Джирмийское клеймо
Шрифт:
– Я не придворный франт!
– отрезал джирмиец.
– Придётся научить тебя хорошим манерам, - тяжело вздохнул вор.
– Ты совсем одичал: хорошенькая девушка не вызывает у тебя положительных эмоций!
– Он обернулся к Ильмаре и ободряюще улыбнулся.
– Марви переживает из-за несчастной любви, Мара, но это скоро пройдёт.
– Заткнись!
– рявкнул стальная кошка, едва не пришпорив коня, но в последнюю секунду опомнился и шагом выехал со двора.
Эллард и Ильмара поехали за ним. На опушке леса Марвин обернулся и приказал:
– Показывай дорогу, Мара!
Девушка кивнула, свернула на едва заметную тропу, и маленький отряд углубился в лес.
Первый месяц лета на побережье Туманного моря выдался на редкость тёплым и солнечным, но в чащу Задумчивого леса не проникал ни один золотой луч. Вокруг стояла мрачная, густая тишина, а старые замшелые ели с высохшими лапами лишь усиливали гнетущее впечатление. Лес спал глубоким беспробудным сном. Лошади мягко ступали по усыпанной потемневшей хвоей земле, и только их мерное дыхание нарушало тягостный покой Задумчивого леса.
Эллард беспокойно оглядывался и ёрзал в седле. Наконец, он не выдержал:
– Какое угрюмое место!
– с недовольной гримасой заявил он и вжал голову в плечи: в мертвенной тишине его голос прозвучал, как раскат грома.
– Не трусь, Эл, - приободрил его Марвин.
– Задумчивый лес - наш союзник. Никто не сможет бесшумно подобраться к нам.
– Только это и утешает, - пробормотал вор и подавленно замолчал.
Всадники несколько часов петляли между древними елями. Внезапно сумрак леса прорезал яркий солнечный луч. Ели расступились, и путники выехали на край мохового болота с редкими искорёженными деревцами. Ильмара остановилась, цепким взглядом осмотрела окрестности и, не оборачиваясь, сказала:
– Мы можем поехать через болото, но это опасно, а можем отправиться в объезд. Это лишний день пути.
– Мы торопимся, - сухо произнёс Марвин.
Девушка тронула повод, и её лошадь ступила на зыбкую поверхность мха. Под копытами захлюпала вода.
– Не сходите с моего следа, - предупредила Ильмара.
Марвин пропустил Элларда вперёд. Вор шумно вздохнул и проворчал:
– То убить, то уморить голодом, то в болоте утопить! Так надо мной ещё никто не издевался!
– Можешь вернуться в Йене, - ехидно предложил джирмиец.
– Там тебя уже ждут.
– Йене… - мечтательно протянул Принц Попрошаек.
– Мы могли бы подышать морским воздухом, отведать экзотических блюд, познакомиться с рыбачками… Ах, Йене, где ты?
– На северо-востоке, - услужливо подсказал Марвин.
Эллард скорбно вздохнул, оглядел унылый пейзаж и заметил вдалеке маленькую поляну, покрытую золотистыми цветами. В его глазах заплескался восторг:
– Давайте сделаем привал!
– завопил он, указывая на привлекательную лужайку.
– Стоять, идиот!
– гаркнул Марвин.
– Это трясина! Ты что, никогда про болота не слышал?
– Да, слышал, Марви, слышал. Зачем так орать?
– Следуй за Марой! Сделаешь шаг в сторону, я тебя вылавливать не буду, а утопишь коня - пойдёшь пешком!
– Не каркай, - обиженно проворчал Эллард, но всё-таки стал внимательнее смотреть на тропу.
К вечеру путешественники достигли небольшого каменистого острова. Когда копыта лошадей ступили на твёрдую почву, Ильмара спрыгнула с седла и устало произнесла:
– Нам нужно ещё три дня, чтобы выйти из болот.
Марвин и Эллард спешились.
– Холодно, - пожаловался вор, с опаской оглядываясь по сторонам.
– Я разведу костёр, - сказал джирмиец.
Ильмара достала из торбы одеяло, закуталась в него и села на поваленное дерево, подальше от спутников. Эллард предоставил Марвину заниматься костром, а сам присел рядом с девушкой и обнял её за плечи.
– Замёрзла?
– участливо спросил он.
– Да.
– Ильмара склонила голову на его плечо.
– Иди сюда, Эл, - требовательно позвал Марвин.
– Нужно приготовить ужин.
Вор нехотя отпустил девушку, встал и подошёл к лошади. Вытащив из седельной сумки миски, он поставил их на землю и наколдовал горячего супа.
Тем временем, стальная кошка разжёг костёр, сотворил три большие чашки чая и поманил Ильмару. Девушка вздрогнула, плотней укуталась в одеяло и села рядом с ним:
– Спасибо, сударь, - поблагодарила она, взяв чашку.
Джирмиец едва заметно улыбнулся и сотворил для неё тёплую сдобную булку. Вор хихикнул и шепнул другу:
– Всё-таки я прав. Она тебе нравится. Признайся, Марви, ты влюблён.
Стальная кошка подавился чаем, и Эллард заботливо похлопал его по спине.
– Ты можешь думать о чём-нибудь другом, кроме женщин?
– прошипел джирмиец.
– Могу. Сейчас бы чашечку горячего винца с пряностями, - промурлыкал Принц Попрошаек.
– Между прочим, это лучшее средство от простуды.
– Ты болен?
– преувеличенно заботливо поинтересовался Марвин.
– В такой сырости не долго подхватить какую-нибудь заразу.
Джирмиец оценивающе посмотрел на вора, и в его руках появилась крохотная чашечка с душистым горячим вином.
– Это тебе, Эл.
– Принц Попрошаек задохнулся от возмущения, а Марвин невозмутимо добавил: - Не хочешь, выпью сам.
– Изверг!
– простонал Эллард и выхватил чашку из его рук.
– Здесь и мыши мало!
– заныл он, разглядывая содержимое.
– Я самый несчастный человек в Аргоре! Виданное ли дело! Принц Попрошаек испытывает такие муки и лишения! Я…
– Пей вино и ложись спать. Мы двинемся в путь на рассвете!
– строго сказал Марвин.
– Изувер!
– с чувством изрёк вор, одним глотком выпил вино и, завернувшись в плащ, лёг на траву.
– Я обязательно заболею, вот увидишь!
– Он помолчал и мстительно добавил: - И моя смерть будет на твоей совести!
– Спи!
– невольно рассмеялся джирмиец и взглянул на Ильмару: - Тебе тоже нужно отдохнуть.
– Я могу подежурить первой, сударь, - робко предложила она.
– Сегодня это не понадобиться. Сонные топи считаются непроходимыми, и уж вряд ли кто-то сунется сюда среди ночи. Так что, ложись и спи.
Ильмара кивнула, но не тронулась с места, а Марвин ещё раз внимательно оглядел окрестности и растянулся на плаще. Девушка бросила быстрый взгляд на похрапывающего Элларда и легла возле джирмийца, укрыв его своим одеялом.