Чтение онлайн

Ребята начали ощущать выгоды, которые сопутствовали славе и выпуску хорошо продающихся записей. Они могли оставить свои квартиры и купить большие дома, будь то в Сент-Джон’с-Вуде или Суррее. Джон, Синтия и их сын Джулиан уже переехали из центрального Лондона летом 1964 года и купили 27-комнатный особняк в стиле эпохи Тюдоров под названием ‘Кенвуд’ на Вуд-Лейн, в престижном районе Сент-Джордж’с-Хилл в Уэйбридже. Годом розже Ринго и Морин стали соседями семейства Леннонов, купив дом под названием ‘Солнечные высоты’ на Саут-Роуд в Сент-Джордж’с-Хилле. В феврале 1965 года Джордж и его подруга, Патти Бойд, выбрали Эшер, купив небольшой, но расположенный в престижном районе дом под названием ‘Кинфаунс’ на Клэрмонт-Драйв, в частном районе Клэрмонт. Пол остался единственным оставшимся ‘городским’, пребывая с семьёй Джейн Эшер на Уимпол-стрит до 1966 года, а затем купив отдельный трёхэтажный дом на Кавендиш-авеню в Сент-Джон’с-Вуде – один из многих домов, которыми он владеет и по сей день. Завоевав Америку, великолепная четвёрка могла позволить себе всё, что угодно из своих перечней пожеланий – от роскошных выходных до первоклассных машин. Джордж не терял времени и решил сменить свой ‘Ягуар’ модели ‘И-тайп’ на модель Джеймса Бонда, белый ‘Астон-Мартин’. Как только это стало возможно, сразу после своих рождественских шоу, они отправились в отпуска. Пол и Джейн выбрали виллу в тогда-ещё-неразвитом тунисском курорте Хаммамет, тогда как Джон и Син отправились в швейцарские Альпы поучиться кататься на лыжах и бобслею со звукорежиссёром Джорджем Мартином и его будущей женой, Джуди Локхарт-Смит. Помню, я попросил Джорджа рассказать мне о своих планах на отпуск, а он ответил: “У меня новое гнёздышко, которое нужно украсить перьями, поэтому я проведу каникулы дома”. Тем временем, Ринго чрезвычайно быстро женился на своей долгое время невесте и возлюбленной из родного города с ‘пещерных’ дней, парикмахерше Морин Кокс. Брайан Эпстайн лично занимался свадебными приготовлениями, предупредив нас, что полетят головы со всех и повсюду, если произойдёт утечка деталей этой тайной церемонии в загсе. Парочка провела впоследствии лишь три медовых дня в доме для выходных юриста Брайана Эпстайна, Дэвида Джейкобса, в уединённом ‘Полумесяце принца’ в Хоуве. А затем кишмя кишащие репортёры и фотографы прессы не вовремя нарушили покой этого уважаемого курорта на южном берегу Англии, осаждая жениха и невесту, пока те не провели импровизированную пресс-конференцию в не слишком обаятельном внутреннем заднем дворе. На церемонии в Кэкстон-Холле улыбающийся Джордж Харрисон прокомментировал: “Двое – есть, двое - остались”.

Мы совсем не были удивлены тем фактом, что Ринго и Морин поженились. В частной жизни узкого круга битлов они вели себя, словно пара влюблённых пташек, воркуя ‘настолькотеснокакэто’ в клубах и на вечеринках столько времени, сколько мы помнили. (Авторы ‘Чувака на аллее’, раздела светской хроники с последней страницы ‘Нового музыкального экспресса’ придумали слово ‘настолькотеснокакэто’ для описания любовных отношений; также они использовали не требующее объяснений слово ‘infanticipating’, чтобы описать то, что следовало потом.) Единственное, что поразило нас, это как быстро свадебные планы были претворены в жизнь. Пол не добрался до церемонии, потому что он по-прежнему находился в Тунисе. В те давно уже минувшие дни – до появления факса и электронной почты – самой быстрой формой международной связи не считая телефона, была телеграмма. Местная телефонистка прочла нашу телеграмму Полу, в которой говорилось: “Рич женился сегодня рано утром”. Ребята называли Ринго сокращениями от его настоящего имени, Ричи или Рич. Пол говорил мне позже, что у него возникли трудности с пониманием тунисской телефонистки: “Я думал, она говорит о чае рано утром, и не мог понять, почему мы получаем весть об этом из Лондона. Когда следующим утром была доставлена сама телеграмма, я всё равно не понял её. В конечном счёте, я увидел статью о свадьбе, когда мы купили газету и поняли, что это было о том, что Ричи и Мо поженились. Было очень жалко, что меня там не было, потому что мне хотелось этого”. Главной причиной внезапных свадеб в шестидесятые годы являлось обнаружение, что девушка беременна, поэтому мы все начали отсчитывать месяцы от 11 февраля. Морин родила своего первого ребёнка, Зака, 13 сентября.

22 февраля, меньше, чем через две недели после свадьбы Ринго, битлы снова упаковали свои чемоданы и полетели на Багамы, чтобы начать сниматься в фильме ‘Помогите!’ на острове Нью-Провайденсе. Когда Пола спросили, чем он предпочитает заниматься – концертными турне или фильмами, Пол ответил своим собственным встречным вопросом: “Если бы Вы валялись в Лондоне ужасным холодным февральским днём, и какой-нибудь парень сказал: ‘Эй! Давайте полетим на Багамы, чтобы снимать фильм’, что, по Вашему мнению, Вы бы почувствовали?” Затем он ответил более серьёзно: “Для разнообразия мне нравится заниматься фильмом, но ожидание, когда заменят камеры и всё такое, утомляет. В случае с фильмами, приходится ждать месяцы, прежде чем увидишь, как всё получилось. На концертах получаешь реакцию публики сразу же”.

В 1965 году удобства ВИП-обслуживания звёзд едой за кулисами во время концертов было примитивным или отсутствовало вовсе. В наши дни эту работу выполняют специальные компании, и ансамбли, подобные ‘Битлз’, наслаждаются между выступлениями пятизвёздочной едой для гурманов. В шестидесятые годы ‘обслуживанием’ являлось послать Нила или Мэла в ближайшее заведение, торгующуе готовой едой на вынос, поэтому одной из вещей, которая нравилась ребятам в съёмках в фильмах по сравнению с гастролированием, была возможность получить еду в течение рабочего дня. Как-то раз я обсуждал тему еды-на-работе с Джоном, который сказал мне: “Люди кино знают, как питаться. У них есть походная кухня, когда они на месте съёмок, а получить приличную еду по-прежнему является самым сложным во время гастролей. Раньше, в дороге по Британии, когда большинство наших концертов проходило в кинотеатрах, мы просто говорили Нилу купить нам хот-доги в переднем фойе кинотеатра. Затем мы стали посылать за настоящей горячей едой в забегаловки, но ко времени, когда нам доставляли её, она была засаленной, мокрой и от-едва-тёплой-до-холодной”.

Было несколько причин для выбора Багам в качестве одного из двух основных мест, в которых снимался ‘Помогите!’. Восхитительный тёплый и солнечный климат явно манил ребят, и они считали, что в расслабленной обстановке Багам они смогут более свободно и с меньшим опасением препятствий в виде начальства и прессы баловать себя своим самым последним развлечением – курением немарочных сигарет. Во время съёмок фильма стало общеизвестным фактом, что ребята всё чаще и всё более открыто курили марихуану для снятия стресса и чтобы уменьшить своё раздражение медленным процессом создания фильма. Леннон описал эту ситуацию кратко: “Мы курили марихуану вместо завтрака”. Была ещё одна веская причина съёмок в таком рае. Их присутствие в этой рабочей командировке добавляло доверия и реальности плану, разработанному Эпстайном и Эллисом, поместить большую часть кинозаработка группы в одном банке, расположенном в Нассау. Было полезно показать ужасному налоговому инспектору, что ребята и в самом деле проводили немного времени в регионе, где хранились их деньги. Они были размещены в богато обставленном жилище в клубе ‘Шотландская шапочка’, само название которого несло в себе отзвук лучшей колониальной роскоши.

Как это было и в случае с ‘Вечером трудного дня’, продюсер Уолтер Шенсон и режиссёр Дик Лестер согласились, что было нецелесообразно давать персонажам, которых играли битлы, какие-либо иные имена, помимо их собственных. Назвав эту новую постановку безумным, сумасшедшим комедийным триллером, Шенсон признался, что он не замечает у битлов улучшения мастерства игры “в миллион раз, а, может быть, больше”, но пообещал, что ‘Помогите!’ зрительно будет производить большое впечатление. В ‘Помогите!’ Шенсон и Лестер окружили великолепную четвёрку большей командой хорошо известных профессиональных британских актёров, включая Лео Маккерна, Элинор Брон, Роя Киннира, Уоррена Митчелла, Эльфи Басс, Патрика Кэргилла и неувядающего Виктора Спинетти, - большинство из них играло комических героев или злодеев. Был нанят играть и преподаватель драмы – которому также поручили дать битлам уроки дикции – очень манерный, блестящий комедийный актёр, Фрэнки Хоуэрд. К несчастью, весь эпизод с ним оказался на полу монтажной. Главная разница состояла в том, что ‘Помогите!’, в стиле продолжения Джеймса Бонда с музыкой, был снят в цвете – необходимость, если уж выставлять в лучшем свете на большом экране достоинства таких фотогеничных мест, как Нассау и австрийские Альпы. Чёрно-белый цвет подходил атмосфере кинохроники ‘Вечера трудного дня’, цвет был необходим явно мягкой истории, которая полагалась на привлекательность вымышленных персонажей (таких, как простодушный старый сумасшедший учёный) и безумный сюжет, разворачивающийся на фоне вереницы экзотических мест.

Съёмки на Багамах не обошлись без своих забавных моментов, не попавших в прицел камер. Одну из сцен, в которой Ринго прыгал с яхты в море, и которая вызвала проблемы у кинооператоров, пришлось переснимать несколько раз. В конце концов, Ринго взмолился: “Пожалуйста, хватит уже!” “Почему же?” – поинтересовался Лестер. “Я не умею плавать!” “Ты этого не говорил!” “Мне не хотелось говорить это!” Битлы ожидали в Нассау солнца, но, как заметил Пол: “дождь начинался почти всякий раз, когда мы заканчивали съёмку и могли бы лежать на песке”. У Джордж появилась своя собственная теория: “Мы снимаем этот фильм не в хронологическом порядке, поэтому они не хотят, чтобы мы выглядели загорелыми, когда мы начнём сниматься в альпийских сценах в Австрии. Полагаю, это продюсеры устроили эту сырую погоду с помощью богов доджя”.

Если бы Леннону и Маккартни дали больше времени, то, возможно, они воспользовались бы обычным методом сочинения песен для сценических или кино-мюзиклов, помещая значимые песни в заботливо отобранные места в сюжете, где стихи могли подчеркнуть действие или на самом деле в каком-то смысле подтолкнуть его. Вместо этого, как признавал в то время Пол, их способом успеть всё до настолько жёсткого конечного срока состоял в простом сочинении достаточного количества песен для звуковой дорожки, а затем отыскании мест, где действие могло быть остановлено и задержано на время исполнения песен. Имея такую популярность в своей высшей точке, битлам не было необходимости беспокоиться о таких деталях. Важным обязательством, которое приняли на себя битлы, было придумать хорошее название – вокруг которого они могли бы сочинить слова и музыку. В начале не было ‘Помогите!’, и первая идея Дика Лестера назвать фильм ‘‘Битлз’-2’ встретила мгновенный отпор. “Как мы сможем сочинить песню с названием ‘‘Битлз’-2’?” – спросил Джон. От него было решено отказаться, и Ринго предложил ‘Восемь рук, чтобы удержать тебя’, которое даже появилось на нескольких ранних рекламных копиях записей звуковой дорожки. Съёмки фильма переехали с Багам в Австрию, далее на равнину Салисбери на юго-западе Англии и, наконец, в Твиккенхэм на западе Лондона – всё ещё без готового заглавного номера. В конечном счёте, когда было выбрано ‘Помогите!’, Джон и Пол сделали одну из самых быстрых работ по сочинению, чтобы создать заглавную песню. Пол предоставил это Джону, который говорил мне: “Я рад, что они выбросили название Ринго, – мы бы зае.ались его сочинять! Я бы спихнул это на Пола!”

С Ленноном никогда нельзя было быть уверенным, являлось ли то, что он говорил, откровенным или насмешливым. Например, когда он позже говорил журналистам, что его стихи к ‘Помогите!’ представляли собой настоящий личный крик души, – играл ли он с ними или признавался в неподдельной неуверенности в себе? Изображая драматизм, в чём он был хорош, когда возникали подходящие ситуации – а рядом были слушавшие его репортёры – Джон сказал: “Большинство людей думает, что это просто быстрая рок-н-ролльная песня. Я не осознавал этого в то время, я просто сочинил эту песню, потому что мне поручили сочинить её для фильма, но позже я понял, что я действительно взывал о помощи. Я пою о том времени, когда я был намного моложе и всём остальном, оглядываясь назад, как легко всё было. Теперь я могу быть очень позитивным, но у меня также случаются глубокие депрессии, когда мне хочется выпрыгнуть из окна. Я был толстым, в депрессии и взывал о помощи”. Моей собственной интерпретацией является, что он чувствовал себя измученным, сытым всем по горло – не хуже, чем это – но в его душе вскипели эмоции и взяли над ним верх, когда он сочинял ‘Помогите!’. Он находил расписание съёмок фильма мучительно скучным из-за постоянного ожидания между всеми сценами. Он выражал недовольство своей собственной отчасти неинтересной ролью, описав её Дику Лестеру, как “эпизодическую роль в дурацком фильме”, но дурацкий фильм с музыкой великолепной четвёрки, вероятно, заставило включить телевизоры большинство поклонников ‘Битлз’. В результате, заглавный номер из ‘Помогите!’ оказался одним из самых крепких коммерческих хитов в песеннике Джона Леннона. Несмотря на то, что остальные из нас обычно признавали Пола битлом с самыми лучшими актёрскими способностями, Ринго был тем, у кого было больше всего оснований быть полностью довольным своим вкладом в ‘Помогите!’. Его природный талант к немой комедии, который можно было увидеть годом ранее в документальном материале, снятом в Америке братьями Мэйлз, вышел на передний план, создав помесь мягкого помешательства и комичной мимики, которая привлекала кинокамеры. У него легко получалось гримасничать и изображать нелепые походки. Кроме того, он был рад оказаться настолько ближе к центру деятельности на съёмках фильмов, чем он был в студиях звукозаписи на Эбби-Роуд.

В то время как битлы снимали последние эпизоды к ‘Помогите!’ в киностудиях Твиккенхэма, за кулисами в ‘НЕМС Энтерпрайсиз’ развёртывалась настоящая королевская драма – я имею в виду, Королевская драма. Мы основательно расширили штат служащих фан-клуба после скандальных задержек в обработке приходивших писем и заявлений на вступление в клуб осенью 1963 года. Но было по-прежнему обычным явлением обнаружить в офисе большое количество неоткрытых мешков с почтой, ожидавших к себе внимания. Адрес фан-клуба на Монмаут-стрит публиковался полностью во время нашего переезда на Эргилл-стрит в марте 1964 года, но некоторые журналы для подростков-фанатов по всему миру продолжали публиковать устаревшую информацию, в результате чего фанатская почта прибывала на оба наших адреса. Иногда это означало, что деловая почта ‘Битлз’ перемешивалась с фанатской почтой. В один день мы – к нашему ужасу – обнаружили четыре официально выглядевших конверта в стопке, которая ожидала, когда её передадут на Монмаут-стрит; каждый был официально адресован одному битлу. Из другой, окружавшей их почты, было очевидно, что они уже пролежали некоторое время в нашем офисе. Могли ли они являться в том или ином роде повестками в суд? Было хорошо известно, что в мире поп-музыки повестки и хиты идут рука об руку. Или это были налоговые требования из департамента, ведающего внутренними налогами, например? Конечно, не пачка исков об установлении отцовства, не четыре же одновременно?! Когда мы вскрыли эти конверты, то обнаружили письма Джону, Полу, Джорджу и Ринго с Даунинг-стрит, ставящих ребят в известность, что премьер-министр Харольд Уилсон рекомендовал каждого из битлов к награде ‘Член Ордена Британской Империи’ (ЧБИ) в перечне почестей к наступающему дню рождения королевы. Такие приглашения требовали ответа в письменном виде от адресатов до указанной даты, и мы вздохнули с облегчением, увидев, что не пропустили окончательный срок, что вполне могло привести к автоматическому признанию недействительности. Брайан Эпстайн был недоступен, поэтому эти документы были показаны Джеффри Эллису. Он решил, что им нужно быстро их доставить битлам из рук в руки, чтобы подписать факт получения, несмотря на тот факт, что это грозило отвлечь их и прервать работу над ‘Помогите!’. На всех четверых ребят произвело неподдельное впечатление предложение ‘медали’ ЧБИ, и они подписали свои письма с усмешками и широкими ухмылками. По чистой случайности финальные сцены фильма включают в себя наружные съёмки Букингемского дворца, которые пришлось смонтировать с внутренними съёмками, показывающими битлов в комнатах, обустроенных так, чтобы походить на комнаты в королевской резиденции, но на самом деле сделанными в Кливден-Хаус, доме лорда и леди Астор возле Мэйденхэд. Джордж сказал: “Нам придётся посмотреть, настолько же роскошно это место, как и ‘Букин-двор’”.

Субботним утром, 12 июня, во все национальные газеты ворвалось официальное объявление о наградах ЧБИ, и батарея репортёров и фотографов средств массовой информации – особенно из воскресных газет – оккупировали твиккенхэмские киностудии, где битлам демонстрировали первую сырую монтажную версию ‘Помогите!’. Мы мгновенно приняли решение созвать всех и провести настоящую пресс-конференцию вместо того, чтобы провести день, встречаясь с неорганизованными журналистами по отдельности. Прогремев во время выходных, когда Флит-стрит часто не хватало (и не хватает в наши дни) новостей, новость о ЧБИ получила широкую международную огласку во всех средствах массовой информации – в прессе, на радио и на телевидении. Это было своевременной вспышкой рекламы для поднятия продаж билетов в театральных кассах на наши предстоящие концертные выступления в августе в Америке, где всегда был здоровый аппетит ко всем историям, которые ассоциировались с британской королевской властью.