Чтение онлайн

Прежде чем отправиться в Майами, у ребят была последняя ночь в городе, и они вернулись в своё новое любимое ночно-клубное место назначения, ‘Пепперминт ландж’, где они отрывались с толпой эффектных женщин, среди которых были бойкая танцовщица Джери Миллер и актрисы Тьюсдэй Уэлд, Стелла Стивенс и Джилл Хоуорт.

Второе из живых выступлений ‘Битлз’ в ‘Шоу Салливана’ транслировалось по телевидению из отеля ‘Довилль’ в Майами-Бич, в воскресенье 16 февраля. Руководитель местного новостного радио У-Эф-Ю-Эн Ларри Кейн, который позже стал ведущим телевизионным журналистом известным, как ‘старейшина из ведущих теленовостей Филадельфии’, посетил вечернее выступление в ‘Довилле’ и написал в своей недавней книге ‘Билет на поездку’: “На протяжении трёх воскресных вечеров битлы владели американскими телезрителями, превосходя все ожидания своих верных фанатов и мгновенно приобретая миллионы новых. Я ожидал, что вживую они будут звучать по-другому. В конце концов, какая группа сможет повторить сложное звучание спродюсированной записи? То, что увидел я – вместе с миллионами других, смотревших дома – было блестящим выступлением без аккомпанемента украшениями предварительно записанной на плёнку музыки или фанфар дополнительных музыкантов. Оно было простым и ясным – четыре участника ансамбля, играющие ноты гармонии и грациозности. Этот дватцатиминутный кусок в ‘Салливане’ вкупе с первым выступлением неделей раньше привлёк аудиторию в 150 миллионов человек. В обоих выступлениях битлы волновали”. Кейн признал в своей книге, что Салливан сыграл важную роль в успехе ‘американской рискованной авантюры’ битлов, предложив им трибуну лучшего эфирного времени телевидения.

Хотя высококачественная продукция Мэйлзов начала свою жизнь, как непритязательный, но изобретательно снятый документальный фильм, она приобрела с тех пор особое значение, как часть истории ‘Битлз’. В 60-е годы делалось относительно мало документальных фильмов о знаменитостях и до нового столетия дожило на плёнках или в фильмах ничтожно малое количество свидетельств того, что происходило за кулисами во время лет битломании. Этот фильм показал, как Джон, Пол, Джордж, Ринго и Брайан Эпстайн выполняют свою разнообразную работу в самых разнообразных ситуациях. Большая часть этого отснятого материала включало в себя импровизированное дуракаваляние ансамбля в комнатах отеля и в поезде между Нью-Йорком и Вашингтоном. Например, Джордж надел шляпу официанта и подавал напитки, пока Ринго вешал себе на шею все доступные камеры и ходил нетвёрдой походкой туда-сюда по вагону, давая тем самым весёлое представление. Такие эпизоды давали изумительно точное предварительное представление дешёвого комедийного стиля, который стал фирменным знаком первого (вымышленного) художественного фильма великолепной четвёрки, ‘Вечер трудного дня’. Лично я находил непрописанный сценарием и неотрепетированный наглядный юмор документального фильма, в частности кривлянье Ринго, более забавным, чем художественный фильм. Попытка Мэйлзов была, в конечном счёте, улучшена десятилетия спустя в 1991 году под покровительством самоуправляемой компанией битлов, ‘Эппл Корпс’, нынешней хранительницей бесценных и уникальных архивных материалов группы. Эпизоды из ‘Шоу Эда Салливана’ и концерт группы в Вашингтоне были собраны воедино, а имя всегда верного бывшего дорожного менеджера Нила Аспинолла, который теперь стал шефом ‘Эппл’, было добавлено к составу исполнителей в качестве исполнительного продюсера.

В конце двух недель пребывания их в Америке библия шоу-бизнеса ‘Эстрадное представление’ заявила, что битлы “разбили вдребезги непоколебимое повседневное доминирование сделанной-в-Америке музыки здесь и заграницей”. Дома – в Лондоне – один журналист с Флит-стрит позвонил мне: “Я слышал, что в Америке Пол женился на Джейн Эшер. Несколько раз её видели с битлами в парике и тёмных очках”. Это не так, уверил я его. Этой таинственной девушкой была Синтия, жена Джона. Один специалист по рекламе из ‘Кэпитол рекордз’ сказал мне, что деньги, которые они потратили на этот запуск, сделали “то, что от них ожидалось, и намного даже больше”. Для ‘Кэпитол’ больше не было необходимости проводить дальнейшие дорогостоящие кампании. Теперь битлы настолько хорошо зарекомендовали себя, что главной задачей этой компании в будущем являлось выпускать записи в самое благоприятное время и следить, чтобы было доступно достаточно запасов для удовлетворения спроса публики. Менее года назад руководитель ‘Кэпитол’ Алан Ливингстон предложил Брайану Эпстайну, что битлы могут совершить турне по Соединённым Штатам в качестве разогревающего номера другой группы этой компании грамзаписи, ‘Бич бойз’.

С нашей стороны, поддерживали рекламное давление на американские издания и радиостанции, зная, что через шесть месяцев битлы вернутся в США для полноценного концертного турне. Размеры мест, выбранных к моменту этого месячного турне, внушало благоговейный ужас. Многие являлись стадионами, которые насчитывали число сидячих мест в 10-20 раз больше, чем кинозалы и театры, в которых ансамбль привык играть в Британии.

Не прерываясь на отдых, битлы бросились в новую серию сессий записи, включая записи нескольких недавно сочинённых песен, которые будут услышаны на звуковой дорожке к ‘Вечеру трудного дня’. Зная, что у них на работу с Джорджем Мартином в ‘Эбби-Роуд’ менее недели до первого дня съёмок фильма, Леннон и Маккартни спешно наносили последние штрихи к песням для звуковой дорожки, хотя самой срочной потребностью было закончить сингл ‘Любовь не купишь’ для выпуска в марте по обе стороны Атлантики. Работа над записью этого номера началась ещё в январе, когда битлы были в Париже, но оставалось крайне важная задача сведения и окончательной подготовки плёнок. В день начала съёмок я послал свой последний пресс-релиз из офиса на Монмаут-стрит, чтобы сообщить всем, что наш долго откладываемый переезд в новый головной офис на Эргилл-стрит вот-вот случится. По распоряжению Брайана Эпстайна в этом релизе указывались домашние телефонные номера ключевых должностных лиц компании, хотя – конечно – не Эпстайна. Это отразилось на мне меньше, чем на некоторых из моих коллег, в том отношении, что с Флит-стрит уже привыкли звонить мне домой в нерабочее время, чтобы обсудить срочные новости с места событий или подтвердить факты о наших артистах. В тоже самое время Эпстайн подписал личное письмо каждому из штата служащих, подчеркнув, что “‘НЕМС Энтерпрайсиз’ обеспечивает самое прекрасное и эффективное руководство/управление артистами в мире”. Также он добавил: “Это, вне всякого сомнения, обязано быть нашей принципиальной целью и должно быть принято во внимание всеми служащими. Наша организация в очень большой степени на виду; самое важное, что мы представляем лучшие из возможных ‘передовые позиции’. Под этим я подразумеваю, что ВСЕ посетители должны обслуживаться с величайшей вежливостью. Я действительно надеюсь, что Вы будете счастливы и чувствовать себя настолько уютно, насколько это возможно, в нашем новом окружении”.

Создание ‘Вечера трудного дня’ было для меня необычным временем. Эпстайн и ребята ожидали, что я постоянно буду следить за тем, что происходит в отношении фотографирования и интервью с прессой, но я не мог присутствовать хоть какой-нибудь части действительных съёмок фильма из-за существующего устава ассоциации. У меня не было разрешения, которое позволило бы мне работать на площадке в качестве специалиста по печати и рекламе ассоциации. В мире кино нужно было повиноваться любому самому незначительному правилу ассоциации, если нужно было избежать разрушительных ответных мер с финансовой точки зрения. Бойкот мог нарушить весь график съёмки и резко увеличить бюджет. На протяжении съёмок мне приходилось согласовывать всё издали с помощью официально признанного специалиста по прессе и рекламе ассоциации – он по очереди направлял мне на рассмотрение специальные запросы средств массовой информации. Это было тягучее дело, которое затруднило нашу жизнь на работе, но мы справились. Это совпало с переходным периодом, когда у меня не было человека, предназначенного исключительно для связей с общественностью и присмотра за битлами от нашего имени. Брайан Соммервилль ушёл, а Дерек Тэйлор ещё не был официально введён в должность в качестве его преемника. В первый день съёмок битлы также оказались без разрешения ассоциации играть в кино. На вокзале в Пэддингтоне, где должны были сниматься первые сцены в поезде, были предприняты неистовые меры для присоединения ребят к ассоциации актёров, ‘Эквити’. Их добытое-ударными-темпами членство было предложено и поддержано прямо-на-месте двумя актёрами второго плана, Норманом Россингтоном и Уилфредом Брэмбеллом. Позже, на той же неделе, Джордж мгновенно увлёкся одной из симпатичных молодых актрис – которые играли школьниц-пассажирок этого поезда – своей будущей женой, Патти Бойд.

Немного меньше, чем через восемь недель, были сняты финальные сцены ‘Вечера трудного дня’, - легкомысленно резвящегося перед камерами Ринго на Вест-Илинг-стрит. Актёрский состав и съёмочный коллектив присоединились к производственной бригад в пивной ‘Голова турка’ в Сент-Маргарет в Твиккенхэме для традиционной вечеринки по случаю окончания съёмки. В профессиональных кругах создания фильмов восемь недель считалось опасно коротким временным промежутком, чтобы снять полнометражный фильм для выпуска к показу. На вечеринке кто-то пытался начать серьёзный разговор с Джоном на эту тему и получил ответ: “Ну, конечно, он был лишь чёрно-белым”. Самой сумасшедшей частью всего этого весёлого, но смелого предприятия было то, что битлы также умудрились продолжать заниматься различными делами, а не сосредоточили всё своё внимание на съёмках фильма. Джон выпустил свою книгу ‘Джон Леннон в своём собственном правописании’, признавшись, что она была составлена большей частью из вещей, которые он набрасывал на клочках бумаги или рисовал на обратных сторонах конвертов. “В ней нет ничего глубокомысленного, она просто задумывалась быть забавной. Если она Вам нравится, то она Вам нравится; если нет, то нет”. Издатель Джонатан Кэйп продал почти четверть миллиона экземапляров этой книги, подготовив почву для следующей, ‘Испалец в колесе’. В марте и апреле битлы также посетили 12-е ежегодное награждение ‘Варьети клаб’ в лондонском отеле ‘Дорчестер’ на Парк-Лейн, чтобы получить свою награду ‘Личности шоу-бизнеса 1963’; дали несколько выступлений на радио и телевидении; и начали репетировать свою собственную телевизионную передачу ‘Рядом с ‘Битлз’’ с независимым постановщиком Джеком Гудом. В воскресенье днём, 26 апреля, они возглавили перечень выступающих на ‘Уэмбли Эмпайр Пул’ (позже ставшая известной, как ‘Арена Уэмбли’) в ежегодном концерте победителей хит-парада ‘Нового музыкального экспресса’, получив свои награды из рук звезды экрана Роджера Мура.

Перед премьерой ‘Вечера трудного дня’ в июле группа уместила четырёхнедельное глобальное турне с концертами, которое отправило их через Данию и Нидерланды в Гонконг, а было завершено в Австралии и Новой Зеландии. Самым заметным аспектом этих выступлений стало отсутствие в составе группы Ринго, заменённого по рекомендации Джорджа Мартина неизвестным ударником по имени Джимми Никол до середины австралийских выступлений. Ринго свалило в Лондоне серьёзное воспаление миндалин и фарингита после удара, случившегося с ним во время фотосъёмки для ‘Почты субботнего вечера’. Мы скрестили пальцы и надеялись, что не столкнёмся с протестами разочарованных фанатов Ринго. Что если битлы подвергнутся обструкции на своих концертах? Но этого не произошло. Дерек Тэйлор звонил мне с большей части остановок по пути этого турне и – к огромному удивлению и облегчению всех – заверил меня, что эта замена не изменила ровным счётом ничего в приёме ‘Битлз’ во всех точках турне, и что не произошло явного ухудшения музыки, которую они играли на сцене. Это могло произойти только с Ринго – битлы настояли бы на отмене этой поездки вообще, если бы заболел Джон, Пол или Джордж.

У Джона и Пола были смешанные чувства об их первом полнометражном художественном фильме. Пол сказал, что для него оказалось трудным “вести себя, словно битл, но согласованно со сценарием Алана Оуэна”. Джон описал Оэуна, как “профессионального скаусера (ливерпульца)”, жалуясь, что многие из реплик, которые тот дал им, основывались на внешнем знакомстве и поверхностной оценке их четырёх личностей: Джона, как остроумного, Ринго, как неразговорчивого, и так далее. Я возразил, что битлы должны были играть не самих себя, а квартет персонажей кино, выдуманных для них Аланом Оуэном, которых – так уж получилось – звали Джон, Пол, Джордж и Ринго. “Чушь собачья!” – ответил Джон, – “Мы считаем, что это о нас. Фанаты увидят, что это мы. Это фильм о битломании. Но поскольку это мюзикл, в нём есть элемент вымысла”. Он добавил, что он чувствовал себя неловко из-за диалогов в фильме “потому что кто-то другой попытался сочинить реплики, которые – как они думали – мы часто говорим в реальной жизни, и они всё очень сильно напутали, по крайней мере, частично”. В целом группа согласилась, что экранная версия великолепной четвёрки превратила их в плохо нарисованные карикатуры, и их основным страхом было то, что сама группа последует примеру ‘Вечера трудного дня’ и будет представляться дураками и в реальной жизни. Это направление было абсолютно противоположным тому, в котором хотели двигаться битлы, но они приняли тот бесспорный факт, что фильм будет лидером и зазывалой в международные театральные кассы. Сделанный в чёрно-белом цвете – потому что ‘Объединённые артисты’ не собиралась позволить цветную художественную постановку поп-группе без стажа в кинематографе – этот 85-минутный фильм был лишь на несколько минут длиннее произведения Мэйлзов. Он был наспех выпущен тем летом, с премьерой в Британии в июле, а в США в следующем месяце, в преддверие первого большого концертного турне ‘Битлз’ по Северной Америке. Реакция на ‘Вечер трудного дня’ в британской прессе была в основном хвалебной. В ‘Нью-Йорк таймс’ фильм назвали “потрясающей комедией”, в ‘Нью-Йорк дэйли ньюс’ заявили, что это было “полезное увеселительное зрелище хорошего качества не только для подростков, но и для взрослых тоже”. Предположив, что постоянные крики, которые стали неизменным атрибутом концертов великолепной четвёрки, теперь проберутся и в кинозалы, ‘Вашингтон пост’ заявила: “Публика принимает слишком активное участие”. Фильм начался одновременно приблизительно в 500 кинотеатрах по всей Америке, – превосходная подготовка к нашему предстоящему турне.

Оглядываясь назад, если сегодня ключевой ролью ‘Вечера трудного дня’ в контексте истории ‘Битлз’ является изображение в забавной манере битломании для тех, кого не было в 60-е годы, то он – что объяснимо – выполняет эту работу. Опасность сейчас состоит – как и состояла тогда – в лёгкости, с которой можно совершенно позабыть об основанном на сценарии элементе вымышленности и рассматривать ‘Вечер трудного дня’, как документальное изображение того, в чём была суть великолепной четвёрки. Чудесным образом, принимая во внимание малое количество времени, бывшее у них на подготовку звуковой дорожки, музыка к ней удовлетворительно поддержала большую часть того, что группа записала ранее, хотя она и не продвинула их сколь-нибудь значительно вперёд в отношении их музыкального развития. Единственными новшествами здесь – для тех немногих лиц, которые заметили их – являлись использование Джорджем новой 12-струнной гитары ‘Рикенбакер’, совершенно нового и очень модного инструмента в то время, и самое раннее влияние Боба Дилана на работы Джона Леннона. Но музыкальная продукция великолепной четвёрки имела мало шансов на более основательный творческий прогресс, когда большую часть своих дней они проводили, носясь из страны в страну, от работы к работе. К счастью, комбинация Леннона и Маккартни часто хорошо работала под давлением, когда сроки поджимали, и среди сочинённых номеров для звуковой дорожки к ‘Вечеру трудного дня’ было несколько особенных даже по высоким стандартам этого энергичного дуэта. Даже наши самые суровые критики были вынуждены признать, что Джон и Пол не выпустили таких ужасных песен к звуковой дорожке, как некоторые из тех, что попадаются на экране в исполнении Элвиса Пресли.

Битлам было отказано в отпуске перед отправлением в американское турне в августе 1964 года. Вплоть до последней минуты они участвовали в воскресных концертах на морских курортах, включая Брайтон, Борнмут, Блэкпул и Скарборо. Тем временем, я обсуждал с Дереком Тэйлором тактику поведения с прессой во время этого турне по США. Я чувствовал себя намного удобнее с Тэйлором, чем это было с Соммервиллем, возможно, по причине журналистского происхождения Дерека. Это сделало его благожелательным к нуждам прессы, но также и дипломатичныи и мягким в его обращении с битлами. Я обрисовал важность ежедневно проводить сеансы интервью один-на-один с горсткой международных журналистов и ди-джеев, которые будут в пути вместе с шоу. Чтобы избежать переполненности этих сеансов, было настолько же важно устраивать большие пресс-конференции, на которые местные организаторы концерта могли пригласить широкий выбор местных специалистов из прессы. Дерек был рад узнать, что у него будет помощник по связям с общественностью – Бесс Коулмэн, которая работала с нами при старте ‘Битлз’, когда он работала в ‘ЭМИ рекордз’ в Лондоне. С тех пор она переселилась в Нью-Йорк, где она накапливала знания о мире музыки США и его литераторах-знатоках.

Когда мы делали последние приготовления к турне, августовские выпуски американских молодёжных девчачьих журналов содержали на своих страницах полезное освещение того, что Джон, Пол, Джордж и Ринго делали вместе в последние недели с новыми рекламными снимками ребят в плакатном стиле. Между тем, родители фанатов увидели изумительный новый снимок на обложке ‘Почты субботнего вечера’, показавший ребят в отличных костюмах делового стиля и в шляпах-котелках; каждый держал круглый зонтик. Заголовок гласил: “ЛЕТНЕЕ БЕЗУМИЕ – БИТЛЫ ВЕРНУЛИСЬ”. Но визуальное послание, которое мы успешно донесли с помощью снимка, заключалось в том, что ‘Битлз’ была чистой и опрятной группой элегантных юношей, хотя они и в самом деле скрывали под этими котелками ‘чёлки-шваброй’.