Чтение онлайн

Охотник прошёл мимо — мелькнула медленная тень, и сердце упало в пятки.

А я принялась судорожно искать выход из западни, в которую загнала себя. Оставался лишь путь обратно, на хорошо освещённую улицу с парой деревьев.

Набравшись смелости, двинулась вдоль стены, улица казалась пустой. Выйти не хватало смелости, пульс душил. Но рагмарр тоже не торопился. Может, решил, что жертва унесла ноги или скоропостижно скончалась от ужаса в подворотне?

Шагнув на свет, я замерла. Под ногами хрустнула ветка, звук показался оглушающим. Но никаких движений в ответ не последовало. Тогда я рискнула покинуть укрытие и шмыгнула вдоль дома. Блузка под плащом прилипла к спине. Двигаясь осторожными шагами, я настолько осмелела, что направилась к дороге.

Дома, здание почты и серое, неприметное строение с заколоченными окнами и облупившейся, когда-то голубой краской. В глаза бросилась вывеска над высокими дверьми: «Детский дом „Луч света“».

Что-то до жути знакомое было в этой надписи. Кажется, я слышала об этом месте….

Кожу лица обожгло чужое дыхание. Вдруг из одной из теней соткался рагмарр. Его глаза сияли магией. Такие же холодные, как он сам. Охотник показался лишь на мгновение и вновь обратился в дым.

На дереве тихо переговаривались чёрные вороны. Я слышала их, чувствовала нарастающее негодование. Фамильяры из ночного патруля наблюдали за нашей игрой. Нужно было убираться отсюда подальше, вот только как?

Вдруг птицы беспокойно сорвались с веток и, напыщенно галдя, закружили в воздухе.

Кажется, пора. Я вышла из тени бука. В голове отозвался шёпот на крики воронов. Нахлынуло необъяснимое чувство трепета, смешанного с ужасом.

Расставив широко ноги, охотник глядел на меня ледяным взглядом. Я ощущала его мощь, бегающую колючими разрядами по коже, но не могла не смотреть ему в лицо — лепное, мужественное, равнодушное.

Когда увидела его облик целиком, то чуть не ахнула — он оказался привлекательным, несмотря на внушительный вид головореза. Сглотнув, я попятилась, а рагмарр застыл, наблюдая за мной.

Едва я решилась на очередную попытку скрыться, он рассыпался чёрной пылью в воздухе и у меня на глазах обратился в дым. Кажется, я разучилась дышать. Что-то надломилось в груди, и по венам потёк жар. Кулон под блузкой вплавлялся в кожу, будто раскалённый.

Мои глаза полыхнули магией — я выставила руку ладонью вперёд, глядя в искрящуюся тьму надвигающегося на меня смога. Швырнула в рагмарра свою силу.

Вспышка магии озарила улицу — на мгновение. Вороны окружили нас чёрным галдящим вихрем. Их крики отражались от стен и окон, звенели в голове.

Крылья птиц хлопали над головой, задевали перьями волосы. Тёмный оказался слишком близко, воздух между нами дрожал и переливался. Вороны шептали в голове, кричали, тревожа глухую ночь. Трепещущее тепло в груди, вкус сладости на губах, и магия хлынула из меня ослепляющим потоком.

И ударила в рагмарра, сбила с ног, но он успел сгруппироваться. Рассыпался пылью и чёрным вихрем унесся ввысь. Так быстро, что я не успела проследить взглядом.

Птицы умолкли, но ещё порхали вокруг меня. Шелест перьев и свист рассекаемого крыльями воздуха показались оглушающими в воцарившейся тишине. Сердце колотилось, мешая дышать.

Опустив руку, я попятилась, ища опору. Один резвый и наглый ворон пролетел перед лицом. Я рефлекторно отмахнулась, но он вдруг посмотрел на меня. Совершенно осознанно — карие глаза, взгляд человека, не птицы. Ночной патруль Верховной Ведьмы. Дозорный из парка доложил. Похоже, теперь я стану знаменитостью.

До своей улицы я долетела за несколько минут и спустилась на землю.

Оправив растрепавшиеся в полёте волосы, отряхнула плащ и укуталась в него. Надеюсь, Мишель ещё не вернулась и не увидит меня в таком виде. Иначе визгу будет…

Усталость навалилась на плечи. Боль в ладонях пульсировала, колени жгло, но было уже совершенно наплевать. Главное, добраться до дома и запереть за собой дверь.

Когда я перебегала дорогу, скрипнула дверь соседнего дома — на улицу вышел Майло. Сначала я притормозила, рассчитывая на то, что останусь незамеченной, но парень приветственно помахал рукой, спеша к калитке.

— Эшли? — встревоженным голосом позвал парень, застыв у почтового ящика. — У тебя на лбу кровь!? — сосед придирчиво осмотрел меня с ног до головы.

Я никогда не могла понять, нравится мне его лицо или нет. Оно определённо притягивало взгляд, но и вызывало некую оторопь. А всё дело в кривом, глубоком шраме над верхней губой.

Где Майло его заработал, спросить я никогда не решилась бы. Сам он не рассказал бы, ведь мы не настолько близко были знакомы. Тёмные, почти чёрные прямые волосы он разделял на прямой пробор, так, что они закрывали уши. И я не помнила его с другой причёской. Золотисто-карие глаза, слегка заострённый нос, и худощавое лицо — ничего особенного, но улыбка придавала чертам мягкость.

Если не знать, что под свободной синей рубашкой и чёрными широкими штанами подтянутое тело, то можно решить, будто Майло худощавый.

Он зарабатывал ремонтом на дому — знал толк в магических побрякушках. В тех самых, что продавались в магазинах, подобных «Мишель», и служили оберегами от всевозможных напастей.

В случае, если купленный в лавке оберег приходил в негодность, его несли к Майло. К сожалению, таких мастеров, как он, осталось очень мало.

Чтобы как-то сгладить затянувшуюся паузу, я робко пожала плечами и улыбнулась.

— Ночью на улицах Мортелля становится опасно бродить в одиночестве. А ты знаешь о моей уникальной способности спотыкаться о любую, даже самую маленькую дорожную ямку и камешек.

— Ты опять одна гуляла? — тихо и совершенно серьёзно протянул сосед, отворяя шире калитку. — И споткнулась?

— Да, — я энергично закивала, изобразив печаль на лице. — Споткнулась. И сильно ударилась. Очень сильно.

Иронию в моих словах сосед не заметил и сочувствующе поморщился. Робко улыбнувшись, он быстро обернулся на дом, а в следующую секунду неожиданным жестом указал на дверь:

— Я хочу угостить тебя горячим шоколадом.

От его обезоруживающей, по-детски открытой улыбки стало неловко, и я не смогла отказать.

— Надеюсь, сёстры не объявят меня в розыск, — пробормотала я, проходя мимо Майло, и ступила на дорожку из зелёных камней.

На территории дома не было никакой растительности кроме газонной травы и одинокого куста можжевельника около порога.

Узкий коридор служил прихожей. Чтобы попасть в столовую, пришлось повернуться боком и буквально протиснуться между стенами. Тут уже была просторная комната с круглым столом, застеленным цветастой скатертью, два деревянных стула, буфет с резными стеклянными дверцами и старинный комод ручной работы.