Чтение онлайн

Отсчитав необходимую сумму на глазах у Тома, положила на стойку и аккуратно пододвинула стопку ассигнаций к нему. Только тогда подняла голову и посмотрела в зелёные глаза, оказавшиеся на уровне моего лица. От неожиданности я почти вздрогнула. Губы Тома растянулись в довольной улыбке.

— Твоя сестра настоящая красавица, хоть и с прибабахом. Рад был познакомиться!

С этими словами он взял деньги, сунул их во внутренний карман кожанки и направился к выходу, бросив пронзительный взгляд через плечо. Затаив дыхание, я стояла и смотрела, как он выходит на улицу и движется к матово-чёрной карете последней модели. В размышлениях не заметила, как сзади подошла Мишель.

— Он невероятен! — с трепетом в голосе тихо произнесла она.

— Даже слишком, — бесцветно отозвалась я. — И он сказал, что ты красавица, хоть и с прибабахом.

— Неужели?! — она хмыкнула и, сложив руки на стойке, опустилась на них подбородком и растеклась от счастья. — Ну и пусть, зато красавица!

Пока Мишель заперлась в ванной, чтобы смыть с себя впечатления за день, я запекла мясо в духовке, приготовила салат на ужин, в одиночестве проглотила свою порцию.

За окнами сгустилась ночь. Разглядывая дно пустой тарелки, я задумалась. Из головы не выходила гибель Саммер и следы крови на стенах её дома. Откуда же она взялась?

Чуть не завизжала, когда о ногу ласково, но настойчиво потёрся кот. Погладила его, почесала за ушком и решила, что неплохо было бы прогуляться и разложить по полочкам мысли. Какие именно? Я подумывала проникнуть в дом Саммер и собственными глазами осмотреть место преступления!

Ноги сами несли меня по мостовой, пока я наслаждалась безветренной погодой и свежим, морским воздухом. Карету бросила у пристани.

Я всё ещё чувствовала дыхание смерти, исходящее от дома убитой феи. От отмеченного магией и злом жилища при свете дня даже в самую ясную погоду всегда тянет могильным холодом.

Следы зла, как старые раны, не исчезают бесследно. Даже если дом снести, сама земля останется заражённой — строить жилище там больше нельзя.

Люди, не чувствующие магии, несмотря на предостережения, покупали землю, строили дома, а потом жаловались на полтергейст.

Когда создавалось управление убийств и магии, люди отказались от нашей помощи. Хотя сами не способны ощущать магию, сколько бы ни прослушали лекций.

Верховная Ведьма не настаивала. У неё есть свои сыщики — фамильяры. Раньше их считали низшими магами, но после изгнания нечисти с земель Эгморра они стали подручными правительницы и блюстителями магического закона.

Она наделила фамильяров правом действовать как стражи порядка: предъявлять обвинения, арестовывать нарушителей и избавлять от «света» тех, кто утратил облик.

Они были везде. Мир теней, о котором люди и не догадывались.

Фамильяры жили среди людей, принимая облик питомцев или иных животных. Вороны на ветвях, голуби, бродячая собака — идеальное прикрытие.

Но не стоит думать, что каждый кот или попугай — придворный фамильяр. Они появлялись лишь там, где их назначала Верховная Ведьма.

Кто же мог заказать Саммер? Кулон исчез, а, значит, её убили ради него. Дар навязывать настроение не казался ценным, но кому-то он понадобился.

В раздумьях я обошла всю мостовую. Город погрузился в густую ночь, сияя холодными огнями. Море безмолвно мерцало в свете полной луны и россыпи звёзд, похожих на бисер, пущенный по чёрно-синему бархатному покрывалу.

Я не заметила, как вернулась к пристани и остановилась недалеко от своей кареты. Рядом с ней спиной ко мне стоял мужчина в коротком чёрном кожаном плаще, синих брюках и чёрных ботинках. Он рассматривал моё транспортное средство, держа руки в карманах.

Не спорю, красное дряхлое корыто притягивала взгляды, но сейчас это совсем не утешало. Ноги приросли к тротуару, по спине пополз холодок. Я невольно поёжилась.

Но мужчина начал разворачиваться, ощутив моё присутствие, и у меня пульс зачастил. И уже не от страха.

Я направилась к карете, хотя голова кружилась от нахлынувших чувств. Откуда они взялись? Что со мной? Сердце заходилось, и дышать было нечем…

— Патрульный Шерман? — удивлённо протянула я. Он неторопливо обернулся. — Вы следите за мной? Каюсь, штраф я до сих пор не оплатила.

— Нет, — с едва уловимой улыбкой ответил он. — У вас приметная карета. А издержки профессии не дают покоя даже после смены, так что пройти мимо я не сумел. — Он кивнул на тёмное кафе неподалеку: — Заведение закрыто, а рядом припарковано авто. Наводит на определённые мысли волей-неволей.

— Люблю прогуливаться по пустым улицам. Это противозаконно?

— Ночью одной ходить опасно, — выдохнул он, озираясь по сторонам.

Моё внимание оказалось приковано к его лицу.

Правильно очерченные губы, которые он поджимал, когда оглядывался на тёмную мостовую. То, как приподнимал брови, удостаивая меня слегка надменного взгляда. Голубые, почти синие глаза, в которых тепло боролось с холодом….

На него хотелось смотреть и смотреть, задержав дыхание от удовольствия.

— Да, я понимаю, — пробормотала.

Шерман снова изогнул бровь, будто видел мою неловкость в каждом жесте, слышал в каждом слове. Я вызывала у него симпатию или насмешку?

Взяв себя в руки, я улыбнулась.

— Но домой совсем не хочется, тем более после того, как убили соседку. Средь белого дня.

Шерман нахмурился и посмотрел мне в глаза. По телу пронёсся разряд тока, молниеносная вспышка энергии, оставив после себя слабые импульсы в кончиках пальцев.

От неожиданности я втянула воздух ртом. Патрульный отвёл задумчивый взгляд, будто что-то услышал, но через мгновение вновь посмотрел на меня. Его что-то отвлекало. Или я нервировала своим нежданным появлением?

— Сожалею, а как это произошло?

— Её убили в собственном доме. Безобидную кондитершу.

— Но кому могла насолить кондитерша? — усмехнулся Шерман, и я подняла на него глаза.

Вопрос, скорее всего, был риторическим. М встретились взглядами, и сердце замерло. Вновь.

— Не знаю. — После неловкой паузы я все-таки ответила: — Я считаю, что её убили рагмарры, потому что пропал кулон. Саммер умела управлять чужим настроением.

Понятия не имею, зачем я как на духу рассказывала ему всё, что крутилось в голове. Хотелось с кем-то поделиться, или он так сильно располагал к себе?