Чтение онлайн

Анализ 5000 выборочных исследовании, проведенных в 125 странах мира за 1950–1993 годы, данные исследовании Гарвардской школы здравоохранения и Всемирной организации здравоохранения (J. L. Murray, A. D. Lopez, 1996)

В течение XX столетия средневзвешенный среднегодовой показатель распространенности всех психических и поведенческих расстройств в мире увеличился в 10 раз, в том числе:

I. Психозы — рост в 3,8 раза.

II. Пограничные расстройства — рост в 21,4 раза (из них неврозы и другие невротические расстройства — рост в 61,7 раза).

III. Алкоголизм — рост в 58,2 раза.

IV. Олигофрении — рост в 30 раз.

Отсюда сами банкиры должны быть заинтересованы в стабилизации психопатических процессов в мире. При сохранении этих темпов психопатизации общества демократия может превратиться в механизм движения к хаосу. По пути сметут всех банкиров.

У человечества нет на сегодняшний момент дефицита ресурсности. У нас сегодня нет на самом деле базового экономического кризиса.

Базовый кризис — это когда в социуме не хватает ресурсности для того, чтобы удовлетворять базовые потребности людей — в пище и в тепле. Даже при минимальной вовлеченности человека в удовлетворение своих потребностей, ресурсов для этого хватает с избытком. Но тогда в чем кризис? В получении богатыми все большей и большей прибыли, в кризисе методов, системы управления богатыми современным миром.

Что мы видим вокруг? Вокруг мы видим, как всеми доступными способами разрушается социальный институт семьи: ювенальная юстиция (и это уже в нашей стране), легализация однополых браков, пропаганда нетрадиционных сексуальных отношений, трансгендерная проблема школьников и т. д.

Сложно думать, что эти проблемы не регулируются кем-то. Идет борьба за трансформацию человеческой психики под свои интересы и цели.

И уничтожение нашего народа возможно не экономическими способами, а именно культурологическими, то есть разрушать душу человека, перемешивать его представления о правильном и неправильном. Что мы видим в результате? Рынки нашей страны заняты импортной продукцией, остатки промышленности продаются на эмитированные деньги, на культурологическом уровне общество деградирует, институт семьи разрушается.

Несмотря на то, что мировые банкиры по сути разрушают социум, душу человека и эксплуатируют население земного шара, мы не считаем правильным испытывать к ним ненависть. Такой сильный противник, который смог построить схему, позволяющую манипулировать всем миром, на самом деле достоин уважения. Но понимая это, сплачиваясь, мы можем быть не слабее.

Автор не только фиксирует кризис в систем социально-экономических отношений, но и предлагает пути, меры выходя из него. При этом данные пути и меры реализованы в практической деятельности холдинга, в системах управления им. Это уже не только теория, но и реальная практика, жизнь, это успешное внедрение систем управления производством, которые адекватны психологии русских, российских людей.

На вопрос как и что делать — ответ дается практический. Он перед глазами тех, кто может и хочет видеть.

Концепция С. Ю. Глазьева не поддается краткому анализу. Она многогранна. Список его работих содержание вызывают уважение и как минимум — изучения. Их основная суть совпадает с высказанной концепции о колебательном развитии научно-технического прогресса в зависимости от колебательного изменения психологической, нравственной, интеллектуальной сути людей, элиты. В его концепции и в работах ученых, написанных под его руководством, много говорится о психологическом факторе. Написанные работы показывают, что роль государства, эффективность методов приватизации, способов управления экономикой зависят от учета психологических и иных особенностей людей.

Концепция Глазьева С. Ю. в наибольшей степени соответствует концепциям психоэкономики [1,2,3].

По его мнению важно приведение управления экономикой в России в соответствие с российской культурой выступает важнейшим условием нашего успешного развития. Это концептуально важно. Экономист приводит нравственные принципы хозяйствования, разработанных группой ученых и богословов и одобренные Всемирным Русским Собором.

— Не забывая о хлебе насущном, нужно помнить о духовном смысле жизни. Не забывая о личном благе, надлежит заботиться о благе ближнего, благе общества и Отчизны.

— Богатство — не самоцель. Оно должно служить созиданию достойной жизни человека и народа. И др.

С. Ю. Глазьев считает, что основные достоинства нашего народа должны быть учтены в экономической политике. «Для построения эффективной системы управления экономикой, соответствующей духовной традиции и нравственным ценностям, принятой в российской культуре, должны быть пересмотрены фундаментальные принципы государственной социально-экономической политики. В том числе в экономической политике необходимо отказаться от рыночного фундаментализма, в кадровой политике — от круговой поруки и кумовства, а в практике управления — от культа вседозволенности и самообогащения. Должны быть восстановлены ключевые для русской культуры нормы социальной справедливости в распределении национального дохода и богатства» [1, стр. 500].

Нравственные, духовные особенности народа автор рассматривает наряду с экономическими факторами роста. Это необычный для экономиста подход, вызывающий уважение у практиков.

Автор перечисляет потенциал для нашего роста. Считает необходимым восстановление системы стратегического планирования и др. А работа по созданию Таможенного союза показала, что это не просто экономист-теоретик, а реально мыслящий практик, способный реализовывать свои концепции в реальный рост нашей экономики.

С. Ю. Глазьев прав, считая направление средств в нанотехнологии, в новый технологический уклад выходом из создавшейся ситуации. Идет перечисление направлений такого развития. Но кто распределит эти деньги? И что говорит Счетная палата об эффективности такого распределения средств соответствующим ведомством? У нас все как на Западе. Там давно ТОП-менеджмент не привязан видом профессиональной деятельности. ТОП есть везде ТОП. И независимо от того электрокомпания это или крупное биохимическое производство, одни и те же высшие менеджеры справляются и там, и там. Причины такого положения понятны. Ведь сейчас более важно получить дешевые кредиты, правильно распределить финансовые ресурсы, а не создать нечто новое и принципиальное. Это вторично. Поэтому и мы не отстаем от Запада. Решения принимают общественники и ради общественников. Специалисты здесь по боку, они на подхвате. И если новая технологическая волна будет осваиваться общественниками — будет то, что есть.

Важно кто будет осваивать новую технологическую волну, кто составит список наиболее успешных предприятий шестого технологического уклада. Кто примет решение как их финансировать. Кто будет защищать их от нападок. А нападки начнутся сразу же. Подумать только! Деньги начинают давать предприятиям через головы общественников, напрямую… Общественники, даже кто был в ссоре лютой, объединятся моментально. Они начнут искать недостатки у реально работающих предприятий, начнут мучить проверками и придирками. Они, естественно, возмутятся. Появятся ссылки на работы Нобелевских лауреатов, которые не одобряют выбранное направление инвестиций. Начнется яркая жизнь в стране. Вот тут бы дать работать спокойно предприятиям, которые уже доказали на деле свой успех. Не мешать им. Судить только по делам, только по экспорту высокотехнологической продукции. Только по прибыли, только по уплаченным налогам. Получается — просим взять еще народные деньги, еще, еще… И никаких комиссий, никаких собраний, никаких экспертных оценок — смотрим только на результат. Не хватает таких предприятий, таких эдиcонов? Просим зарубежных изобретателей стать владельцами наших денег, нашей земли, наших рук, но привнести в нашу экономику свои знания и изобретения. Мы никогда не чуждались учиться у тех, кто может научить. И всегда были благодарны к таким лицам. И предметники потянутся. Им не легко там на Западе с общественниками, обладающими опытом утонченных обманов.

Практически все ученые, промышленники, кто стоял в основе нового технологического уклада, пробивались через непонимание, усмешки общественников, через их препоны, а затем и через их предложения скупить все сделанное, все изобретения на корню. Как только продадимся, пусть даже за дорого, тут же начнется падение эффективности нового технологического уклада. Признак этого — деньги стали важнее дела. Вновь власть начнут забирать общественники.

В экономической науке ощущается дефицит действительно работающей, научной методологии. Ее обретение позволит системно объединить подходы, которые несут в себе истину, возможно и наверняка не всю, но это будет движением к истине. Так неоэкономика, делая упор на проблемах в росте производительности труда в силу ограниченности рынков масштабами Земли, отслеживает и технологические зоны, динамику их развития во времени. Но это одновременно и смена технологических укладов. И динамика этой смены так же связана с международным разделением труда, с изменением рынков. Это связано и с динамикой фундаментальных потребностей людей, периодическом усилении роли так называемых иллюзорных, иррациональных потребностей. Изменение этих потребностей одновременно есть и изменение самих людей. И все это протекает циклично. Эти циклы связаны и с космическими циклами. Известные в экономике циклы — Кондратьева, Жюгляра и др. собственно и отражают эти психологические циклы. Все взаимосвязано. Эти циклические изменения носят более кумулятивных характер, затрагивают бессознательное людей.

Можно сказать, что постепенно создаются научно-методологические предпосылки для более системного и главное — более верного — понимания протекающих в мире, стране социально-экономических явлений. Это можно поставить в заслугу нашей отечественной науке. Теперь бы представителям разных новых, неонаучных школ присмотреться друг к другу и встать выше своих амбиций в претензиях на обладание истиной. Возникнет не только новая экономика как наука, возникает нечто большее — синтез различных наук, синтез науки и практики. А это имеет большую ресурсность в распространении этих знаний среди думающих людей, это дает дополнительную ресурсность и для развития России.