Чтение онлайн

— Стоять! — только и успел скомандовать Астер, кинувшись к Ориону.

Но Энджел уже натянула поводья, не давая коню подняться в свечку. Она абсолютно точно знала, что нужно делать, и действовала с уверенностью профессионала. А потом наклонилась к лошади и прошептала тихое «Ш-ш-ш!», зарывшись носом в серебристую гриву, и на секунду прикрыла глаза.

И вот это был ответ, который Астер все время ненавязчиво искал, наблюдая за девушкой. Он знал, ни один человек, случайно оказавшийся здесь, не стал бы наркоманить на лошадиную гриву. А значит, она человек не случайный. И вся череда мелких совпадений — вроде вонючего пледа, от одного вида которого любая другая девчонка из Алтиора бежала бы зажмурившись, — встала на свои места.

— Что я должен знать, чего не знаю, свит хоум Алабама? — выкрикнул он. От удивления у него по рукам побежали мурашки.

Девушка пожала плечами. А потом успела лишь вскрикнуть, потому что, воспользовавшись той же оградой, Астер подпрыгнул и уселся позади нее. Орион принялся пританцовывать на месте, и Астер крепче сжал ногами его бока.

— Тебе придется все мне рассказать, Энджел Белл, — наклонившись, шепнул он, забирая поводья и при этом крепко обнимая девушку.

— Ты забыл, что я родилась в самом сердце Юга, Блэквуд. У нас сидеть в седле учатся раньше, чем начинают ходить, — чуть тише, чем требовалось, произнесла Энджел, опуская глаза.

Ему удалось ее смутить. И от этого внутри загорался какой-то особенный азарт. Уже без всякой опаски и осторожности Астер ударил в бока коня пятками.

Еще никогда Астер не ездил с кем-то на одной лошади. А сейчас девушка-ангел была так близко, что он мог почувствовать тепло ее тела, крепко прижатого к его. Ее спина касалась его груди, бёдра — его ног. Они почти сливались в одно. Даже если бы Энджел захотела отодвинуться — не смогла бы. Но она и не пыталась, и Астер это заметил.

На улице было тихо. С возвышенности, на которой располагались конюшни, Деполе мог показаться обычным городком вдали, скрытым ото всех высоким лесом. Но сейчас, когда звуки стихли, городские огни отправились на покой, а Орион мерно фыркал, выдыхая белые облака горячего пара, происходящее казалось почти нереальным. Лес шептал, и, хотя птицы спали, Астеру все равно казалось, что ему слышится особая мелодия. Спор и ссора выполоскались из головы встречным потоком ветра, и ему очень хотелось, чтобы с Энджел сработало так же.

— Просто послушай это место, посмотри вокруг, — тихо произнес Астер. — Когда оказываешься здесь, все проблемы кажутся такими мелкими… такими несущественными…

Энджел запрокинула голову и вгляделась в темное небо, полное звезд.

Астер же в этот момент смотрел вовсе не туда. Его взгляд принадлежал ангелу. Он чувствовал тепло ее спины у своей груди, ее запах, напоминавший сладкие пряники и замки «Янки Кэндл»** с их рождественскими свечами. Выбившиеся из косички волосы щекотали ему подбородок и щеку, и Астер осторожно убрал их за воротник ее куртки.

По шее девушки побежали мурашки. И Астер не мог отвернуться от этого зрелища, как себя ни заставлял. Ему хотелось на нее смотреть, а еще больше — погладить ладонью эту слегка порозовевшую щеку. Чуть наклониться и прикоснуться к ней губами, едва-едва, сдвигаясь все ближе к углу маленького рта. А потом… Ему и тянуться бы не пришлось. Чуть подпрыгнув на следующей кочке, можно как будто случайно мазнуть губами по ее коже, а там будь что будет. Желание попробовать ее на вкус буквально вопило. Но когда Астер, прикрыв глаза, уже подался вперед, Энджел вдруг воскликнула:

— О боже!

Блэквуд одернул себя, словно очнувшись ото сна. Орион резко остановился, принявшись переступать с ноги на ногу.

Задрав голову, девушка продолжала во все глаза смотреть на небо, будто пытаясь его вдохнуть. Оно же в ответ закружило в воздухе тот самый долгожданный праздник, осыпая землю белыми перьями.

— Снег, — тихо произнесла Энджел, подставляя ладошку.

— Да, но в этом году он уже не первый, — сдув с щеки прилипшую прядь и проглотив нахлынувшее возбуждение, ответил Астер.

— Ты не понимаешь. — Девушка подтолкнула его, как будто прося: дай мне спуститься вниз.

Астер спешился и, придержав Энджел за талию, помог ей слезть.

— Это правда снег, — улыбаясь еще шире, вновь произнесла она, все еще находясь в его руках.

Астеру не хотелось ее отпускать.

Эта девушка была такой простой и открытой, такой незапятнанной миром и не растерявшей любовь к красоте простых вещей, что это завораживало. От нее будто исходил свет.

— Мой первый в жизни настоящий снег! — сказала она.

«Потому что прошлый ты проспала, любовь моя», — вдруг подумал Астер.

А потом она вдруг рассмеялась, искренне и легко. И этот смех будто протянул ниточку к сердцу парня.

— Боже, это даже красивее, чем в кино! Господи! — Она раскинула руки.

Он засмеялся тоже.

— А хочешь, как в настоящем кино? — спросил Блэквуд.

— Как это? — посмотрела на него девушка.

И тогда, покрепче ухватив Энджел за талию, он поднял ее над землей и закружил. Им на головы опускались снежинки. Она шире раскинула руки, широко улыбаясь. А потом соскользнула вниз, обняв его за плечи.

Они оказались слишком близко. Наверняка ближе, чем позволял записанный на старой валентинке кодекс спора. А потом кто-то подтолкнул Блэквуда между лопаток. Орион. Астер с Энджел неловко соприкоснулись кончиками носов. Она замерла, задержав дыхание, и больше не улыбалась.

Он не знал, почему решился. Может, просто порыв, а может, всему виной ее улыбка, что освещала ночь сильнее прожектора. Он так хотел ее. Так хотел поцеловать. Наклонившись, Астер закрыл глаза и коснулся губ девушки, едва скользнув по ним своими. О, как же сильно он хотел разомкнуть их!

Как вдруг Энджел отстранилась, накрыв его рот своей ладошкой:

— Астер, стой.

Это был первый в жизни раз, когда кто-то отказал Астеру Блэквуду в поцелуе. Причем он был настолько близко, что все еще чувствовал тепло женских губ.

— Ты мне нравишься, Блэквуд, — мягко произнесла Энджел, выбивая у него почву из-под ног своим признанием, — глупо было бы это отрицать. Да ты и сам знаешь, что твоему обаянию сложно противостоять. Но я не хочу быть с тобой.

Астер опешил. Это был первый в жизни раз, когда кто-то отказал Астеру Блэквуду не только в поцелуе, но и в даже не начавшихся отношениях.

— Ты тоже нравишься мне, Белл, — аккуратно ответил он. — Глупо было бы это отрицать, учитывая, что я едва с ума не сошел, желая тебя поцеловать. — Рот девушки удивленно приоткрылся, и Астер с досады аж прикусил губу. — Но я хочу быть с тобой.

Она покачала головой, сделав шаг назад.

— Почему? — спросил Астер.

— Разве не ты повторял, что серьезные отношения не для тебя?

Этими словами она как будто дала ему пощечину. Но Астер ответил:

— Я хочу попробовать.