Это кто переродился? Книга 5
Шрифт:
Сын пожал плечами.
— Хорошо…
Борис снова покосился на выход, но там по-прежнему никого не было. Фыркнув, он допил кружку и попросил новую. Сын неохотно налил и с недоумением подвинул отцу.
— Что это за друг, что приходит заполночь? — спросил он и, подхватив швабру, направился натирать полы.
Закончил он спустя полчаса. Борис все сидел и тянул опостылевшее пиво. За дверью никого не было.
— Батя, может?..
Борис отмахнулся.
— Он придет, — и покосился на часы. Был второй час. — Обязательно.
Так прошел час. А за ним подходил и второй. Время было поздним, сон мучил его, но Борис ужасно хотел дождаться Ивана.
С тех пор, как он видел его в последний раз, прошло долгих пятнадцать лет.
— Батя?..
Его толкнули в плечо, и Борис застонал. Тело словно свернулось в комок. Больно было даже двигать рукой.
— Зараза.
Уснул прямо за стойкой, старый ду… Где Иван?! Он все проспал?
Он огляделся, но никакого Ивана здесь не было и в помине, а только Сергей с Михаилом. Оба вымахали будь здоров, Особенно Сергей — ящер был выше бармена на две головы.
— Ты чего тут?.. — спросил Сергей с таким лицом, будто увидел призрака. — Так поздно?
Михаил взял его под локоть:
— Тебе помочь дойти до кровати?
— Нет… — одернул руку Борис и, хрустнув затекшей шеей, посмотрел на вход в бар, который как был так и оставался закрытым. В зале горела только одна лампа, рядом с которой и сидел старый бармен.
Стены прятались в тенях, и в каждой ему виделся Иван. С замиранием сердца Борис спросил:
— Он приходил?..
Сыновья недоуменно переглянулись:
— Кто?
Борис махнул рукой.
— Иван!
— Какой еще Иван? — захлопал глазами Михаил и снова взял его под руку. — Батя, пойдем, а то ты тут…
Старик хотел разозлиться, но…
Нет. Нечего ломать комедию. Ясное дело Иван не придет, а монетка просто идет к нему на зов. И только.
Борису отчего-то стало так тошно, будто его предали и бросили умирать. Почти с ненавистью он сунул руку в карман. Монета была теплой.
— Давай сам, — сказал Борис, разжав пальцы. — Если Он настолько занят, что не хочет проведать старого, больного друга, то и черт с ним. Пусть…
С этим монетка прыгнула в воздух. А затем, звонко подскакивая по половицам, покатилась к котлу. Внутрь залетела без звона — будто дна у котла не было совсем.
Под удивленными взглядами сыновей старик поднялся и молча побрел к лестнице.
— Батя…
— Я в туалет, — буркнул Борис. — Идите спать. Что, думаете я совсем немощный?
Увы, уже на середине силы оставили его, и сыновья помогли ему забраться наверх, а там и дойти до туалета. Там уж он смог справиться сам, а на выходе чуть ли не палкой отправил этих двоих в койки.
— Сам дойду! Идите спать!
Их как ветром сдуло, и, ворча на ходу, Борис пошлепал к себе. По пути он остановился у детской и прислушался — ему всегда нравилось слушать, как сопят ребятишки. Волей неволей, но у Михаила их народилось целых три штуки. Мария жила отдельно, но и у нее уже второй на подходе. Жаль, Сергей все никак не остепенится.
Как и Иван. Борис хмыкнул. Сколько ему? Двести лет? Триста? Тысяча?!
— Эх, Иван-Иван, — покачал головой Борис и с довольным видом пошел спать. — Все носишься по разным мирам, дурачок.
Не то, чтобы он считал самого Дракона своим сыном, но за минувшие годы какие-то отческие мысли в нем просыпались. Годы идут, мир меняется, люди приходят и уходят, взрослеют, стареют, а Иван…
Он наверняка все тот же — ребенок по своей сути.
До кровати старик добрался на удивление легко. А там и…
— Ты чего тут делаешь?!
На его сбившихся простынях сидел кот Василий. Смотрел на Бориса своим обычным слегка надменным взглядом.
Уходить он явно не собирался.
— А ну, брысь! — шикнул на него Борис. — Брысь, я сказал! Твой бочонок в опасности!
Кот только отрицательно помотал головой. Но подвинулся.
Вздохнув, Борис кое-как примостился рядом. Стоило ему накрыться одеялом, как кот прыгнул ему на живот.
— Что ты?..
А затем начал елозить лапками и громко мурчать.
Во сне Борис увидел себя в саду. Снова было лето, и снова он мчался за мечом, который исчез за забором, а ему никак не удается найти его. Он, совсем мелкий, бежит все дальше и дальше, а мяча все нет. Сердце стучит как бешеное — а ну его снова поймает тот злобный королевич?
Надо было возвращаться, но маленький Боря продолжал идти. Если не вернуть мяч, его больше никогда не пригласят играть в футбол.
Выйдя из-за очередного куста, он встал как вкопанный.
Мяч лежал на поляне, под ветвями гигантского дуба. Совсем рядом на лавочке сидела пожилая женщина в черном. Кажется, она спала, да и очень вряд ли меч интересует такую как она.
Главное, действовать тихо!
Опустившись на корточки, Боря подкрался к лавочке. Только он вытянул руку, как почувствовал на себе взгляд. Женщина смотрела на него своими разными глазами. Зеленым и голубым.
— Ага! Шпион!
Борю бросило в жар. Он хотел было удрать, но она уже схватила его за руку.
— Пустите! Я не шпион!
— А что же ты делаешь в королевском саду? — с хитринкой в голосе спросила Королева. — Шпионишь на Царство?
Боря замотал головой.
— Мне нужен мяч!
— Этот? — и Королева подняла его на уровень глаз Бори. — Фу! Он похож на старый драный мешок, на не на мяч. Ты точно не врешь тете Даше?
— Не, не вру! Честное слово, это мяч!
Дама хохотнула, а затем опустилась перед Борей на колени.
— Тебе эта дрянь не нужна. Стой спокойно. Ты где так вымазался?
Вытащив из рукава платок, она принялась вытирать лицо Боре. Тот мужественно терпел.
— Весь красный, в ссадинах… Ты через забор лез?!
— Угу.
— Угу-угу, и поди полз через колючки? А если бы тебя поймала охрана? Тоже мне! Вот, готово. Держи.
Боря опустил глаза. У нее в руках был мяч, но почему-то… светящийся?!
— Ну чего смотришь? Твой мяч?
Мальчик хотел было ответить «да», ведь это был и не мяч вовсе, а шар-питомец участника Испытания, а не то набитое шерстью недоразумение, которым игрался еще его отец, но… Родители всегда учили его говорить правду.