Чтение онлайн

Успев лишь подставить ободранные ладони, оказалась лежащей на земле. Бен вышел из тени леса и приближался ко мне. Взмахом руки я привела в движение деревья — корни, словно чудовищные змеи, поднимались, скрипя и разрывая почву.

Они обвивали ноги Бена, хватали его за щиколотки и валили на землю, а он упрямо поднимался, ломая путы горящими магией руками. Его ладони словно раскалённое железо, сжигали древесину. Кожу изнутри подсвечивало пламя, а между пальцами сочился дым. Так вот как охотники за головами выжигают сердца своим жертвам….

Скрипя и плача, корни отступали, отползали от рук рагмарра, причиняющих боль, и прятались обратно под землю. Он двигался быстрее, но и деревья не сдавались, пуская в ход ветви.

Пока они хлестали его и затрудняли движение, я поднялась и, прихрамывая, побежала на станцию. При падении я разбила колено, и по коленке сочилась кровь. До слуха доносились чертыханья Бена.

Но вдруг порыв воздуха разметал волосы. Повеяло гарью, и я застыла на месте, медленно поворачивая голову вправо. Глядя исподлобья, на меня шёл Бен, переступая притихшие корни.

Его глаза пылали магией. Нас разделяла небольшая лужайка. Подняв руку, я сжала её в кулак и, перевернув ладонью вниз, разжала пальцы. Выпуская незримый сгусток силы, швырнула его в Бена.

Шерман остановился за секунду до того, как магия коснулась почвы. Удар, похожий на падение камня, разметал траву и поднял в воздух опавшую листву, хвою и комья земли. Волосы отбросило назад, в глаза полетела пыль, но я не посмела моргнуть — направила бурлящую мощь в Бена.

Его засыпало сухой землей и листьями. Закрываясь руками, он пригнулся, но, секунду спустя, зарычал и резко расставил руки, отмахнувшись от летящего в него растительного мусора.

Рванул ко мне, а я рискнула бежать.

В спину летели огненные искры, я только успевала уворачиваться и прятаться за деревьями. Под ногами горела сухая листва и трава, но я продолжала следовать на запах реки.

Впереди замаячили разноцветные блики от окон лодочной станции, и я припустила к ней. В замкнутом помещении от смерти не укрыться. Но страх жёг горло, грозя вырваться наружу воплями, и я наивно верила в спасение. Иначе давно бы сдалась.

Я была почти готова к этому, но не могла смотреть в глаза Шерману. Их синева пробуждала во мне необъяснимую слабость. Умирая, моё сердце трепетало бы в его пламенеющих ладонях….

Не обращая внимания на боль в колене, добралась до станции. Колючие ветви елей расступились передо мной. Пробралась в тёмное, пропахшее сыростью и тиной строение.

Под дощатым полом ощущалось движение воды, деревянные половицы стонали, когда я осторожно ступала по ним. Глаза привыкли к бликующему полумраку, и перед мной раскинулось просторное помещение с высокими подпорками, заваленное старыми лодками.

По сырому полу бегали пёстрые пятна — лучи солнца играли с витражами круглых окон, расположенных под потолком.

Снаружи о стены плескалась вода, ветви деревьев царапали по крыше, и сердце замирало от пугающих звуков. Я боялась, что не услышу шагов Бена. Не услышу, как подкрадётся смерть в обличии мужчины, которого я, похоже, любила.

На полу лежали ржавые цепи, к которым когда-то цепляли лодки. Передвигая осторожно ногами, я переступала через них, украдкой поглядывая на вход. Держась ладонью за стену, медленно прошла в дальний угол станции, вслушиваясь в каждый звук.

Где-то совсем близко зашелестела трава, затем послышались шаги, а еще миг спустя вошёл Бен. Он остановился, высматривая меня. Замерев, я перестала дышать, стоя спиной к входу.

Беспокойные волны подстёгивали лодки, оставшиеся на плаву, на привязи, и от каждого звука, с которым они ударялись о пристань, я вздрагивала. Дрожа изнутри, сделала шаг и вновь застыла, прислушиваясь, не заметил ли меня Бен, но кроме плеска воды ничего не уловила.

Он шагнул вправо от входа, не обнаружив меня, и прошёлся вдоль дальней стены. Решила шагнуть вновь, как вдруг перед лицом пронеслась искра огня и врезалась в стену.

Полыхнув и озарив помещение, она просочилась сквозь доски и погасла, а Бен уже нёсся на меня. Я обернулась и взмахнула рукой — его смело волной силы.

Пролетев дугой, он ударился спиной о стену, и громко выдохнул сквозь стиснутые зубы. Я хотела посмотреть, сильно ли приложила его, но Бен прыжком оказался на ногах и бросился ко мне.

Я видела в темноте его раскалённые кулаки и холодный свет в глазах.

И рванула прочь, перепрыгивая через валявшиеся здесь и там обломки лодок и цепи. Бен ускорился, я чувствовала жар в воздухе, как от открытого огня, и по спине скатилась капля пота.

Стёрла её рукавом плаща. И заслонила обзор всего на миг — перед лицом пролетела алая искра, словно кровь брызнула. Лицо обожгло, и я по инерции шагнула назад, угодив в руки Бена.

Схватил меня за талию и вдавил пальцы. Даже сквозь ткань одежды кожа плавилась. Я вскрикнула и прогнулась от боли. Попыталась вырваться, но жар сковал тело. Я таяла, как огарок свечи, в глазах стремительно темнело.

Запах гари застрял в горле, на корне языка. Теряя сознание, я дёрнулась вперёд и выскользнула из рук охотника. Невыносимая боль судорогой пронеслась от корней волос до кончиков пальцев, словно в его ладонях я оставила куски собственной плоти.

Проглотив крик, на ощупь побрела вдоль стены, а когда отошла на достаточное расстояние, осмелилась обернуться. Бен изумлённо смотрел на свои ладони.

Убийца что-то почувствовал и не мог поверить в то, что мне удалось вырваться. Неожиданно…. Он поднял на меня взгляд, полный горечи и гнева. В груди кольнуло, мучительным спазмом к горлу подкатили слёзы.

Я была уязвима перед ним, сама ощущала это. Он поманил бы пальцем, и я пошла. В то мгновение я поняла, в чём истинная жестокость рагмарров. Любя всем сердцем, я позволю ему убить себя только затем, чтобы ещё раз увидеть эти глаза….

Стиснув зубы, я прерывисто выдохнула. Не бывать этому!

Взмахом руки подняла вверх доски с пола. Одна за другой они полетели в него, сбивая с ног. Пока он выпрямлялся, отмахиваясь, добралась до противоположной стены.

Ощутив, что Бен выбрался из-под вороха досок и щепок, обернулась и взмахнула вновь рукой. Витражи взорвались все одновременно, пёстрая лавина осколков обрушилась на него.

Я любовалась своим смертельным творением — острые, как бритвы, сверкающие брызги стекла…. Время остановилось, воздух стал густ и прозрачен, а в груди похолодело.