Чтение онлайн

Скользнув вдумчивым взглядом по моему лицу, Бен потянулся в задний карман штанов, для чего ему пришлось привстать. Он вынул из него сложенный вдвое конверт из пергамента. Покрутив в руках, какое-то время разглядывал восковую печать на нём.

В тот миг я забыла про воздух и перестала моргать. По спине скользнул липкий холодок, сердце споткнулось и неистово затрепетало. Мною овладел животный страх.

Я до смерти испугалась, увидев конверт в руках Бена, и не потому, что он держал его. Причиной моего ужаса было совсем другое: в таких конвертах Верховная Ведьма рассылала уведомления своим подданным — я видела кипу идентичных конвертов на письменном столе отца.

Он служил нашей правительнице, состоял в «Системе», но тогда я этого не знала. А Бен к Системе не имел никакого отношения….

Тяжело вздохнув, Шерман на миг прикрыл глаза и распечатал конверт. Я слегка вытянула шею, чтобы увидеть, что в нём лежит, и заметила уголок фотокарточки. Бен нехотя взялся за него и медленно вытянул. Он ещё не понял, кто на снимке, а я уже дрожала так, что зубы боялась расколоть.

Пальцы тянулись к лежащим посередине стола ключам от кареты. Я боялась, что Бен заметит и остановит меня, поймает за руку, но он ничего не сделал. Достав фото, он лишь мгновение разглядывал его, а потом обречённо закрыл глаза.

В тот миг, когда я накрыла ключи ладонью, он небрежно бросил снимок на стол прямо передо мной, и я замерла.

Это было моё фото!

В памяти даже всплыл день, когда оно было сделано.

Голова пошла кругом. Мой мир перевернулся, а сердце замерло.

— За что? — шёпотом спросила я, сжав в руке ключи.

— Не знаю, — сглотнув, сухо ответил Бен, а когда открыл глаза, я с трудом сдержала вскрик — они сияли белым светом.

Магия потекла через стол от него ко мне, но я боялась пошевелиться. Глаза заволокло слезами. Воздух плавила его сила, я могла её коснуться и взвесить на ладони.

Гирлянда под потолком кафе замигала, сначала с перебоями, словно от скачка напряжения, а затем ослепительно загорелась. Музыкальный проигрыватель зашипел, глотая слова песни.

Я не вслушивалась в мелодию до этой минуты, а теперь ловила каждый звук, глядя в глаза, сияющие убийственным огнём. Ткань платья прилипла к спине, по позвоночнику сбежала капелька ледяного пота.

Стало нечем дышать.

От магии, льющейся от Бена, я таяла, как кусочек воска, брошенный в огонь. А мысли были лишь об одном: почему?

Почему так происходит? Почему именно я?

Почему человек, к которому меня душой и телом потянуло впервые в жизни по-настоящему, которому я беззаветно доверяла, оказался убийцей, посланным за мной?

Неделю назад

Бен Шерман

Уставившись в чашку на остывающий кофе, я старался ни о чём не думать. Тело ломило после ночной смены в патруле, веки слипались. Запрокинув голову, жадно вдохнул, наслаждаясь вкусом горечи и накатывающей усталостью.

Мне нравились эти ощущения. Нравилось выматываться настолько, чтобы не хватало сил на угрызения совести. Службой в жандармерии я как будто пытался уравновесить всё то, что приходилось порой совершать по зову крови. Забирая чью-то жизнь, спасать кого-то другого на работе.

Но пока я выслеживал домушников, Том забрал мой контракт. Не то, чтобы я расстроился, нет. Дело принципа. Он так макал меня мордой в мою же слабость.

Распахнув глаза, я выпрямился и покрутил головой, разминая шею. Как же мне опостылела эта бесконечная погоня за ведьмами и их чёртовыми кулонами!

Направляясь к барной стойке, служившей обеденным столом, прошёл мимо дивана и небрежно двинул носком ботинка по свесившейся ноге ещё спящего Тома. Замычав, брат перевернулся с живота на бок и потёр заспанную физиономию ладонью.

— Какого чёрта?

— Есть разговор.

Отставив чашку, я неспешно закатал рукава темно-синей рубашки. Решил себя хоть чем-то занять, пока Том нахально испытывал моё терпение.

Братец, плюнув что-то невнятное в мой адрес, вытащил из-под головы подушку и накрыл ею лицо. На нём были те же шмотки, в которых он вернулся с ночной охоты, и светло-коричневые пушистые тапки-зайцы. В его духе. И, пожалуй, это единственная вещь, которой он хоть немного дорожил.

Перевозил из города в город, из дома в дом, его личная частичка уюта.

Усмехнувшись мыслям, я покосился на Тома через плечо.

— Где мой вчерашний контакт?

— Я забрал его и сделал то, что должен был сделать ты, — бесхитростно заявил брат и полез в карман штанов.

Вытянул из него цепочку с бледно-голубым кулоном и небрежно швырнул мне. Поймав на лету, я сжал его в ладони и прикрыл на миг глаза.

— Твою мать, — процедил и бросил переливающуюся побрякушку на стол. Налил себе ещё кофе и посмотрел на Тома. — Считаешь, я не справляюсь со своей задачей?

— Считаю, — парировал он и, кряхтя, сел на диване.

Прищурившись, полыхнул в мою сторону взглядом.

— Ты размяк, Бен. Зря я доверил тебе охмурить цель, ты успел к ней привязаться. Уверен, и в койку додумался затащить.

— Не твоё дело, с кем и как я провожу время, — сквозь зубы отрезал я.

Том раздражённо закатил глаза.

— Я — безнравственный и безжалостный ублюдок, но ты пошёл дальше меня. А служба в жандармерии сделала из тебя слюнтяя, Бен. Ты настолько вжился в роль добропорядочного патрульного, что окончатльно умом тронулся! Забыл, кто ты есть на самом деле.

Размешивая кофе десертной ложкой, я повернул голову, чтобы припечатать его ледяным взглядом.

— Вся наша жизнь — извращение, Том. Разве ты ещё не понял? И ничего я не забыл, хотя хотел бы, это точно. И в особенности тебя.

— Вечно ты чем-то недоволен, — парировал он, обхватив больную голову руками.

— Да, недоволен! — повысил я голос, наклоняясь, чтобы наши глаза были на одном уровне. — Нет ничего плохого в нормальной жизни, Том. И не тебе решать, кем мне быть!

Он тяжело выдохнул.

— Извини, братец, что разрушил твои трепетные иллюзии! Но такими мы созданы, и ты никуда не денешься от своей природы. Ничего ты не изменишь. Никто не изменит. Так что забудь этот бессмысленный разговор и не действуй мне на нервы.

Чертыхнувшись, я выпрямился и направился к окну. Том в спину мне тихо произнёс:

— Ненавижу убивать цели за тебя, мне своей работы по горло хватает. Так что оплата упадёт на мой счёт.

— Да подавись, — сухо бросил я, разглядывая пейзаж за окном и безмятежно попивая кофе. — Всё равно планировал отойти от дел.