Чтение онлайн

Вор пожал плечами, наполнил тарелки мясом и, разлив вино в бокалы, провозгласил:

–  За вас, друзья мои! Пусть ваша семейная жизнь будет такой же сладкой, как желе из ореха друм!

Марвин сделал глоток и улыбнулся Ильмаре:

–  Выпей, малышка. Уж что Эллард научился делать, так это вино.

Девушка осторожно пригубила сладковатый ягодный напиток. Он приятно ласкал нёбо, и Ильмара выпила вино до последней капли. Жизнь сразу же показалась ей удивительной и прекрасной, и охотница с нежностью взглянула на мужа.

–  Я люблю тебя, Марви.
– Она перебралась на колени к джирмийцу.
– Я так рада, что ты нашёл меня, - прошептала Ильмара и поцеловала его в губы.

–  Как трогательно, - деланно всхлипнул Эллард.
– Какой я молодец, что догадался поженить вас. Вы прям-таки созданы друг для друга!

Марвин оторвался от губ жены и начал расстёгивать её охотничью курточку.

–  Что ты делаешь?
– Принц Попрошаек открыл рот.

–  Она хочет ласки, - обнажая плечи девушки, невозмутимо ответил джирмиец.

–  Ты обалдел? У нас же банкет!
– возмутился Эллард.
– Давай лучше выпьем!

Серебряная кошка погладил отвердевшие соски жены и с сожалением снял её с колен.

–  Позже, Мара. Поешь.

Девушка пересела на свой стул и, не потрудившись привести в порядок одежду, послушно принялась за еду. Вор многозначительно кашлянул, но Марвин сделал вид, что не понимает намёка.

–  Ну ладно, - вздохнул Эллард, скользнул взглядом по обнажённой груди девушки и залпом выпил вино.

Марвин насмешливо подмигнул другу:

–  Она тебе не нравится?

–  Она меня смущает, - проворчал Принц Попрошаек.

Джирмиец хмыкнул и приказал:

–  Оденься, Мара!

Девушка быстро застегнула курточку, и Эллард облегчённо вздохнул:

–  Давай выпьем, Марви!
– Он наполнил бокалы и открыл рот, чтобы сказать тост, но Ильмара его перебила:

–  А мне?!
– Хихикнув, вор наполнил её бокал. Девушка сделала глоток и зажмурилась от удовольствия.
– Вкусно… - протянула она и залпом допила вино. Щеки её заиграли румянцем, а глаза игриво заблестели.
– Марвин, я хочу ещё желе!
– облизывая ложку, потребовала она.

Серебряная кошка жизнерадостно рассмеялся, сотворил порцию десерта, в два раза больше первой, и Ильмара хищно набросилась на лакомство.

Напарники пили вино, с умилением наблюдая за опьяневшей девушкой. Отправив в рот последний ложку желе, она облизала вазочку и преданно посмотрела на мужа. От смеха Марвин чуть не свалился со стула: щёки, нос и даже волосы Ильмары были вымазаны липкой бледно-голубой массой.

–  Что ты смеёшься?
– развязно спросила она.
– Я никогда не ела ничего вкуснее! Эльфы угощали меня клубникой со сливками, так вот - твоё желе в сто раз восхитительнее! Я хочу ещё!

–  Ешь, малышка, - сквозь смех произнёс серебряная кошка, и Ильмара принялась за очередную, ну очень большую порцию желе.

Неожиданно она остановилась и взяла в руки бокал:

–  А где вино?

–  Здесь, - хохотнул Эллард, хватаясь за бутылку.

–  Ты прелесть, Эл.
– Ильмара лихо выпила вино и вновь накинулась на желе.

–  Ты пьяна, Мара, - усмехнулся джирмиец.

–  И счастлива, - заплетающимся языком, добавила девушка и зевнула.

–  О… - протянул Эллард, - тебе пора баиньки, детка.

–  Я ещё не доела вкуснятину, - с трудом выговорила Ильмара, попыталась поднять ложку, но та выскользнула из пальцев и упала на траву. Слипающимися глазами девушка посмотрела на Марвина.
– Не убирай это. Я съем его завтра, - пробормотала она и уронила голову на стол.

Серебряная кошка взял жену на руки, устроил на плаще под деревом и вернулся к столу. Эллард разлил вино, и праздничный банкет вступил в следующую фазу. Марвин, успокоенный разговором с Бернаром, расслабился. Ему давно хотелось напиться с вором, и вино полилось рекой.

Захмелев, Эллард заявил, что ни один банкет не обходится без музыки, и научил джирмийца нескольким застольным песням Хамелеонов, и вскоре Задумчивый лес огласился надрывными воплями пьяного дуэта. Вволю наоравшись, Марвин потребовал, чтобы, во избежания будущих отравлений, вор научился правильно готовить мясо морского крокодила, и через пару часов поляну усеяли нежно-розовые ошмётки редкого деликатеса. Приятели угомонились лишь на рассвете. И, когда эльфы-охотники, возвращавшиеся в Наполь, выехали на поляну, они застал напарников спящими прямо за столом, среди разбитой посуды и разлитого вина.

Разинув рты, эльфы разглядывали феерическую картину, и тут один из них узнал в спящей девушке дочь Алиссы. Ласточка поднял охотницу на руки и заметил на её мизинце обручальное кольцо. Точно такое же обнаружилось на пальце одного из пьяных попрошаек.

–  Ничего не понимаю, - задумчиво протянул командир отряда.
– Заберём их всех! Пусть Сальте решает, что с ними делать…

Марвин открыл глаза и, вместо голубого неба, увидел дощатый потолок. В первую секунду он решил, что допился до галлюцинаций, но, протерев глаза, понял что находится в доме. Джирмиец машинально сотворил кувшин воды и выпил почти половину. Остаток он вылил на лежащего рядом Элларда. Вор вскочил и заметался по комнате:

–  Что? Где?

Марвин молча наблюдал за ним. Наконец, Принц Попрошаек перестал носиться из угла в угол и требовательно взглянул на напарника:

–  Ты построил дом?

–  Нет.

–  Я построил дом?

–  Нет.

–  Кто построил дом?

–  Не знаю.

–  То есть, ты его не строил?

–  Нет, а ты?

Вор задумался.

–  Может, мы выпили и решили пойти на дело?
– осторожно предположил он.

–  Последнее, что я помню - ты пытался наколдовать цветы, чтобы осыпать ими Ильмару, но у тебя ничего не вышло.

–  Да… - протянул вор и почесал за ухом.
– Я этого уже не помню. Что делать будем?

–  Для начала выйдем на воздух, - предложил серебряная кошка и, наконец, сообразил избавить от головной боли себя и друга.

Эллард благодарно улыбнулся, прошёл сквозь стену, и Марвин почувствовал его страх. Он вскочил и кинулся на выручку другу. Принц Попрошаек стоял возле дома, беззвучно открывал и закрывал рот и нелепо размахивал руками, словно пытаясь сохранить равновесие. Джирмиец проследил за его взглядом и тихо выругался: они стояли над Задумчивым лесом. Далеко внизу виднелись верхушки исполинских деревьев, мощные стволы которых таяли в густом тумане. Эллард и Марвин заворожено смотрели под ноги, не замечая, что находятся на краю шумной городской площади. В двух шагах от них начинались рыночные ряды, где десятки эльфов торговались, спорили и ругались.