Егерь. Звери и люди
Шрифт:
— Я передам. Но Барон может не принять условие с Иваном. Драконоборец — человек Короны. Его присутствие…
— Его присутствие — моё условие. Точка.
Тобольд помолчал, затем кивнул.
— Хорошо. Передам как есть. Сроки?
— Когда разберусь со своими делами, тогда и приду.
— Барон ждать не любит.
— Барон подождёт. Потому что альтернатива вам не понравится. Приведёте сюда армию и трупы будут исчисляться сотнями. О такой победе вы на пирах не расскажете.
— Ты уверен? Сотни?
Я улыбнулся. Тобольд посмотрел на эту улыбку — и в его глазах что-то изменилось.
— Хочешь проверить? — спросил тихо.
Тобольд не ответил.
Пауза затягивалась. Звероловы за его спиной молчали и смотрели. Кто-то положил руку на рукоять. Кто-то шептался с соседом. Напряжение нарастало.
Тобольд сделал шаг вперёд.
— Макс, давай начистоту. Ты можешь угрожать сколько угодно. Факт остаётся фактом — ты один, а за мной Корона. Ты можешь убить нас всех. Наверное. Но завтра придут другие. А потом ещё. Войну с государством ещё никто не выигрывал. Даже ты не справишься.
Он давил. Достаточно грамотно. И каждое слово было правдой.
Я чувствовал, как внутри поднимается то, что я держал на привязи. Оно хотело наружу.
И я не видел ни одной причины, почему должен сдерживать его.
Поэтому выпустил.
Пальцы удлинились. Суставы сместились, кости вытянулись. Ногти стали чёрными, изогнутыми когтями. Мышцы набухли, плечи расширились. Челюсть поехала вперёд, клыки царапнули нижнюю губу. Мир окрасился в красные тона, а запахи обострились до предела — я чуял пот каждого из них.
Тело покрыл густой чёрный мех.
Глаза вспыхнули красным.
Руки налились тяжестью скального быка. Время растянулось от скорости ветряного волка. Все эссенции поглощённых зверей разом изменили меня.
Я рос. То, что встало на поляне, было на три головы выше любого из присутствующих. Огромная чёрная туша с когтями как ножи. Из пасти шёл горячий и одновременно ледяной пар.
Карц моментально вылетел из ядра.
Лис развернул Огненную ауру — навык охватил его тело и расширился мощным куполом. Жар ударил по поляне. Трава под лапами лиса задымилась.
— Что за… — кто-то из передних рядов отшатнулся и повалился через бревно. Его рысь отпрыгнула в сторону и зашипела.
— Стоять! — рявкнул Тобольд. — Оружие в ножнах! Стоять!
Двое молодых попятились — один побелел, второй выругался сквозь зубы. Их волки скулили и рвались прочь. Медведь здоровенного бойца в заднем ряду поднялся на задние лапы и оборонительно заревел.
Побежали только двое. Остальные стояли и смотрели — кто стиснув зубы, кто побелев, кто сжимая оружие. Один боец — жилистый, постарше, с длинным шрамом через лицо — стоял спокойно и холодно разглядывал меня. Будто запоминал куда бить, если придётся. Рядом с ним второй бросил через плечо соседу:
— Видал? Иван не врал. Вот же тварь…
— Заткнись и стой, — ответил сосед.
Третий — коренастый мужик лет сорока, с двумя рысями у ног — смотрел на меня и медленно кивал. Будто увидел что-то, во что раньше верил только на словах.
Я запрыгнул на ближайшее дерево. Ствол загудел, кора треснула под когтями. Висел на стволе в пяти метрах над поляной и смотрел вниз.
— УБИРАЙТЕСЬ, — утробный голос Зверомора звучал так, будто слова произносит зверь, который научился говорить.
Молодой парень в первом ряду сел на землю — ноги подогнулись. Его товарищ дёрнул за плечо и рывком поставил на ноги.
— Стой, урод, — прошипел товарищ. — При людях не позорь. Ты человек Барона.
Тобольд стоял прямо подо мной и смотрел вверх. Он тоже побледнел, но держался. Что ж, похоже Иван рассказал ему, что будет. Видеть своими глазами — совсем другое дело, но Тобольд не был бы опытным воином, если бы ломался от вида чудовища.
— Макс, — сказал он твёрдым голосом. — Я впечатлён. Но предложение Барона остаётся в силе. Приди в Драконий Камень. Поговори с Бароном. Иван будет там — я прослежу.
Я висел на дереве. Карц внизу держал ауру — жар всё тёк по поляне.
— И ещё, Тобольд, — голос Зверомора прокатился по поляне. — Если кто-нибудь из твоих людей сунется к моей деревне — я найду каждого. Я сожру ваши сердца. Поберегите семьи.
Грязно? Да. Нужно ли? Тоже да. Эти ребята придут домой и ещё долго не смогут уснуть, потому что поймут — они выжили лишь благодаря моей милости.
Я спрыгнул, и земля вздрогнула. Медленно отпустил трансформацию, контролируя каждый этап. Через минуту на поляне стоял обычный, полностью голый Зверолов.
Пока я доставал из рюкзака запасной комплект одежды, моим свидетелем стала тишина.
Тридцать звероловов переваривали увиденное.
Я встал и посмотрел на Тобольда. Он выдержал мой взгляд.
— Мои люди знают границы.
Он развернулся и пошёл к отряду. Звероловы собирались молча и быстро. Тобольд бросил короткий взгляд на парня, которого держал за плечо товарищ.
Через десять минут поляна опустела. Они ушли на север, а я стоял и слушал, как стихают шаги.
Карц встал рядом и презрительно фыркнул.
— Знаю, — сказал я ему. — Но с армией бодаться нам не с руки.
Отправил зверя в ядро и выпустил Живого. Мы двинули на восток.
Весь оставшийся день я думал. Барон не дурак. Знает, что именно я закрыл Раскол. Ломать меня силой слишком дорого и рискованно. Проще привязать через услугу. «Разберись со смертями» — просьба, обёрнутая в приказ. Барон боится того, что творится в его землях, но просить о помощи напрямую — это политическая слабость. Поэтому давит и угрожает, а на деле — просто нуждается.
Мне это на руку только по одной причине. Эти странные смерти — почти наверняка генерал Сухих или его семена. Узнай я об этом сам — всё равно бы пошёл.
Сейчас Барон даёт мне повод и прикрытие. Но после — потребует плату. Очень глупо не идти на этот диалог — это автоматически ставит всех под угрозу. Нет, нам нужен пакт о ненападении. Официальные бумаги, если потребуется. Нужно решить вопрос территориальности зоны максимальной опасности до конца. А судя по тому, что отряд Тобольда добрался до этого места без потерь — настроены они серьёзно.