Джирмийское клеймо
Шрифт:
– Немедленно уезжай из Наполе, Марви! Если Эладия знает, как спасти девчонку - она это сделает! В любом случае, я догоню тебя.
Серебряная кошка поцеловал жену в щёку, благодарно кивнул эльфу и сквозь стену вышел на улицу. Жерар проводил его ошеломлённым взглядом и нервно кашлянул:
– Во даёт! Похоже, от дружбы с вором есть хоть какая-то польза.
– Он уселся в кресло, положил на колени меч и разморозил колдунью: - Доброй ночи, Эладия. Поговорим? Только без глупостей…
Когда Эллард и Бьянка добрались до конюшни, Марвин заканчивал седлать лошадей. Обернувшись, он махнул вору рукой:
– Заходи, Эл. Не бойся, все спят.
Принц Попрошаек подтолкнул Бьянку вперёд:
– Выбирай коня.
Марвин недовольно взглянул на друга:
– Ты собираешься взять её с собой?
– Как ты догадался?
– язвительно хихикнул Эллард.
– Опомнись, Эл. Она же дочь Сальте!
– Она обещала вывести нас из Наполе.
Марвин тяжело вздохнул:
– Хорошо. Пусть едет.
– А где Мара?
– Пока она останется здесь.
– Но почему?..
– Так надо, Эл!
– Марвин вскочил в седло.
– Поедешь первой, Бьянка…
Попетляв по тёмным, запутанным улицам, беглецы выехали на окраину Наполя, где прозрачная мостовая резко обрывалась. Бьянка вытащила из кармана мешочек, вытряхнула на ладонь немного светящегося порошка и сильно дунула на него.
– Смотрите!
– негромко произнесла она, указывая на проступившую в воздухе широкую тропу.
– Поехали быстрее, дорога скоро исчезнет!
– Бьянка пришпорила коня и, по сияющей тропе, понеслась в темноту Задумчивого леса.
Глава 15.
Тайными тропами.
Ранним утром Бернар отправился к императору. Арнольд встретил его настороженно.
– Есть новости?
– вместо приветствия спросил он.
– Да, Ваше величество, - кивнул рубиновая кошка, устраиваясь в кресле.
– Я принял решение объявить Марвина своим преемником.
– Странный выбор, - приподнял брови император.
– Я так не считаю, - сухо сказал Бернар.
– Марвин, в любом случае, должен прослужить в Дарре два года, - криво усмехнулся Арнольд.
– Или ты всё-таки хочешь расторгнуть контракт? Боишься, что я обижу его?
– Не думаю, что вы захотите причинить вред моему наследнику. Джирме это не понравится!
– спокойно произнёс предводитель.
– Ты угрожаешь Беркутам?
– Ни в коем случае.
– Бернар церемонно поклонился, положил перед императором свиток, скреплённый джирмийской печатью и покинул кабинет.
Арнольд с ненавистью посмотрел ему вслед и велел позвать сына.
– Где Марвин?
– Мы потеряли его из виду двенадцать дней назад. Он выехал из Аврура и пропал. Скорее всего он воспользовался джирмийскими путями, - доложил Альберт.
– Беркуты и волки неустанно ищут его…
– А чем занимался Бернар?
– Последние двое суток его не было в Дарре, но мы не знаем, куда он ездил.
– Превосходно!
– осклабился император.
– Беркуты доказали свою полную несостоятельность!
– Нет, отец, - возразил Альберт.
– Пусть Кошки умеют скрываться, зато мы умеем думать и сопоставлять.
– И что вы надумали?
– скептически поинтересовался Арнольд.
– Неделю назад в маленькой деревушке на краю Сонных топей убили друида.
– Ну и что?
– А три дня спустя в деревне появились кошки. Кстати, эльф, который ими командовал, не выпускал из рук изящную вишнёвую трубку.
– Жерар?
– Несомненно, - кивнул Альберт: - Так вот, кошки интересовались последними посетителями друида Корнелиуса.
– Марвин?
– Да. Они с Эллардом в Задумчивом лесу, папа.
– Великолепно! Напиши письмо Сальте! Ласточки должны поймать и казнить их! Раз мы не можем избавиться от Бернара, убьем его наследника. Возможно, лишившись любимого кошки, он занервничает, начнёт совершать ошибки, и у нас появится повод обвинить Джирму в измене и уничтожить её.
– Наконец-то, ты внял голосу разума, отец, - облегчённо вздохнул Альберт и бросился выполнять поручение.
Тем же утром Лоран внимательно читал доклад Эриха, главы хамелеонов Диадора. Закончив чтение, он отложил письмо и задумался. Эрих сообщал, что из клана Волка за последние пятьдесят лет не исключили ни одного человека. Тоже самое писал ему и Микаэль, глава клана Волка.
– Да кто же он?..
– выдохнул Лоран, откидываясь на спинку кресла.
– Что ему надо? Зачем он таскается по Аргору с моим беспутным сыном? Не понимаю… - Он запустил пальцы в волосы и уставился на расписанный сложным геометрическим узором потолок: 'Радует одно: если Эл до сих пор жив, значит, Бернар не собирается его убивать'.
А ещё через час Лорану принесли письмо с печатью Джирмы. Снедаемый дурными предчувствиями глава Хамелеонов вскрыл конверт. Он так нервничал, что не сразу разобрал ровный каллиграфический почерк Бернара, а когда до него дошёл смысл послания, развязал шейный платок и бросил его на пол.
– Наследник Джирмы… - протянул Лоран, не смея поверить в происходящее.
– Это твоя лучшая интрига, Бернар! Но какого рожна ты втянул в неё моего сына?!
– загробным голосом произнёс он и, собравшись с силами, взял ручку.
– Что ж, Хамелеоны не будут вмешиваться. Надеюсь, ты сдержишь слово, Бернар, и Эл останется в живых!
Глава клана повертел в руках ручку с золотым пером и начал писать приказ, запрещающий Хамелеонам помогать Элларду и его спутникам. Скрепив документ личной печатью, он вызвал секретаря и велел разослать копии приказа по всему Аргору…
Тёплый луч солнца коснулся лица Сальте, и он открыл глаза. Глава Ласточек накинул халат, позвонил в золотой колокольчик, но слуга не явился.
– Уволю, - проворчал атаман, сунул ноги в домашние туфли и вышел в коридор. Его личный слуга, плотно окутанный сонным заклятьем, сладко спал прямо на полу, подложив руку под голову.
– Что за шутки?
– возмутился Сальте и заметил торчащие из-за напольной вазы сапоги. Он подошёл ближе и с удивлением обнаружил спящего стражника.
– Ничего не понимаю… - Атаман пнул околдованного солдата мыском домашней туфли и громко крикнул: - Эй! Кто-нибудь!
– Его звучный голос гулко прокатился по коридорам и стих.
– Всёх уволю!
– разозлился Сальте и начал колдовать. Он шёл по дому, снимая сонное заклятье с домочадцев, пока в холле первого этажа нос к носу столкнулся с бабочкой-посыльным.
При виде главы клана юноша начал кланяться, как заведённый, бросая испуганные взгляды на отчаянно зевавших стражников. Он пытался что-то сказать, но никак не мог справиться с волнением. В конце концов, курьер вытащил из сумки письма и протянул их Сальте. Тот выхватил конверты и рявкнул:
– Пошёл вон!
Юноша пулей вылетел на улицу, а глава Ласточек направился к лестнице, на ходу просматривая корреспонденцию. Внезапно он остановился, и руки задрожали - с очередного конверта на него скалилась чёрная кошка.