Чтение онлайн

— Отлично, Илам. А я Таира. Так вот, Илам. Пообещай мне, что не будешь этого делать. Живи долго и счастливо, понял? Никаких смертей за меня и вместо меня. Твоя жизнь принадлежит только тебе и нечего ее разбазаривать почем зря.

— Я понял вас, госпожа. Вы невероятно добры.

Ох, представляю, как бы сейчас ржал дракон. Без его едких замечаний недолго и зазвездиться. А еще, как он любил выразиться: «двинуть кони». Меня снова бросало то в жар, то в холод, а в кончиках пальцев копошились невидимые «жучки». Дракон наверняка знал, как мне помочь.

— Вилли, ты можешь что-нибудь сделать с решеткой? Как со столом в Единорожке?

— Нет. Она вальхоровая. Изолирует магию. Полностью. Пробовал разжать. Пока она замкнута, ничего не получится.

Плохо. Очень плохо. В камере стало так холодно. Я сжалась на тонком матрасе. Меня колотила крупная дрожь, а частое дыхание паром вырывалось изо рта.

Зачем я вспылила? Зачем обидела дракона?

Одно радует, утром будет сюрприз для надзирателей в виде моего окоченевшего трупа. Но почему же так холодно?..

«Помогает. От переутомления»

Я, едва слышно, пробормотала врезавшиеся в память слова.

— Госпожа, это вы сделали?!

— Как у тебя получилось?

Плесень на потолке вспыхнула, осыпалась огненным дождем и теперь угасала на полу, потихоньку отползая к стенам. И маг и бинти почувствовали волну, рожденную словом. Меня и вовсе подбросило на матрасе, как на батуте. Боль не ушла, но жар отступил, а гнетущее напряжение исчезло, как тогда в Ледяных горах.

Мои способности вальхоровая решетка не сдерживала. Да, я не умела гнуть сталь, перемещать или материализовывать предметы, но кое-что сделать я могла.

— Что ж, воспользуемся проверенным методом…

Ждать пришлось долго. Распуганные тюремной атмосферой, светляки облетали наше пристанище стороной, но кое-кто пошел на поводу у любопытства и прилетел на мой зов. Десяток желтых огоньков неслышно проникли сквозь темное окошко.

— Что вы делаете? — не унимался лесовик.

Вилли лишних вопросов не задавал.

— Пытаюсь нас спасти, — пробормотала я, соображая, как бы растолковать светлякам, что именно я от них хочу.

Наконец, примитивные духи уяснили задачу и, покружив над почти угасшей плесенью, скрылись в ночи. Оставалось только ждать и надеяться, что он еще не улетел.

***

Раньше мне часто снилось мое детство. Я не помнила лиц родителей, все фотографии дед сжег, я сохранила только одну, спрятала в коробку в дальний угол шкафа и ни разу не доставала. Но во сне я часто гуляла с ними по нашему зеленому склону. Эти сны не были грустными или счастливыми. Это были просто воспоминания, застрявшие в подсознании.

После того как я оказалась в Ирвеоне почти все мои сны сводились к одному…

— Он всегда был заносчивым придурком! — припечатала Жанна.

Подруга училась с Антоном в одной группе и отзывалась о нем как о наглом бабнике и богатеньком раздолбае. Я пропускала ее слова мимо ушей. Подобное мнение я уже слышала от мальчишек из нашей компании. Они выражались и пожестче.

— Ты не права, — вступился за Антона Фарид. — Он очень изменился после несчастья с братом. Хотя… засранцем он был всегда!

Мир оказался слишком тесным: Фарид дружил со старшим братом Антона, поэтому знал того с детства. Я не понимала, чему верить: своим воспоминаниям или мнению окружающих. Последнее перевешивало с большим отрывом. Но, самое главное, я не могла взять в толк, почему вообще уделяю этому вопросу так много времени.

***

Утро началось с грохота металлического жезла о решетку.

— Подъем! К тебе посетитель, — надзиратель едва сдержал зевок.

Я с трудом разлепила глаза, спустила босые ноги на холодный пол. И кому это я понадобилась ни свет, ни заря? В окошке торчал кусочек серого утреннего неба.

Боль в боку притупилась, но теперь я чувствовала себя опустошенной, как скинутая змеей шкурка. Казалось, подуй ветер и меня унесет в дальние дали. Но, конечно, в тюрьме и с ветерками и с далями было туго.

В допросной к приходу посетителя зажгли дополнительную лампу, но радостней от этого не стало, только вылезли из тени полузатертые пятна на грязном полу и стенах.

Незнакомый черноглазый мужчина в аккуратной куртке с меховым воротником коротко мне кивнул и нахмурился.

— Что вы с ней сделали?

— Ничего не делали, — раздраженно бросил надзиратель. — Мы приказы выполняем четко. Ее такой уже привели.

— Кормили?

— Пока нет. Обед в полдень.

Ух-ты! Тут даже кормят. Потрясающе!

Я доковыляла до стоящего посреди комнаты стула и опустилась на жесткое сиденье. Посетитель взял другой стул, тщательно его осмотрел и уселся напротив меня на некотором расстоянии. Мы посверлили друг друга глазами пару минут.

— Признаться, я ожидал иного, — наконец, произнес он. — Ну, не будем тратить время на пустую болтовню. Задам вам несколько вопросов.

Я безразлично пожала плечами.

— Знаете, почему оказались здесь?

— Понятия не имею. Мы беседовали с моим другом Закирием, тут пришли стражники, забрали меня и привели сюда. Возможно, они ошиблись, и им был нужен именно Закирий? Я даже готова им простить такую ошибку, если они извинятся.

— А мне сообщили, что Закирий обвинил вас в краже.

— Ваши осведомители ошиблись. Посмотрите на меня и на Закирия. Разве можно представить, чтобы он такое допустил? Но вы можете привести его сюда, устроим очную ставку. Так это из-за него я тут?

— Нет. Охотник Закирий тут совершенно не при чем.

— Ну, так я и говорю, что это ошибка. Так вы меня отпускаете?

— Что?! Нет! Вы здесь по другой причине. Не будем ходить вокруг да около. Нам стало известно, что вы шпионите на вражеское государство. Я задам вам один вопрос, от которого зависит ваша дальнейшая судьба. Вы готовы рассказать все добровольно?

— Я вас не понимаю. Разве Тувосария с кем-то воюет?

— Пока — нет. Но все может измениться в любую минуту. И в определенной степени это зависит от вас. Так что? Вы будете сотрудничать?