связана с остальными.

— То-то и оно! — Велизар вперил неморгающий взгляд в собеседника. — А вы тут, как я посмотрю, новую войну затеваете? Кровь проливали за свободу, а теперь свою родину на куски рвёте?

— Тебе-то что за дело, чужеземец? — старшина лесорубов злобно ощерился. — Ты скоро уйдёшь, а нам тут жить.

— А теперь послушай меня! Пока я здесь — я здесь главная власть, и я хочу оставить тут не свору дерущихся за сахарную кость псов, а некое подобие порядка. Послезавтра с утра в главном зале у нас будет совещание. С собой приводить только главных помощников, стража останется у ворот Крепости. Ты всё понял? Или тебе хочется большой крови?

Ктот взглянул в глаза своего временного предводителя и понял, что спорить с ним совершенно не хочет. Ветеран молча кивнул и вышел со своими бойцами из зала.

Солнце уже давно встало над спокойно текущими водами Даиды и согревало своими лучами застывших на стенах стражников. Осень щедро одаривала тёплыми деньками перед промозглой зимой. А к Крепости подходили все новые и новые отряды, в воздухе застыло всеобщее напряжение. В покоях же принца было, наоборот, совершенно спокойно. Велизар стоял у окна и вглядывался в него, силясь рассмотреть в мутное стекло обстановку, царящую на площади перед дворцом Гарца.

— И оно тебе надо? — вдруг раздался позади знакомый голос. — Нам своих проблем мало?

— Те проблемы нас сами найдут, а тут хороший шанс оставить хоть какое-то подобие порядка, — принц даже не обернулся. — Бернери, а тебе никогда не хотелось оставить после себя что-то по-настоящему значительное?

— А знаешь, нет, — Шарк прошёл к столу и налил из кувшина вина, ещё долго им такое не пить. Этот божественный напиток привозился сюда приморскими купцами и был очень дорог, — меня больше беспокоят дела моего рода и фамилии. На родной планете не озадачиваются глобальными проблемами, у нас и так жизнь сложная, и существуем мы небогато.

— Поэтому и живете бедно, что проблемами не озадачиваетесь, — принц усмехнулся. — А здесь… здесь мы можем начать строить свой мир, более разумный и справедливый.

— Когда я слышу такие прекрасные слова, то сразу смекаю — сколько кредитов под них можно украсть.

Принц громко захохотал и стукнул товарища по плечу

— Ты неисправим, Бернари. Хотя в кое-чем ты прав, этому миру придётся заплатить. Но мы же живём в суровой реальности. Не так ли?

Шарк согласно кивнул и усмехнулся.

— Но согласись и с тем, что в нашей будущей реконструкции людям жить станет всё-таки лучше? Не будет того моря крови и страданий, тех неимоверных бедствий, которые они переживают сейчас.

— Ты, как всегда, прав, принц — твой мир получится точно не хуже.

— А я и не обещаю рая. Просто сделаем два шага от ада, и то хлеб. А теперь вставай, у нас впереди сложный день. Твои арбалетчики готовы? Тогда идём в зал.

Следующие три часа их жизни протекли достаточно сложно, и это ещё было мягко сказано. Поначалу им пришлось выслушать массу претензий от старых и новых вождей лесного племени. Те с оживлением и большим удовольствием вспоминали обиды минувших дней, откуда-то вдруг всплыли ссоры ещё дедовских времён. Командиры и старшины мерились славой своих родов, кичились происхождением. Над столами то и дело летали обидные и весьма злые слова. Стороны всё более нарастающего конфликта кидались взаимными упрёками, претензиями, угрозами. Атмосфера в зале становилась поистине грозовой.

Но в этот момент перед собранием величественно выступил Велизар. Он вышел на середину зала и несколько минут молча рассматривал присутствующих здесь недавних соратников по кровавому восстанию. Голоса людей замолкали, старшины и командиры отрядов вжимались в кресла, переставали суетиться и начинали прятать глаза. Такова была сила воздействия взгляда человека, которого они недавно избрали своим вождём. Они сразу почувствовали, что выбрали его не просто так, а по праву сильного. В этом худощавом и черноволосом чужеземце ощущалась какая-то неведомая и пугающая их сила власти.

Наконец, принц начал свою речь. И начал он её не с обличения или угроз, а громко и внятно рассказал вождям племён о последних, да и о давних событиях. Достаточно подробно он передал историю их завоевания племенами конников. Принц напомнил о бесчисленных жертвах, которые понесли лесовики во время множества восстаний, о жестокости табалеро, о столетнем иге, иссушающем их народ. Десятки лет бесправия, унижений, крови и деградации. У слушателей на глаза накатывались непрошеные слёзы, кулаки сами собой сжимались, из лёгких вырывались звериные рыки.