Чтение онлайн

— Я не могу переваривать то, что увидела, бездействуя, — сглотнув, я прикрыла на миг веки. Во рту появилась горечь — стоило вспомнить о тьме, пожиравшей изнутри дом феи. — В горле до сих пор стоит ком. Прости, сестра, но я должна удовлетворить своё неугомонное любопытство, — выговорившись, я плотно сжала губы, морально готовясь к обороне, но сестра, как всегда, поразила меня переменой своего настроения.

— Я не собираюсь привязывать тебя к ножке кровати или обездвиживать при помощи магии, — она обречённо вздохнула, медленно выпуская моё плечо. — Ты вольна делать всё, что пожелаешь, но обещай, что будешь беречь себя! Вокруг творится беспредел, которому должна положить конец Верховная Ведьма, но она, похоже, взяла отпуск и махнула на острова кости погреть. Или лично приложила руку к происходящему, что совершенно не удивляет…. Маги мрут, как мухи.

Я растерянно пожала плечами.

— Не думаю, Мишель. Если бы она хотела извести нас, то придумала способ изощреннее. Зачем ей так мелочиться? — задумчиво хмыкнула. — Возможно, не стоит из неё монстра делать.

— Фамильяры исчезли с улиц — что ты на это скажешь?

Я непроизвольно посмотрела в окно. Деревья, сбрасывающие пожелтевшую листву, смотрелись сиротливо — ни единой птицы на ветвях. Обычно голуби и вороны галдели, раз за разом пытаясь поделить ветвь клёна. Пустовал и кипарис с пышной кроной, способной уместить стаю птиц. Что-то было не так…

В помещении сгущалась тьма, будто небо заволокло дождевыми тучами. Гардины перестали колыхаться, сквозняк умолк, на улице воцарилась пугающая тишина. Возмущённый голос Мишель унёсся прочь.

Я оказалась в кромешном мраке, вокруг ни души, лишь звуки, которые невозможно разобрать. Обрывки слов, шёпот сотни голосов — он щекотал изнутри, заставлял сердце спотыкаться. Перья касались моих рук острыми краями, хотелось их оттолкнуть, но я не могла пошевелиться.

Крылья рассекали воздух перед лицом. Было трудно дышать. Звон, нарастающий в ушах, и вдруг он резко разбился. В горле уже застрял крик.

Тишина заполнила комнату. Я слышала лишь собственное дыхание и шум крови в ушах. Пульс долбил в висках. Меня охватило странное чувство, словно какой-то частью себя я знала, о чём шептали те голоса….

— Эш? — раздался испуганный голос Мишель, и её пальцы, впившиеся в плечи, резко встряхнули меня.

— А? — протянула я, медленно поворачивая голову, чтобы посмотреть на сестру. Когда мы встретились взглядами, она ахнула.

— Что произошло?

Я нахмурилась, пытаясь понять, о чём Мишель спрашивала. Ноги стали ватными, безвольность разлилась по всему телу. Нетерпеливо застонав, сестра приставила меня к стене, чтобы я не завалилась на пол.

— У тебя глаза светятся. И кулон, — она глянула на мою шею. Не сладив с обмякшим языком, я опустила глаза — розовато-золотистый камень ослепляюще полыхал. Оторвав от него взгляд, я посмотрела на взволнованную Мишель.

— Ничего необычного, — старалась говорить буднично, но сестру не провести.

— Ты что-то скрываешь, — уверенно заявила она и отстранилась. Сложив руки на груди, недовольно поджала губы.

— Вовсе нет, — оцепенение спало, и я смогла пожать плечами.

— Я же чувствую! Тебя что-то потрясло! Давай рассказывай, пока я не вышла из себя.

— Да, я что-то скрываю и мне нечего сказать в своё оправдание, — покорно отозвалась я, и мой ответ до глубины души возмутил Мишель. Случайно с языка слетело.

Она опустила руки и хотела уже развернуться, чтобы уйти, но я остановила её. Глядя в темнеющие от злости и обиды глаза сестры, с мольбой произнесла:

— Поверь, некоторых вещей тебе лучше не знать.

— Ты не слушаешь меня. Всегда поступаешь по-своему, — с комом в горле заговорила она. — И даже не помнишь, о чём мы говорили минуту назад, потому что мысли о расследовании занимают тебя куда больше.

— Но я помню, что мы говорили о фамильярах, — возразила я. — И помню, что хотела ответить. Мы не имеем понятия, какие страсти кипят за ширмой обыденной жизни магов, — мой голос прозвучал отстранённо.

Мысленно я снова находилась в доме Саммер и прокручивала в памяти каждую секунду пребывания в нём. В сознании, словно из разноцветных камней, росла кривая пирамида из догадок. Я собирала её по крупицам, бережно складывала, формируя фундамент, от которого и начну расследование.

И первым, самым крупным булыжником являлось место работы погибшей феи. Вторым по значимости и важности шёл Лукас: используя свой природный шарм и наглость, я выужу из него всю необходимую информацию. Зарисовки с места преступления, результаты вскрытия — бесполезная трата времени, но нельзя исключать ни одну из версий — показания очевидцев и соседей. А дальше станет видно, в каком направлении протаптывать дорожку.

— Видимо, у фамильяров есть дела гораздо важнее…

Мишель была права — расследование не выходило у меня из головы. Я стояла и смотрела на неё невидящим взглядом, провалившись в раздумья.

— Ты отключилась? — она пощёлкала пальцами перед лицом, и я вернулась в реальность. Мишель устало вздохнула. Я решила подбодрить её лучезарной улыбкой, но она покачала в ответ головой: — Сходи, развейся, как это делают нормальные девушки твоего возраста.

— Нормальные девушки моего возраста?

Мишель раздражённо закатила глаза и всплеснула рукой:

— Ты поняла, что я пытаюсь до тебя донести. Посети любое злачное место, напейся, оторвись одним словом!

— Знаешь, а ты как всегда права, — задумчиво протянула я, закусив губу. Мишель встрепенулась и нахмурилась, вспоминая, что лишнего ляпнула. — А не наведаться ли мне к Лорелее!?

— Отличная мысль! — одобрила она и энергично закивала. Сестра ведь не знала, как мы с Лорелеей «отрываемся».

— Выпьем по бокалу или бутылочке вина… — меня же несло по волнам размышлений, — поболтаем о своём, о девичьем….

— Точно! Это именно то, что тебе сейчас нужно!

— Заодно попытаю Странника.

На последней моей фразе повисла напряжённая тишина.

Жутко хотелось злорадствовать, но Мишель итак выглядела измотанной. Она понимала, насколько серьёзно я отношусь к своему опасному пристрастию, но не могла разделить это чувство со мной.

— Эшли…… — устало выдохнула Мишель. — Тебе не приходило в голову, что когда-нибудь это закончится плачевно?

Я снисходительно улыбнулась и крепко обняла сестру. Уткнувшись в шелковистые волосы, пахнущие ванилью, прошептала ей на ухо:

— Со мной ничего не случится, обещаю. Клянусь, что брошу расследование, если оно зайдёт слишком далеко и приобретёт статус повышенной опасности.

— А в том случае, когда твоё участие будет необходимо…?

Я отстранилась, чтобы видеть глаза Мишель.

— Ну, если ты попросишь меня об этом…— протянула я и улыбнулась, мечтательно закатив глаза.

Сестра непроизвольно улыбнулась в ответ, и мы с минуту смотрели друг на друга. Мишель всегда была самым близким другом для меня. Кроме Лорелеи, конечно, с которой нас тоже многое связывало.