Чтение онлайн

Но в первую очередь эти процессы понимают и чувствуют сами общественники. У них есть соответствующая психофизиологическая структура личности, есть мотивация на понимание влияния межличностных отношений на социально-экономическое развитие.

Эти процессы чаще понимают и чувствуют блестящие практики (иначе просто невозможно успешно руководить людьми).

Эти процессы понимают и чувствуют лучшие писатели. Они и получают признательность у своих читателей именно потому, что высказывают то, что уже люди начинают улавливать, понимать, а выразить в словах еще не могут. А тут прочитал книгу — и все стало на свои места, стали более понятными протекающие процессы.

В силу ряда фундаментальных факторов влияние общественников на протекающие социально-экономические процессы в наше время усиливается по сравнению с предыдущими эпохами, периодами. Это связано с ростом производительности труда, с уменьшением доли населения, которое занимается созданием материальных ценностей, а значит с уменьшением доли кинестетиков и сопутствующих им психотипов. Это связано с ростом процента самих общественников в структуре населения в силу появления все большего числа профессий без четкой привязанности к конкретным образам. К таким профессиям относят маркетологов, финансистов, дизайнеров и др. Это связано с ростом солнечной активности, с изменением типа интеллекта (IQ падает, EQ растет), с ростом количества однодетных семей, с ростом психопатичности, истероидности населения и т. д. и т. п.

Но что возросло, чего стало много — лучше фиксируется нашим сознанием, когда влияние этого становится чрезмерным, выходит за рамки обычного, привычного. Раз влияние общественников возрастает, то становится легче его заметить на основе эмпирических наблюдений, в рамках обыденного сознания. И самим общественникам это легче сделать, чем предметникам, так как они обладают соответствующими способностями. С их помощью и появились соответствующие описания.

Есть положения рассматриваемой концепции, которые в той или иной степени уже сформировались в форме установок и предустановок бессознательного.

Общественники объединяются, исподволь, незаметно, оказывая помощь друг другу. При этом в проигрыше чаще оказываются те, кто менее способен к такому объединению, то есть интроверты, предметники. Поэтому возникает вопрос: зачем общественникам надо описывать процесс их активности по «стрижке» менее проворных и менее общительных, они ведь тем самым снижают эффективность своего влияния на окружающих, раскрывают применяемые методы и приемы такого влияния? Ведь кто знает, тот уже вооружен. Писателям это дает известность, прибыль, повышает их статус. Один из самых знаменитых писателей современности Пауло Коэльо. Его книги изданы в 150 странах, переведены на 67 языков. Общий тираж приближается к 100 млн. Пауло Коэльо не только уловил процесс возрастания роли общественников на современном этапе общественного развития, но и уловил некоторые организационные формы такого процесса. Он описал их. По сути в его романах присутствуют почти все основные элементы описанной в данной книге концепции. А именно, он описал процесс спонтанной самоорганизации общественников в человеческой среде, связь способности быть полезным другим в решении их дел и уровня дохода человека, описано появление психотипа постпострезонатора как типичного человека современного мира.

Описана даже технология самоорганизации общественников с помощью так называемого Банка Услуг.

Вот что об этом банке говорит один из героев Пауло Коэльо.

«Что такое Банк Услуг?

— Сам знаешь. Нет человека, которому это было бы неизвестно.

— Может быть, но я до сих пор не смог понять, что это значит.

— О нем было упоминание в книге одного американца. Это самый мощный банк с отделениями по всему свету.

— Я приехал из страны, где нет литературной традиции. Я никому не мог оказать услугу.

— Это не имеет ни малейшего значения. Вот тебе пример: я знаю, что ты растешь и когда-нибудь станешь очень влиятельным человеком. Знаю, потому что сам был таким, как ты, — независимым, честолюбивым, честным. Сейчас у меня уже нет прежних сил, но я собираюсь поддержать тебя, ибо не могу или не хочу останавливаться, мечтаю не о пенсии, а о борьбе, то есть — о жизни, о власти, о славе. И я инвестирую в тебя, но кладу на твой счет не деньги, а полезные связи. Знакомлю тебя с нужными людьми, помогаю заключать сделки — законные, разумеется. И ты передо мной в долгу, хотя я никогда не намекну об этом…

— Но в один прекрасный день…

— Вот именно. В один прекрасный день я попрошу тебя о чем-нибудь, и ты вправе отказать, но ведь ты должен мне. И ты выполнишь мою просьбу, а я буду по-прежнему помогать тебе, и люди узнают, что ты — надежный человек, и тоже начнут инвестировать в тебя — не деньгами, а связями, ибо миром нашим движут связи. Настанет день, и эти люди тоже тебя о чем-нибудь попросят, ты будешь уважать и поддерживать тех, кто помогал тебе, и с течением времени твоя сеть оплетет всю планету, ты познаешь все, что должен будешь познать, и твое влияние будет неуклонно возрастать.

— А если я откажусь выполнить просьбу?

— Что ж, это вполне возможно. Банк Услуг, как и всякий другой, осуществляет рискованные вложения. Ты откажешься, решив, что я тебе помогал, потому что ты — единственный в своем роде и все мы обязаны признать твой талант. Что ж, я поблагодарю и обращусь к другому человеку, в которого тоже вкладывал. Но с этой минуты все будут знать — хоть я и словом об этом не обмолвлюсь, — что тебе нельзя доверять. И тогда ты реализуешься не больше чем на половину своих возможностей», [3, c. 47–49].

Взаимная полезность людей друг другу создала эти малозаметные формы объединения. На всех уровнях, практически во всех социальных и профессиональных группах. И есть люди, которые получают от этих трансакций больше, чем другие. Это и есть общественники в этом специфически понимаемом смысле этого слова. Известные писатели тоньше других чувствуют особенности, нюансы человеческих отношений. Они чаще и описывают активность общественников. Что касается П. Коэльо, то он описал и изменение культуры общества под влиянием постпострезонаторов, суть этой культуры. Это культура общественников с чертами истероидности. Вот как это передает одна из его героинь.

«— Я часто листаю журналы с фотографиями звезд — все всегда так весело улыбаются, все счастливы… Но я сама замужем за знаменитостью и знаю, что это не так: на снимках они ликуют, но утром и ночью их мучают мысли: „Что сделать, чтобы опять появиться на страницах журнала?“, или: „Как скрыть то, что мне не хватает денег для роскошной жизни?“, или: „Как правильно распорядиться этой роскошью, как приумножить ее, как затмить с ее помощью других?“, или „Актриса, которая вместе со мной смеется в объектив камеры, завтра уведет у меня из-под носа мою роль!“, или „Я лучше одета, чем она? Почему мы улыбаемся, если нас презирают?“, или „Почему мы продаем счастье читателям журнала, если глубоко несчастны мы сами — рабы славы?“».

По мнению этого известного в мире писателя сложилась новая культура человеческих отношений. В пределах этой культуры нормальный человек считается тот, кто подчиняется принятым законам человеческих взаимоотношений. И это законы отношений в истероидной среде, в среде постпострезонаторов. Они названы неприкасаемыми.

«Непохожие на нас люди — опасны, они претендуют на наши земли и наших женщин».

«Надо покупать драгоценности — они указывают на нашу принадлежность к определенному племени, подобно тому, как пирсинг — на принадлежность к другому».