Чтение онлайн

Отброшенный жесткой артистической рукой, стул отлетел в угол - Скараш рывком обернул голову в профиль и замер на мгновение, его голова в мутном отсвете на стене выпукло напомнила абрис небывалой камеи Мефистофеля. Не шелохнувшись и словно не раскрывая рта, он кратко расхохотался:

– Эти греческие глупцы надеются возродить крестовую Империю на славянской почве... Болезнь медленно распространяется: в лесах поселяются отшельники, на дорогах появились первые богатыри с крестами на щитах и под рубахами. Некоторые князья-изгои собирают под свои знамена сторонников новой веры - и прежде прочих молодой негодяй Владимир Святич... Это предельная угроза. Крещеные сторонники погибшей Империи - греки, србы, белогорцы и алыберы - уже выслали на Русь своих миссионеров. Они пытаются передать славянам четыре царских элемента - Алфавит Солнечных братьев. Скипетр Орла, Державу Креста и Меч Константина. Это есть таинственные ключи к новой Империи. От нас зависит, да будут они потеряны навсегда!

Скараш явно наслаждался своей речью - в голосе его сдержанно грохотали громы грядущих сражений, мерцающие глаза ярче отблескивали во мраке. Данила не смотрел на волшебника - опустив взгляд по касательной к загрязненной поверхности стола, он старательно запоминал услышанное.

– Церковный Алфавит готовы доставить на Русь Кирилл и Мефодий, два полоумных брата из города Солунца, - звучал в темной избе широкий южный голос, изредка подрагивая на значимых слогах.
– Волшебный Меч Константина задумано передать славянам от алыберского царя Леванида Зиждителя, этого нищенствующего горского властителя. Наконец, главные императорские стати Скипетр и Державу - везет с собой из разоренного Царьграда коварный имперский царедворец Колокир...

Скараш сделал паузу и медленно покачал головой:

– Это очень опасный человек. Он хитрее лисицы, великолепный лицедей... Ему нет равных в искусстве переодевания и изменения голоса. Без помощи магии Колокир способен перевоплотиться в женщину или старика, в животное или призрак. Несколько недель назад он отправился в свой путь на Русь - и скоро будет здесь, в наших краях...

Ссутулившись над столом, Данила горячей рукой отвел от лица русую прядь. А в пальцах мага вдруг блеснул лезвием тонкий кинжал. С размаху вонзив острие в отполированное локтями дерево столешницы, Скараш продавил в древесине короткую дугообразную линию.

– Колокир едет из Царьграда к тайному месту на берегу Глыбозера. В это время с другой стороны, из Престола к Глыбозеру спешит некий крещеный славянин, которому предстоит встретиться с греком и принять от него царские Стати...

По темному дереву пролегла еще одна узкая полоса, под углом и навстречу первой - не доведя совсем немного до пересечения линий, Скараш с кратким треском вырвал кинжальное острие из тесных древесных тканей.

– Если они встретятся, на наших надеждах можно поставить крест. Славяне получат древние Стати базилевсов Империи, и тогда... Тогда начнется новое время - эпоха святорусских богатырей... Эту эпоху нам едва ли дано пережить.

– Как мы можем помешать встрече?
– Данила поднял внимательные глаза.

– Как я уже сказал, грека перехватить невозможно. Никто не знает, как на самом деле выглядит Колокир и какое обличье он решил принять на этот раз. Остается только один путь: искать славянина.
– Подобрав подол плаща, Скараш присел на край стола, по-прежнему задумчиво вглядываясь в свежие шрамы на досках.
– Как сообщает нам из Престола Окул-хан, один крещеный славянин недели две назад выехал в наши края... Очевидно, он уже находится в окрестностях Глыбозера в потайном месте, где назначена встреча - где-нибудь на незаметном лесистом острове или в глухой протоке. Найти его не составит труда: нам известно его имя и богатырская внешность. И даже то, что он приехал вместе с женой - что лишний раз подчеркивает славянскую тупость...

– Как его имя?
– лениво спросил Данила, делая вид, что тоже разглядывает глубокие царапины на досках. Они почти встретились, эти две линии - похожие на дугообразные крылья нарисованной птицы.

– Его имя? Ха-ха! Забавное имя!
– отозвался Скараш.
– Этого богатыря зовут Михайло Потык. "Потык" - это прозвище. Кажется, оно означает "птица".

XII

Как и было их да три братца названых,

Да тут-то молодцы и поразъехались,

Добрынюшке-то путь держать за киян-море,

Там корить языкушки поганые,

Даниле Казарину-то во чисто поле,

Прибавлять земельки святорусския,

А Михайлушке Потоку за грязи за черныя,

За гнилы корбы да затрясины

К самому Калину-царю тороканскому

Отбивать у собаки дань за двенадцать лет...

Сказание о богатыре Михайле Потъке

Скараш еще долго метался из угла в угол тесной комнаты, замирая в эффектных мизансценах и рассказывая о том, как его невидимые стрекозы рыскали по берегам Глыбозера в поисках Потыка. Теперь область поиска сужена до границ небольшой старицы безымянной речушки, впадавшей в озеро с востока, - там, в горячих березняках, летучие сыщики учуяли слабый намек на запах костра и человеческой стоянки... Осталось подождать до заката, когда в паучьем зеркале при свете луны можно будет разглядеть то, что видели своими сетчатыми глазками волшебные легкокрылые слуги. Если потайная стоянка славянского богатыря будет найдена, Скараш сочтет свою высокооплачиваемую роль завершенной. И придет черед боевиков: Одинок и Данэил уничтожат настоящего Потыка и его жену. Их место в лесном шалаше займут Свищ и Смеяна, переодетые в славянские одежды, - ожидать появления в условленном месте Колокира с его драгоценной ношей.

Вот уже несколько минут Данила слушал волшебника менее сосредоточенно - краем глаза он поглядывал в тесный просвет за печкой, где на грязной кухоньке возились две славянки - толстая Малкуша и ее подрастающая дочка в желтом сарафане. Вовсе не крепкая фигурка русокосой девочки с оформившейся грудью под тонкой застиранной сорочкой, не милое проворство молочно-белых ручек в высоко засученных рукавах привлекли его внимание - на кухне творилось нечто совершенно подозрительное. Мать и дочка, воровато оглядываясь в темную комнату, вдруг замерли, склонившись над столом голова к голове... в маленьких пальцах мелькнула острая палочка - под маменькину диктовку, прислушиваясь к неслышному ее шепоту, девушка что-то наспех нацарапала на куске бересты...

– Девка! Меду неси!
– громогласно потребовал Скараш, раздраженно отшвырнув на дальний край стола опустевшую плошку. Клочок бересты мигом исчез из виду - толстая хозяйка метнулась было из кухни к столу, но испуганно замерла, остановленная визгливым окриком волшебника: - Пошла прочь, старуха! Зови свою дочку - пусть послужит нам!

Желтый сарафан беззвучно мелькнул мимо печки - низко опустив голову и едва удерживая в руках тяжелый горшок со сладостью для незваных гостей, девочка приблизилась... "У-у-у, мой птенчик!
– густо пропел южный голос, и бледные пальцы цепко легли на пухлое плечико, медленно поглаживая гладкую кожу повыше локтя.
– Как тебя звать, краса-девица?"

– Бустя...
– Синий взгляд беспомощно запрыгал по столу, горшок в руках накренился, и вязкие темные струйки потекли по пальцам.
– Меду вам принесла... Отведайте, добрые гости!

– Поклон тебе за медок, Бустенька...
– бархатно пророкотал голос, медные пальцы с узкими ногтями скользнули по нсзагорелому плечу выше, тихо задирая рукав сорочки.
– Сколько же тебе годочков от роду, девица?

– Тринадесять исполнилось, батюшка! Деточка совсем...
– выскочила из-за печи толстая Малкуша, боязливо пригибая голову в темном платке. Младшенькая моя, болезная...

– Пошла прочь! Тебя кто звал, дура старая!
– Волшебник подскочил на стуле, мгновенно багровея лицом. Бустя, мелькнув косой, шарахнулась в темный угол, а Данила почувствовал, как судорогой свело стиснутые зубы.

– В сарай упрячу! Будешь сидеть со своими скотами без воды!
– не унимался Скараш, будто плетью размахивая в воздухе скрюченной кистью с длинными пальцами.
– Молчать, свинья славянская! Знай место на кухне! А ты, деточка, не уходи... Куда же ты убежала, Бустенька?