Чтение онлайн

От этих слов моё сердце встрепенулось в груди и забилось чаще.

— Ты преувеличиваешь, — смущённо буркнула. — Я просто делаю то, что должна.

— Нет, — Демид подался вперёд, и во взгляде его плескалось столько тепла, что в горле у меня пересохло. — Ты делаешь гораздо больше. Ты даришь надежду. Не только мне, но и всем, кто рядом. Даже мечу, как выяснилось.

Клинок на столе вдруг заскрежетал, недовольно фыркнув:

— Да, она умеет убеждать. Особенно кулаками.

— Ну хорошо, — произнесла я, наконец, осмелившись взглянуть Демиду в глаза. — Допустим, я остаюсь. Пока не разберёмся с ведьмой и не приведём всё в порядок. Но потом… потом мне всё-таки придётся вернуться домой. У меня там работа, обязательства… — и, как ни странно, ничего, кроме этого, на ум не приходило.

— Понимаю, — произнёс он, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на грусть. — Но, может быть, когда всё закончится, ты сможешь приезжать сюда? Или… или мы найдём способ сделать так, чтобы ты могла свободно перемещаться между мирами?

Я задумалась, зачарованная этой возможностью. Снова увидеть этот мир, Демида, Ксарда, Елисея, даже Волка с Алом… отчего-то эта перспектива казалась невероятно соблазнительной.

— Это было бы здорово, — искренне призналась я. — Но сначала — ведьма. И твой план. Расскажи мне подробнее, что ты задумал.

— Об этом мы ещё успеем поговорить. Лучше поведай, чем ты здесь занималась в моё отсутствие, — и с самым заинтересованным видом он приготовился слушать.

Я слегка растерялась от неожиданной смены темы, но тут же улыбнулась — наконец-то можно было рассказать обо всём без спешки и тревожных мыслей о грядущих битвах.

— О, у нас тут без тебя столько всего случилось! — начала я с энтузиазмом. — Сначала мы с Ксардом поймали кота-людоеда, потом с Волком чуть не переругались из-за того, что он упорно считал меня бесполезной. Мол, ни искры дара, ни проблеска таланта… А потом выяснилось, что я, оказывается, могу достучаться даже до проклятого меча!

— То есть ты его била? — догадался Демид, и смешинки задорно заплясали в глубине его глаз.

— Ещё как! — взвизгнул меч.

— Лишь самую малость! И исключительно в целях перевоспитания, — поспешила оправдаться я, стараясь придать голосу невинность. — Зато какой эффект: он осознал всю порочность своих заблуждений и дал клятву так больше не делать.

Демид покачал головой, но усмешка по-прежнему играла на его губах:

— Никогда не перестану удивляться твоему… неординарному подходу к решению проблем. Другие ищут пыльные свитки с заклинаниями, созывают совет магов… А ты просто берёшь и объясняешь мечу, что такое хорошо, а что такое плохо. И для пущей убедительности добавляешь пару оплеух.

— Эй, я не только била! — шутливо возмутилась, надув губы. — Я ещё и разговаривала с ним по душам. Очень кратко и доходчиво. И вообще, он сам признал, что со мной ему «никакого интереса нечисть кромсать». Представляешь?

Демид расхохотался — искренне, от всей души, и этот звук был таким тёплым и живым, словно солнечный зайчик скользнул по моему сердцу.

— Кстати, — я решила сменить тему, чтобы справиться с внезапно нахлынувшим смущением. — А правда, что Мастер Теней по здешним меркам — самое страшное зло? Просто, по правде говоря, он совсем не похож на злодея. Даже наоборот, очень добродушный старичок.

— Увы, далеко не все разделяют эту точку зрения, — уклончиво обронил он. — И почти начисто забыли, что Мастер уже не одну сотню лет сдерживает первородный Хаос, не давая ему поглотить миры в пучине тьмы.

— И ты его наследник, — напомнила я. — Следующий, кто будет сдерживать тьму.

Демид слегка напрягся, и лёгкая улыбка на его лице погасла. Он откинулся на спинку кресла, задумчиво провёл пальцами по подлокотнику. Я, кажется, только что нажала на самую больную мозоль во всей этой истории.

— Да, — произнёс он, наконец. — Но это не означает, что я готов слепо покориться зову Хаоса.

— А каков он, этот путь? — осторожно поинтересовалась я. — Что именно должен делать наследник Мастера Теней?

Демид помолчал, подбирая слова.

— В теории — поддерживать равновесие между светом и тьмой, — ответил он. — Не давать Хаосу вырваться на свободу, но и не позволять свету сжечь всё дотла. Мастер Теней — страж границы, а не разрушитель.

— Но почему же тогда его считают воплощением зла? — нахмурилась я.

— Потому что методы… неоднозначны, — Демид устало провёл рукой по лицу. — Чтобы сдерживать Хаос, приходится черпать силу из тьмы. А это оставляет след. На душе, на репутации, на восприятии окружающих. Кто-то видит лишь тьму, не замечая того, что она сдерживает.

— То есть Мастер Теней — это такой… пожарный, который иногда поджигает дом, чтобы остановить лесной пожар?

Демид неожиданно рассмеялся:

— Пожалуй, самая точная аналогия из всех, что я слышал. Да, в каком-то смысле это так. Он вынужден идти на крайние меры, чтобы предотвратить катастрофу. Но со временем грань размывается. Трудно оставаться стражем, когда все вокруг видят в тебе чудовище.

— И ты боишься, что с тобой будет то же самое? — догадалась я.

Он помолчал, потом тихо ответил:

— Боюсь. Боюсь, что однажды перестану замечать, где заканчивается защита и начинается подавление. Где заканчивается необходимость и начинается жестокость. Ведьма это понимает. Она хочет подтолкнуть меня к краю, заставить принять тьму целиком. Тогда я стану идеальным оружием.

— Но ты ведь не такой, — твёрдо возразила я, не сомневаясь в этом ни минуты.

— Откуда такая уверенность? — спросил Демид, вглядываясь в меня с таким пристальным вниманием, что я невольно почувствовала, как краска вновь заливает щёки.

— Потому что я вижу, как ты смотришь на этот мир. Не как на добычу или поле боя, а как на нечто, что достойно защиты. Ты мог бы использовать свою силу, чтобы подчинить себе любого, но вместо этого ищешь способы, как сохранить равновесие.

Демид слегка наклонил голову, словно взвешивая мои слова.

— Но разве не наивно полагать, что можно сохранить баланс, не прибегая к жёстким мерам? В конце концов, тьма всегда требует жертв.

— Ой, да бога ради, — отмахнулась я. — Жертв требует любая сила. Как будто свет не безгрешен.

Демид посмотрел на меня с благодарностью:

— Спасибо, что веришь в меня. Многие бы на твоём месте уже схватились за оружие, узнав, чьим наследником я являюсь.

— Ну, — я пожала плечами, — я же дитя мегаполиса. У нас в каменных джунглях тоже полно «наследников» каких-нибудь корпораций или династий. И знаешь что? Девяносто процентов из них — обычные люди с обычными проблемами. Просто с большим счётом в банке. Так что я научилась не судить по родословной.

— Мудрый подход.