Этномир. Тур для чайников и проклятых мечей
Шрифт:
— Прекрати немедленно! — вновь шикнула я, с ужасом наблюдая за тем, как поднимается орда скелетов в ржавых доспехах. Подвывая в унисон мечу, они надвигались на нас — нестройной, скрипучей, но пугающе многочисленной армией.
— Прекрати на меня шикать! — возмутился меч с обидой в голосе. — Я только что превратил безвыходную ситуацию в мюзикл с хором из оживших костей. Это же песня силы, дурёха! Древняя, между прочим. Она пробуждает дух борьбы! Теперь они наши союзники!
Пока мы жались к стене, две противоборствующие волны схлестнулись. Я, признаться, ожидала эпической битвы, достойной пера Гомера: лязг мечей, воинственные крики, героические подвиги… А вместо этого — мгновенное распыление в прах нашей славной, костлявой армии. Одной волны атаки хватило, чтобы развеять наше войско, пробуждённое тюремным шансоном. Даже как-то неудобно стало от этого жалкого зрелища.
— Твои «союзники» оказались одноразовыми, как дешёвые салфетки, — буркнула я, испытывая необъятный стыд за столь скорое падение армии. Меч предпочёл не комментировать провал. — Но не расстраивайся, — попыталась подбодрила его. — По крайней мере, они отвлекли внимание на пару секунд.
Ведьма торжествующе вскрикнула, видя, как в миг поредели наши ряды. Её глаза сверкнули алым, а губы искривились в победной усмешке. Демид крепче сжал свой кинжал и начал читать что-то на незнакомом языке. Постепенно вокруг нас образовался небольшой кокон сумрака.
— Сейчас! — крикнул он, резко взмахнув клинком.
И тьма взорвалась наружу, пробивая брешь в рядах приспешников ведьмы. Волна тёмной энергии отбросила ближайших противников, создавая короткий миг передышки. Мы ринулись к дальней стене, где виднелась спасительная трещина — узкий проход, обещавший шанс на спасение. Но бесчисленные приспешники ведьмы тут же заслонили собой путь, сомкнув ряды с зловещей синхронностью.
— Ладно, фокус не удался, — цокнул меч. — Тогда… чего уж там мелочиться, — хмыкнул он, приободряя, — активирую режим «Ярость звёздного клинка». Держись крепче! Это будет моя лебединая песня!
Что тот имел в виду, я не поняла, однако надеялась, что на этот раз мы обойдёмся без романсов.
Клинок вспыхнул ослепительным белым светом — не тусклым мерцанием, а настоящей вспышкой, подобно взрыву миниатюрной звезды. Тени воинов отпрянули, закрывая лица руками, а ведьма вскрикнула от неожиданности.
Демид не упустил момента:
— Теперь бегите! — он резко взмахнул рукой, и тёмные всполохи вокруг нас превратились в вихрь, который отшвырнул ближайших противников к стенам зала с глухим стуком.
Я бросилась вперёд, перепрыгивая через кости и обломки. Кинжалы свистели рядом, а меч в моих руках отбивал все атаки. Но вдруг он резко поменял направление движения, заставив меня мчаться со всех ног к алтарю — не к спасительному проходу, а прямо в сердце вражеской территории.
— Сейчас мы ей карму-то подпортим, — захихикал меч, продираясь сквозь сгущающие тени к фолианту.
В мгновение передо мной выросла стена из теней — плотная, вязкая, почти осязаемая преграда, преграждающая путь к алтарю. Меч тревожно загудел, предупреждая об опасности. Он пытался разрезать преграду, но тени лишь расползались, будто дым на ветру, тут же смыкаясь за его лезвием.
— Беги! Я их сдерживаю! — крикнул Демид, заметив меня в толпе прислужников ведьмы. Он сделал плавное движение рукой, и тени, ещё мгновение назад враждебные, послушно расступились, образуя узкий проход.
— Действуй быстрее! Долго я не продержусь! — отозвался Демид, не отрывая сосредоточенного взгляда от борьбы с ведьмой. Его лицо исказилось от напряжения — капли пота скатывались по виску, а руки дрожали от усилий, но он продолжал удерживать контроль над тенями.
Я устремилась вперёд. С каждым шагом тени вокруг меня меняли форму: то образовывали арки над головой, защищая от падающих обломков, то смыкались за спиной, отсекая преследователей.
Наконец я достигла алтаря. Толстенный фолиант лежал на костяной поверхности, пульсируя тёмной энергией. Воздух наполнился гулом магической энергии, будто отзываясь на моё приближение.
Не раздумывая, я подняла меч и нанесла удар. Клинок вонзился в страницы, и те начали рассыпаться в пепел, словно сгорая изнутри.
Фиолетовые кинжалы в руках тёмных приспешников потухли, а сами они замерли, будто марионетки, лишённые кукловода. Их фигуры задрожали и начали рассеиваться, превращаясь в клубы чёрного дыма. Ведьма издала вопль бессильной злобы — пронзительный, режущий слух, и следом за тенями растворилась в пустоте.
Зал наполнился тишиной, нарушаемой лишь натужным дыханием нас троих и мягким гулом затухающих магических потоков. Демид опустил руки — тени вокруг окончательно потеряли форму и растаяли в воздухе.
— Кажется, мы победили, — прошептала я, переводя дух и вытирая пот со лба. Меч при этом заметно потяжелел.
Но расслабляться было рано. Ал все ещё стоял в стороне, наблюдая за нами с печалью в глазах.
— Ты так в этом уверенна? — спросил проводник, и я никак не могла понять причины его скорби. — Если бы у ведьмы всё получилось, у него был бы шанс. Пусть иллюзорный, во сне, но шанс жить…
— Демид? — я обернулась к парню, стоявшему ко мне спиной. Сердце сжалось от недоброго предчувствия. — О чём этот фанатик толкует?
Демид медленно повернулся. Его лицо исказилось от боли, он сжал кулаки, будто пытался сдержать внутреннюю бурю. Тени вокруг него зашевелились, словно живые, отзываясь на его эмоции.
— Я… только что почувствовал, — прозвучал его приглушенный голос. — Мастер Теней… он ушёл. Совсем.
В зале повисла тяжёлая тишина. Казалось, даже воздух застыл, боясь потревожить момент.
— Как?.. — выдохнула я, и ком подступил к горлу, не давая говорить.
— Прежняя печать рухнула, и теперь Демид — новый Мастер Теней, — Ал шагнул вперёд, обречённо сообщая: — Таков закон этой силы: когда один уходит, его место занимает преемник. Мастер избрал его задолго до своей кончины.
— И что с того? — я попыталась подойти к Демиду, но Волк, до этого молчаливый свидетель нашей битвы, преградил мне путь.
— Это значит, — Ал с неподдельной тревогой посмотрел мне прямо в глаза, — что теперь Хаос придёт за ним. Не через месяцы или недели, а очень скоро. Сила Мастера Теней — как маяк в ночи для всего тёмного и хаотичного. Он притягивает Хаос, подобно магниту. Но Демид не выстоит. Он слишком слаб, неопытен.
— Ему, между прочим, тысяча лет. И память вернулась. Уж как-нибудь справится с этим Хаосом! Ведь так? — мы с Елисеем замерли, ожидая ответа от новоиспечённого Мастера Теней.
Демид стоял неподвижно, его взгляд был устремлён вдаль, будто он видел что-то за пределами этого зала — далёкие горизонты, грядущие битвы, неведомые испытания. То, что его совершенно не радовало. Тени вокруг него слегка колебались, словно пробуя на прочность свою новую связь с хозяином.
— Значит, пророчество сбывается иначе, чем ты предполагал? — тихо, с какой-то отстранённой задумчивостью спросил он у Ала. — Почему ты не сказал мне об этом раньше?