Чтение онлайн

Я опустилась рядом с Демидом, его открытая рана уже не фонтанировала алой кровью, но выглядела жуткой. Во мне же от его боли остался лишь слабый отголосок.

С трудом подняв его, мы побрели по улице, оглядываясь по сторонам. Я чувствовала на себе взгляды местных, оценивающие и недружелюбные. Никто не спешил на помощь. Эта часть города казалась воплощением равнодушия.

— Никакого сочувствия к неисправным смертным, — прохрипел Демид, морщась от каждого шага.

Елисей, оглядываясь на портал, который исчез так же внезапно, как и появился, нервно теребил подол своей потрёпанного княжеского плаща.

— Нужно найти укрытие. И лекаря. Но если нас поймают с Демидом… его сразу опознают как «незарегистрированного бессмертного», даже если он смертный сейчас.

Щенок-волчонок, которого я всё ещё держала, начал тихо скулить, прижимаясь к моему боку.

— А у нас ни связей, ни денег, ни репутации… — продолжал сокрушаться царевич.

Но внезапно я заметила выпавшую из кармана куртки монетку, подаренную ведьмой. Хотя откуда ей было взяться, если всего несколько часов назад мы расплатились ею за пирожки? Однако на ней был тот же узор, что и у неприметной двери с потускневшей, но очень искусно вырезанной деревянной табличкой. Грубый рисунок представлял из себя дерево с пышной кроной и переплетёнными корнями.

— Мне кажется, я знаю, где искать укрытие, — сказала я, подбирая монетку у самого порога жилища, и толкнула дверь.

Внутри было тепло, пахло травами и дымом, но в воздухе не было той давящей чистоты, что окутывала внешние улицы Прогресса. За прилавком, освещённым мерцающими газовыми лампами, сидела женщина, чьи глаза казались слишком старыми для её лица.

— Вы опоздали, — констатировала она без тени приветствия. — Но, как погляжу, волчонок в порядке.

Взгляд её скользнул по побледневшему Демиду, не отражая ни удивления, ни сочувствия.

— Жить будет. Его тело ещё не забыло, как быть бессмертным.

— Может, хоть рану осмотрите? — мне едва удалось сдержать в голосе бурю возмущения. На плече висел истекающий кровью человек, балансирующий на грани обморока, но для невозмутимой особы это, казалось, не представляло особого интереса.

Хозяйка лавки махнула рукой в сторону дальней комнаты, заставленной стеллажами с травами и снадобьями, источающими терпкий аромат.

— Уложите его там. Я приготовлю отвар. А ты, царевич, помоги мне разобрать корень.

Не задавая лишних вопросов, которых скопилось уже немало, мы принялись выполнять указания. Елисей, хоть и выглядел растерянным, ловко орудовал ножом, отделяя узловатые отростки от основного корня. Я же помогла Демиду добраться до комнаты и уложила его на видавшую виды кушетку, обитую выцветшей тканью. Он застонал, но, стиснув зубы, попытался ободряюще улыбнуться. Лицо его было пепельно-серым, но в глазах плясало упрямое пламя жизни.

— Не бойся, — прошептал он, — со мной и не такое бывало.

То, что это была не первая поножовщина в его жизни, нисколько меня не утешало. Я провела ладонью по его руке, пытаясь унять собственную дрожь и обуздать расползающийся страх.

Елисей, закончив с корнями, вернулся в комнату, озабоченно нахмурив брови.

Женщина, которая представилась как Элия, бесшумно приблизилась к кушетке, неся в руках большую чашу, наполненную мутной, дымящейся жидкостью. Демид, не дрогнув, принял отвар. Не скривился, не поморщился, хотя едкий запах, казалось, прожигал ноздри.

— Что сказал тебе волчонок? — тихо спросила Элия, наклонившись к Демиду.

— Я ничего у него не спрашивал.

Разочарованная ответом, она недовольно поджала губы, но допытываться не стала, лишь повелительным жестом пригласила Елисея следовать за ней, растворившись с ним в полумраке коридора.

Я осталась с Демидом, не в силах отвести от него взгляда. Дыхание его постепенно выравнивалось, становилось ровным и спокойным, но я чувствовала напряжение, сковывающее каждый мускул его настрадавшегося тела. Осторожно отодвинув пропитанную кровью ткань, прикрывающую зияющую рану, я с затаённым дыханием наблюдала, как медленно, но верно, её края стягивались.

— Видишь… не так уж и страшно, — со слабой, едва уловимой усмешкой выдохнул он, продолжая лежать с прикрытыми веками. — Просто поцарапали.

— Спи, — тихо сказала я. — Нужно восстановить силы.

Сейчас мне было не до споров о степени опасности его «царапины». В углу я нашла старый деревянный стул и придвинула его к кушетке. Теперь, с облегчением вздохнув, я могла расслабиться, устраивая на коленях волчонка, который тут же свернулся калачиком, тихо засопев.

Из соседней комнаты доносились приглушенные голоса. Меня терзало любопытство, но подслушивать было не в моих правилах. Лучше уж дождаться, когда царевич сочтёт нужным поделиться информацией.

Впрочем, долго ждать не пришлось. Через некоторое время Елисей вернулся, и в его глазах читалась обеспокоенность.

— Нам велено дожидаться Ала, — сообщил он, усаживаясь на пол возле кушетки. — Если мы хотим покинуть город, то нам нужен проводник.

— Он у нас уже есть, — я украдкой взглянула на задремавшего Демида, и сердце дрогнуло. Едва сдержалась, чтобы не коснуться упавшей на лицо пряди тёмных волос. Мне ещё ни разу не доводилось видеть его спящим — таким спокойным и безмятежным.

— Боюсь, всё немного сложнее, — извиняющимся тоном произнёс Елисей, неловко взъерошивая золотистые кудри. — Из города Прогресса так просто не уйти, особенно вместе с ним.

— Что ты имеешь в виду? — прошептала я, стараясь не потревожить сон Демида.

— Видишь ли, когда заключаешь сделки, не освящённые законом… — Елисей тяжко вздохнул, бросив взгляд на спящего. — То у этого есть определённые условия, обязательства, последствия.

— Последствия? Какие? — ледяной комок страха сжал горло. В голове начали проноситься самые мрачные сценарии.

— Разные, — уклончиво ответил Елисей, избегая смотреть мне в глаза. — Но обычно они связаны с потерей… чего-то важного. Прогресс не любит отпускать должников. Он забирает часть тебя, чтобы ты всегда помнил, кому обязан.

— Но он и так уже лишился бессмертия.

— Это не совсем так… — царевич взъерошил золотистые кудри, безуспешно пытаясь подобрать объяснение всему происходящему. — Изо связи с тобой, его бессмертие перестало действовать. Но теперь, чтобы Демид смог расплатиться по долгам, Прогресс может потребовать тебя.