Джирмийское клеймо
Шрифт:
Эльф спустился в холл и кивнул ожидавшим его золотым кошкам:
– Поехали!
Джирмийцы вышли во двор, вскочили на коней и устремились к воротам. Они ворвались на Тайную тропу и понеслись на восток. 'Я сделаю всё от меня зависящее, чтобы ты вернулся домой, Марвин', - думал эльф, равнодушно глядя на размытые пейзажи. Он ждал стальную кошку в Цитадели и не видел, как тот исчез с Тайной тропы, но оснований сомневаться в правдивости рассказа товарищей не было. Спасая Принца Попрошаек, Марвин ухитрился переместиться, хотя знания о магии пространственного прыжка были давно утеряны. Жерар понимал, насколько ценен для касты такой талантливый маг. 'Если в двадцать лет он сумел создать заклинание, над которым долгие годы бьются лучшие маги Аргора, то что же будет дальше?'
Отряд джирмийцев при полном параде ворвался в деревню, вызвав жуткую панику. Кошки согнали крестьян к дому Корнелиуса и потребовали объяснений. Напуганные пчёлы указали на односельчанина, видевшего последних визитёров друида, и Жерар лично допросил его. Убедившись, что речь идёт о Марвине и Элларде, эльф отправил письмо Бернару, и золотые кошки бросились в погоню за околдованным товарищем.
Марвин, Эллард и Ильмара мчались по Задумчивому лесу. Погони не было, но Марвин знал, что рано или поздно, кошки появятся. Он ругал себя за то, что поддался шантажу вора и заехал к друиду, тем самым выдав их местонахождение. 'Я же знал, чем это кончится, и всё равно поехал в Тишу! Где была моя голова?! Почему я позволяю Элларду вертеть собой, как ему вздумается?! Неужели друид прав, и заклятье Камиллы делает меня глупым и безвольным?'
Тем же вечером, когда вор и охотница заснули, Марвин впервые внимательно рассмотрел любовное заклинание княжны. Оно коренным образом отличалось от всех виденных им ранее. Но больше всего стальную кошку потрясло наличие собственной магии в заклятье Камиллы: оказалось, что он сам поддерживает и укрепляет разрушающееся заклятье. 'Не может быть! Зачем я делаю это? Зачем мне сохранять его?' Марвин разозлился и попробовал снять заклинание княжны, но адская боль остановила его - клеймо на шее словно взбесилось. Оно жгло так, что стальной кошке показалось, будто раскалённая печать Джирмы вновь коснулась его шеи. Марвин перестал колдовать, и боль отступила. Он смачно выругался и, оставив заклинание в покое, закутался в плащ и растянулся на траве рядом с Ильмарой.
Однако заснуть не смог. Ворочаясь с боку на бок, он снова и снова ругал себя за глупость. 'Ну, какого рожна я попёрся в Тишу?! Теперь Бернар знает, где я, и погоня уже в пути, - с тоской думал он.
– И наверняка это будут лучшие из лучших!
– Марвин вздохнул и посмотрел на Элларда и Ильмару: - Симплициус был прав. Я - безумец! Но я пойду до конца!' Он бережно провёл ладонью по чёрным спутанным волосам жены:
– Бедная моя малышка… - Ильмара проснулась и испуганно взглянула на мужа.
– Не бойся, - ласково улыбнулся Марвин и поцеловал её в губы.
Девушка обвила его шею руками и ответила на поцелуй:
– Я люблю тебя, Марви…
– Верю. Хотя и не понимаю, - прошептал стальная кошка, притянул девушку к себе и стянул с её плеч охотничью курточку…
Едва первый солнечный луч прорезал темноту ночи, джирмиец разбудил спутников и вручил им по чашке горячего кофе и куску пирога. Пока Эллард и Ильмара завтракали, он седлал лошадей. Принц Попрошаек попытался высказать всё, что думает о темпе их передвижения, однако Марвин оборвал его на полуслове, приказав лезть в седло. Тогда вор изобразил праведный гнев.
– Я не буду плясать под твою дудку!
– надулся он, вскочил на коня и поехал за Ильмарой.
Джирмиец усмехнулся, потрепал Ветерка по шее и присоединился к друзьям. Всадники понеслись по заросшей травой дороге к чернеющему вдалеке лесу, и как только пушистые ели сомкнули над ними свои зелёные лапы, Марвин почувствовал погоню. Преследователей было не меньше дюжины, и они неотвратимо настигали беглецов.
– Быстрее! Быстрее!
– в отчаяние торопил друзей джирмиец, зная, что крестьянским лошадям не уйти от волшебных коней кошек.
Почти час беглецы мчались по лесной тропе прежде чем поняли, что кошки не собираются нападать. Джирмийцы в отдалении следовали за ними, словно ожидая чего-то. Друзья не видели их алых плащей, но топот волшебных коней глухой дробью разносился по Задумчивому лесу.
Прошёл ещё час, и лошади Элларда и Ильмары стали задыхаться. 'Сейчас они падут', - уныло подумал стальная кошка, остановил Ветерка и мрачно скомандовал:
– Привал!
– Он оглянулся, ожидая увидеть кошек, но те тоже остановились. Не понимая, что происходит, Марвин съехал с дороги и спешился.
– Останавливаться, когда они рядом - самоубийство!
– возмутился Эллард.
– Нам не уйти. Лошади устали, - обречённо сказала Ильмара.
– Наконец-то эта чудовищная скачка закончилась, - проворчал Принц Попрошаек, слезая с коня.
– Она бы не началась, если б не твоё идиотское желание женить меня, - сухо заметил Марвин.
– Да ладно тебе, - благодушно улыбнулся Эллард.
– Зато не скучно.
– Я предпочёл бы другие развлечения, - буркнул стальная кошка и нервно огляделся.
– Это какие же?
– не унимался вор.
– Например, отрезать тебе язык!
– Ты страшный человек, Марви! Так развлекаются только кошки! Может, тебе податься в Джирму?
– Я подумаю, - нахмурился Марвин и занялся костром. Он чувствовал, что джирмийцы окружили их, и пытался угадать, что будет дальше.
Эллард сел рядом с Ильмарой и сочувственно произнёс:
– Тебе предстоит большая работа, детка. Но я надеюсь, у тебя получиться сделать из Марвина человека!
– А сейчас я, по-твоему, кто?
– огрызнулся джирмиец.
– Зануда, сквалыга, сухарь…
– Достаточно комплиментов!
– перебил его Марвин.
– Займись лучше ужином!
Эллард показал напарнику язык, нервно оглянулся по сторонам и обратился к девушке:
– Что ты предпочитаешь на ужин, Мара?
– Не знаю, - выдавила охотница.
Вор задумчиво почесал за ухом.
– Хочешь я угощу тебя паштетом из нежного мяса шевийской рыжей утки?
– мечтательно протянул он.
– Или лучше сделать жаркое из морского короткомордого крокодила? Однажды я пробовал это блюдо в Дирде, ничего себе закусочка. Или ты хочешь авитальских медовых яблок или филе длинношерстного плима? Могу так же порекомендовать салат из пустынных сусликов, а на десерт - желе из ореха друм…
– А можно обычного овощного супа?
– осторожно спросила Ильмара.
– Я не знаю, кто такие плимы и друмы. Мне хотелось бы чего-нибудь привычного.
– Ерунда! За дело взялся мастер! Мы будем питаться не хуже императора!
– гордо провозгласил вор, покосился на деревья, за которыми скрывались джирмийцы, и начал колдовать.
Ильмара с подозрением посмотрела на появившуюся перед ней тарелку с кусками фиолетового мяса и взвизгнула: ей показалось, что они шевелятся.
Марвин на бесформенные фиолетовые шматки и скривился: