Чтение онлайн

Огромную роль в пенсионном обеспечении сыграл закон 14 июля 1956 г., вступивший в действие с 1 окт. Круг лиц, обеспечивавшихся пенсиями, был расширен за счет тех, кто по социальному положению был близок к рабочим и служащим народного хозяйства. Так, право на пенсии получили школьные учителя, ранее их не получавшие (кроме сельских учителей), некоторые категории работников культуры и пр. Работники просвещения и здравоохранения при выслуге лет получали с 1959 г. 40% оклада. Введено пенсионное обеспечение работников промкооперации, председателей, специалистов и механизаторов колхозов; в МТС пенсии были установлены в 1953 г. Увеличился размер полных пенсий по старости: минимальный размер был 300 руб., максимальный – 1200 руб.; инвалиды III группы получали от 250 до 600 руб., II группы – 450–1200, I группы – 700–1200 руб. Устанавливались пенсии при потере кормильца: на одного члена семьи – от 230 руб., на двух – 450, на трех – 750 руб. (все в масштабах цен до 1961 г.). Впервые вводились пенсии по старости, инвалидности и потере кормильца при неполном стаже: требовалось наличие пенсионного возраста и стаж не менее 5 лет, причем непосредственно перед обращением за пенсией – 3 лет. При этом закон имел обратную силу, т.е. распространялся и на тех, кто вышел на пенсию до 1956 г. Работавшие лица пенсионного возраста пенсий не получали. Однако это вызвало отток работающих из народного хозяйства, что имело негативный характер в стране, потерявшей много населения во время войны, да еще и при постепенном снижении рождаемости. Для компенсации этого положения в 1964, 1966 и 1969 гг. был принят ряд положений; напр., пенсионеры могли работать 1 мес. в году, получая пенсию. Особенно важным оказалось постановление 1969 г., в результате которого по стране работало уже 65% пенсионеров. Это была временная мера, ежегодно, однако, продлевавшаяся. С 1979 г. все работающие пенсионеры могли получать пенсии.

Расчет размеров пенсий был следующим: с зарплаты до 500 руб. пенсия составляла 85% номинального оклада с добавлением премий и т.п. (в 1956 г. 11,1% рабочих и 0,7% ИТР получали до 400 руб.), от 500 до 600 руб. – 75% оклада (зарплату от 400 до 600 руб. получали 24,3% рабочих и 5,4% ИТР), от 600 до 800 руб. – 65% оклада (25% рабочих и 16,2% ИТР), с зарплаты от 800 до 1000 руб. – 55% оклада (17,3% рабочих и 26,3% ИТР), с оклада свыше 1000 руб. – 50%. На вредных производствах пенсия была на 5% выше. В результате средний размер пенсий в 1970 г. составлял 34,4 руб., из них пенсий по возрасту – 53,4 руб.; в 1981 г. из 32 млн пенсионеров четверть получала минимальные пенсии. При неполном стаже расчет пенсий был такой: полную пенсию, исчисленную из среднемесячного заработка, у мужчин делили на 300, у женщин на 240 (общий стаж в 25 или 20 лет умножить на 12 мес.) и умножали на число месяцев наличного стажа, так что с зарплаты до 500 руб. при 5-летнем стаже пенсия могла быть и менее 100 руб. (10 руб. в масштабах 1961 г.). Необходимо помнить, что в 1956 г. партия простила миллионы раскулаченных и сосланных крестьян, бывших монахов и т.п., а время ссылки и заключения в трудовой стаж не включалось, и те, кто вернулся и еще мог работать, должны были зарабатывать хотя бы минимальный стаж. Так что сегодняшние утверждения, что все пенсионеры получали в СССР по 120 руб. и благоденствовали – миф, продиктованный незнанием.

Сельским жителям – рабочим и служащим, пенсия устанавливалась на 15% ниже городских: максимальная – 1020 руб. Особо стоял вопрос о пенсионном обеспечении колхозников: в принципе считалось, что пенсии им должны выплачивать колхозы из своих средств. Специальная комиссия сообщала в ЦК, что на 1 янв. 1959 г. в колхозах было 12,1 млн престарелых и нетрудоспособных колхозников; из них 2,6 млн обеспечивались государственной пенсией, 1,3 млн получали пособия от колхозов, а 8,2 млн пенсиями не обеспечивались. Было принято решение о введении государственной пенсии для колхозников: минимальной 100 руб. (в масштабах до 1961 г.), максимальной 500 руб. Пенсионный возраст у колхозников наступал на 5 лет позже, чем у работников промышленности и служащих. В 1964 г. был принят закон о пенсионном обеспечении всех членов колхозов. В 1965 г. средний размер пенсий колхозников составлял 12,5 руб., в 1970 г. – 14,1 руб. В 1968 г. колхозники в отношении пенсионного возраста были приравнены к рабочим и служащим, значительно повышены пенсии колхозникам – инвалидам I и II групп, и стали получать пенсии инвалиды III группы. Одновременно на 5 лет был сокращен пенсионный возраст для текстильщиц, а также тех, кто проработал не менее 15 лет на Крайнем Севере и 20 лет в местностях, приравненных к нему. Было улучшено пенсионное обеспечение инвалидов– военнослужащих и инвалидов с детства. В 1971 г. были увеличены пенсии колхозников по старости, а также пенсии колхозников– инвалидов, снижен пенсионный возраст для колхозников, длительный срок проработавших на Крайнем Севере, т.е., очевидно, в спецпоселениях для раскулаченных. В 1972 г. минимальные пенсии колхозников увеличены до 20 руб., а максимальные – до 102 руб.; средний размер их пенсий составил в 1980 г. уже 35,2 руб. С 1959 г. пенсии стали доставлять по месту жительства.

ПЕРВАЧ – на бытовом жаргоне – первая фракция самогона, наиболее чистая и большой крепости.

«ПЕРВАЯ КАТЕГОРИЯ» – на канцелярите советских карательных органов – расстрел. Так, раскулаченные «по 1-й категории» подлежали расстрелу, в 1941 г. о расстрелянных в массовом порядке заключенных тюрем тех городов, которым угрожал захват германскими войсками (напр., Львова, Винницы), писалось, что они «эвакуированы по 1-й категории» или «убыли по 1-й категории».

ПЕРВИЧКА – жаргонное название первичной, т.е. низшей партийной организации КПСС на предприятии, в учреждении, вузе, колхозе и т.д. В 1920–30-х гг. называлась ячейкой.

ПЕРВОЕ МАЯ – в СССР один из важнейших государственных политических праздников, Международный день солидарности трудящихся. Советская пропаганда связывала его с т.наз. «чикагской бойней», столкновением рабочих г. Чикаго с полицией в майские дни 1886 г., и вела отсчет празднованию с 1891 г. На самом деле 1-е мая в России еще в XVIII в. было праздничным днем и отмечалось всенародными массовыми гуляниями (в Москве – в Сокольниках, в Петербурге – в Екатерингофе), не имея никакой идейной подоплеки, а Коммунистическая партия лишь придала ему политическую окраску. В советское время улицы в этот день украшались красными флагами, лозунгами с призывами ЦК, накануне опубликованными в газете «Правда», проходили организованные демонстрации трудящихся и митинги, а вечером – торжественные собрания и политизированные концерты. Поскольку любой советский праздник сопровождался обильной выпивкой, не только 1-е, но и 2-е мая стали постоянными выходными днями. В это время обычно стоит хорошая погода и наступает сезон охоты и посева, так что множество людей, вместо того чтобы повышать свой идейный уровень на демонстрациях и митингах, норовило уехать за город в туристический поход, на экскурсию, на охоту, рыбалку, на дачу, или копалось в своих огородах.

ПЕРВЫЙ ОТДЕЛ – в разговорной речи – спецотдел при отделах кадров предприятий и учреждений, возглавлявшийся работниками органов госбезопасности и ведший проверку политической лояльности рабочих и служащих, следивший за соблюдением секретности, проводивший расследования причин аварий на производстве и т.д.

ПЕРЕВОД ДЕНЕЖНЫЙ – пересылка денежных сумм по почте или, в случае срочности, телеграфом. В СССР почтовые переводы стоили очень дешево и были доступны повсюду. Переводы могли получать и подследственные, и заключенные, пользовавшиеся правом переписки, причем отправителем мог быть любой. Однако с нач. 1920-х гг. деньги не выдавались наличными, а записывались на лицевой счет заключенного. В 1930–50-х гг. для членов семей арестованных перевод был средством узнать, в каком следственном изоляторе большого города находится близкий человек (официально это не сообщалось), осужден ли, отправлен ли в лагерь: члены семьи, выстаивая огромные очереди, подавали перевод в окошко, называя фамилию, и если его молча принимали, значит, имярек сидит в данной тюрьме; если же, после нескольких приемов, перевод не принимали – значит, арестованный уже отправлен в лагерь или расстрелян.

ПЕРЕВОДНЫЕ КАРТИНКИ – декалькомани, небольшие красочные картинки, иногда сюжетные, фабричным способом наносившиеся на листы бумаги специальной липкой краской. Смоченные водой, накладывались на обложки школьных тетрадей и альбомов для рисования, переплеты учебников и т.д., и мокрая бумага стиралась пальцем; при аккуратной, осторожной работе яркая картинка оставалась на основе, а остатки бумаги удалялись. Известное с дореволюционных времен детское развлечение, популярность которого пошла на спад в кон. 1950-х – 60-х гг.

ПЕРЕГИБЫ – официальное пропагандистское название неудачных или непопулярных у населения результатов государственной политики, которые объяснялись неуместной инициативой или головотяпством местных партийных, административных или карательных учреждений и лиц. Особенно широко употреблялось в кон. 20-х – 30-х гг., когда приходилось временно отступать от намеченных мероприятий или замедлять их реализацию по разным причинам. Так, форсирование коллективизации, вызвавшее острую вспышку недовольства крестьянства, было названо «перегибами на местах» в статье И. Сталина «Головокружение от успехов». Перегибами были признаны слишком интенсивная борьба с религией (был закрыт журнал «Безбожник» и подвергся опале Ем. Ярославский), «классовые» эксперименты в школе и даже «классовый» подход в здравоохранении. На деле это была политика «центра», хотя, разумеется, местное руководство старательно выполняло и перевыполняло предначертания партии и «вождя».

ПЕРЕДАЧА – способ поддержки заключенных в тюрьме или лагере, поскольку их гос. содержание было всегда крайне скудным, еще более ухудшаясь ввиду воровства охраны и обслуживающего персонала. Для подследственных нередко не допускалась, и разрешалась только после вынесения приговора. Однако временами передачи принимались и для подследственных, особенно в случаях длительного периода следствия. Со времен ежовщины и до 1956 г. передачи политическим подследственным были запрещены, но по их осуждении и до отправки по этапу им разрешалось составить список необходимых вещей, сотрудник НКВД объезжал семьи и, если заставал кого-то дома, передавал список и забирал вещи. С 1918 г. продовольственные передачи поступали не лично заключенному, а в общий котел; с 1924 г. в общий котел поступали излишки принесенных для передачи продуктов, с 1930 г. передачи получал лично адресат. С кон. 50-х гг. введены ограничения: малолеткам разрешалось 6 передач в год, взрослым, в зависимости от режима содержания – 1–3 передачи не более 3 кг весом. Первую передачу заключенный мог получить при отбытии половины срока наказания и при условии безукоризненного поведения. Осужденным, направленным в тюрьмы, а не в лагеря, передачи были запрещены. Размер передач, как правило, не ограничивался, но все передаваемое тщательно просматривалось. Не допускались в передачах мясо и мясные изделия, шоколад, цитрусовые, некоторые вещи. Передачи тщательно досматривались для выявления запрятанной переписки, для чего продукты, мыло и т.п. разрезались, зубной порошок и табак высыпался и т.д.

ПЕРЕИМЕНОВАНИЕ ГОРОДОВ И УЛИЦ – характерное явление советской эпохи, присвоение городам, улицам и т.д. имен революционеров, деятелей партии, политических организаций и пр. Так, имевшиеся во многих городах Дворянские улицы переименовывались в Советские, в улицы Коммуны либо в им. Ленина, и пр. Поскольку количество названий было ограничено, иногда такие улицы нумеровались (5-я Краснофлотская) или назывались Малыми и Большими, что иногда приводило к двусмысленностям (Б. Коммунистическая, Б. Крупской и пр.). Ввиду политической нестабильности и «превращения» некогда видных партийных деятелей во врагов народа, или просто из соображений такта или политической лояльности, переименования производились по несколько раз. Так, г. Рыбинск стал Щербаковом, потом Рыбинском, затем Андроповом и снова Рыбинском; бывший Царевококшайск успел побывать Ижевском, Устиновом и вновь стал Ижевском; Царское Село было названо Детским Селом, а затем стало г. Пушкиным, и т.д.

ПЕРЕКОВКА – в 1930-х гг. пропагандистская кампания в исправительно– трудовых лагерях по перевоспитанию трудом социально– близких уголовных преступников. Начало было положено на строительстве Беломоро-Балтийского канала (Беломорбалтлаг). Как и любая кампания в СССР, фактически вылилась в показуху и туфту: блатари не работали, но за ними записывалась выработка бытовиков и заключенных из бывших людей, за что следовали зачеты, и «перековавшиеся» блатные выходили на волю досрочно, чтобы вскоре вновь совершить преступление и попасть в заключение.