Чтение онлайн

Л. Де Бройль отметил важность интуиции в научном творчестве, рассматривая ее и как иррациональное явление. «Воображение, позволяющее нам представить себе сразу часть физического мира в виде наглядной картины, выявляющей некоторые ее детали, интуиция, неожиданно раскрывающая нам в каком-то внутреннем прозрении, не имеющем ничего общего с тяжеловесным силлогизмом, глубины реальности, являются возможными, органически присущими человеческому уму; они играли и повседневно играют существенную роль в создании науки. …Конечно, постулат о рациональности вселенной, если его принять без ограничений, привел бы к утверждению о том, что следствием применения строгой системы рассуждений к наблюдаемым фактам должно быть точное и полное описание физического мира. Но это верно лишь в идеальном случае; систему рассуждений, о которых только что шла речь; нельзя фактически построить, потому что физический мир характеризуется крайней сложностью, бросающей вызов нашему пониманию… Очень часто нам приходится переходить от одного рассуждения к другому посредством акта воображения или интуиции, который сам по себе не является полностью рациональным актом.

…Таким образом (поразительное противоречие!), человеческая наука, по существу рациональная в своих основах и по своим методам, может осуществлять свои наиболее замечательные завоевания лишь путем опасных внезапных скачков ума, когда проявляются способности, освобожденные от тяжелых оков строгого рассуждения, которые называют воображением, интуицией, остроумием. Лучше сказать, ученый проводит рациональный анализ и перебирает звено за звеном цепь своих дедукций; эта цепь его сковывает до определенного момента; затем он от нее мгновенно освобождается, и свобода его воображения, вновь обретенная, позволяет ему увидеть новые горизонты. …Но всякий порыв воображения и интуиции, именно потому, что он является единственным истинным творцом, чреват опасностями; освобожденный от оков строгой дедукции, он никогда не знает точно, куда ведет, он может нас ввести в заблуждение или даже завести в тупик. И поэтому научное исследование, хотя оно почти всегда направляется разумом, тем не менее, представляет собой увлекательное приключение» [2, стр. 293–294, 295].

А вот самонаблюдение одного из ученых. Оно позволяет связать идею психической активности в инсайте с работой иммунной системы. «Когда я осознал, что мой ум активно работает над чем-нибудь, у меня возникло смутное чувство, которое очень трудно описать, оно было подобно неясному впечатлению об умственной активности. Но когда ассоциация выплыла на поверхность, оно развилось в чувство радости» [3, стр. 260].

Это мнение интересно тем, что инсайт сопровождается повышением настроения, то есть срабатыванием гормонального механизма психической саморегуляции. В таком радостном состоянии находятся монахи, когда они чувствуют помощь с выше, в таком радостном состоянии находятся ученые, завершив свой труд или чувствуя такую подмогу из вне во процессе его создания…

Обратимся к исследованиям академика Бехтеревой Н. П. Она говорит об открытии механизма в мозгу человека, который при определенных условиях (истинная вера — важнейшее) может помочь считывать помощь Божью при поиске истины. Этот механизм срабатывает раньше собственно логических рассуждений. «До нас было известно, что в мозгу есть разного рода детекторы, структуры (зоны, нейронные популяции), избирательно реагирующие на какое-то явление, процесс и т. п. Мы увидели избирательную или преимущественную реакцию сначала некоторых подкорковых зон, а затем и коры на ошибку в достаточно тривиальном действии. И назвали эти зоны детекторами ошибок…

Сам феномен оказался очень привлекательным, в частности, для объяснения многих событий и действий человека в повседневной жизни. Оказалось далее, что после реакции детекторов может развиться активация мозга, что, вероятнее всего, в данном случае может рассматриваться как предпосылка для последующей оптимизации осуществляемых действий…».

И ее дальнейшие рассуждения о том, что есть «кирпичиковая» наука, в которой каждый последующий вывод вытекает из предыдущего, а есть научные решения из «ниоткуда».

Она психофизиологический механизм считает аналогичным гипнотическим механизмам. «Разумного объяснения гипноза нет, но факт есть и используется. Если принять аналогию — то важно только то, что проникновение в чьи-то помыслы и освоение их возможно. Может быть, отсюда и идеи черпания идей из „высшего разума“, идеи о мозге как детекторе?..

Решения „ниоткуда“ кроме „склада ума“ требуют определенного настроя, определенного психического состояния. Это как бы состояние „приема“! Интересно, что этот настрой, это психическое состояние не является чем-то экзотическим, не слишком отличается от нормы. Близкое состояние (а кто знает, может быть именно оно) описано у Стейнбека в его знаменитой и трагической „Жемчужине“. Для того, чтобы найти жемчужину, нужно хотеть найти ее; но не слишком сильно хотеть — можно спугнуть удачу.

А что произойдет, если хотеть чего-либо — в том числе и проникновения в явления природы — очень страстно? Вплоть до изменения психического состояния, изменения состояния сознания? Чаще всего эмоции заслонят разум, мозг не окажется оптимальным детектором истины, в том числе и логически оправданной. А изредка… Изредка человек может оказаться как бы в другом измерении…: он видит, слышит, обоняет то, что окружающим обычно не дано. Если хватает сдерживающих сил — молчит о своих находках, боясь оценки психиатров. Но именно в конце этого столетия все чаще появляются надежные свидетельства реальности таинственного „Зазеркалья“… А в обобщениях (см.: иеромонах Серафим (Роуз)) оказывается даже, что все было известно очень, очень давно…». [6, стр. 268–272].

Такое озарение испытывают почти все, кто достигает в творчестве великих высот. И редко кто из них сомневается, что это помощь с выше. Подобный способ поиска истины просто невозможен без веры. Поиск истины, ведомый верой, — одно из прекраснейших состояний человечества.

Когда человек верит, то в точках бифуркации его сознание направляется в сторону служения веры. И если вера истина, то открывается истина. Эти зависимости открыты учеными — изобретателями, лучшими творцами человечества. Вера им помогала. Можно спорить, что каждый верил во что-то свое. Но истина одна. В той степени в какой вера истина, она и помогает. А помогает она всем, независимо от принадлежности к той или иной концессии. И в разных верах есть истина. И каждый истинно верующий будет искать истину, тем самым идя навстречу друг другу, идя на встречу к Богу. И пусть у каждого этот путь будет свой, индивидуален, пусть это будет путь самостоятельных терзаний. Но только так можно создать общество, которое будет думать о сути более, чем о форме, об истине более, чем о деньгах… Такой народ будет легко выходить из психоэкономических кризисов.

Исходя из работ ведущих физиологов, человек однотипно реагирует на содержание, на смысл слов, даже если они звучат различно. Мы на бессознательном уровне резонируем со смыслами. И этот резонанс помогает в поиске истины. Бехтерева Н. П. выявила блок в мозгу человека, который ранее нашего разума отвечает на запрос — ошибка это или нет — это детектор ошибок. Наличие этого блока, наличие методик прислушивания к нему, введения его в нашу повседневную жизнь — притягательная сила для любого человека, который хочет развить у себя интуицию. А это желание любого разумного человека.

Эти явления более характерны для искренних людей, пользующихся в полной мере свободной воли в своем мышлении и поведении. Это чаще люди, которые говорят не о своих заслугах, а молча, упорно делают свое дело. Чаще эти люди являются «солью земли». Они чаще откликаются на доброю. Их творчество чаще мучительное, изматывающее, захватывающее человека всецело. Достижение гармонии в творчестве всегда мучительно и изматывающе. В таком творчестве человек творит не только мир, но и свою душу. Душа развивается через испытания. Муки творчества, стремление к истине и есть одно из таких испытаний. Обращаясь за помощью к более высокой инстанции человек усиливает себя, по крайней мере правильным течением ситуации в точках бифуркации. А в творчестве эти точки возникают непрерывно. Отсюда вера — важнейший компонент творчества. Такое творчество — это жизнь возвышенная, духовная, это жизнь за рамками плотского существования. Такое творчество рождает и любовь, в том числе к тем ради кого оно происходит. Истинно творческий человек не может творить только для себя. Творчество таких людей ситуативно, ограничено. Такое творчество оказывается эффективной прививкой против словесных обещаний быстрого рая на Земле, быстрого и бесконечного счастья.

Такие люди могут поставить для себя и себе подобных особые цели — достижение гармонии в жизни, стремление к красоте, стремление к Истине. Если это стремление принято душой — это и есть Вера, которая способна преобразовать общество. И цели, которые ставят перед собой и перед обществом такие люди не будут ограничены плотскими желаниями, они будут рождать великие цели, великие сообщества людей. И они найдут куда потратить имеющиеся средства. Для дела, для других людей, для поиска истины. Если деньги будут в распоряжении таких лиц — кризисов не будет. И развитие средств производства, вложения в инвестиции с их стороны будут опережать рост потребительского спроса. И работников будет не хватать (ведь сколько много дел на Земле!). И все будут получать нормальную заработную плату. А сами они будут трудиться больше всех. Так как труд для них это радость, счастье.