Чтение онлайн

Напомним, что мистика «генетической памяти вида» переносится на человека в психоаналитической теории Карла Густава Юнга, в соответствии с которой в основе психики человека лежат элементы коллективного бессознательного, так называемые архетипы, которые не вырабатываются, а наследуются психикой, переходят из поколения в поколение в качестве образов коллективной памяти. В теории Юнга важным достижением является само понятие архетипов как своего рода «клише» психики человека, оказывающих мобилизующее воздействие на сознание. Однако опытное происхождение образов мудрого старца, мужественного воина, прекрасной девушки, думается, вполне очевидно. Если бы их не было в жизни, то не было бы и в психике.

То, что некоторые механические движения у самых различных видов животных и у человека проявляются с самого рождения и у представителей одного и того же вида практически идентичны, не означает, что они заданы генетически, обусловлены «воспоминаниями» о том, что так двигались их предки. Птенцы самых различных птиц осуществляют клевательные движения потому, что они голодны и потому, что так устроен и обеспечен нервной системой их пищеварительный аппарат, а не потому, что они, якобы, представляют собой генетически запрограммированные на клевание автоматы. Если бы они были такими автоматами, реализующими в готовом виде память вида, они не делали бы столько ошибок вследствие отсутствия опыта. Первые клевки детёнышей птиц неточны и неловки, они часто промахиваются мимо подаваемой родителями пищи или попадают не в клюв, из которого осуществляется кормление, а в самые различные другие части тела родителей. Только с обретением опыта движения становятся более точными и уверенными.

Такие же примеры можно привести из ранней биологической работы любого вида животных и человека. И то, что кажется «даром Божьим», заложенном в генетическом аппарате, в конечном счёте оказывается сложным сочетанием запросов телесной организации, регулируемых мобилизационной структурой организма в центральной нервной системе, и опыта, научения, взаимодействия со средой, усвоения обратных связей нервной системы с суровой действительностью, биологической работы в конкретных, независимых от особенностей психики условиях.

Таким образом, биоинтеллект не является генетически предопределённым, он эволюционирует и формируется на базе телесной организации, лишь самые общие схемы образования которой запрограммированы в мобилизационных механизмах генетических структур. Мобилизационная структура психики, формирующая биоинтеллект, базируется на устройстве центральной нервной системы и программирует поведение, исходя из опыта биологической работы и прочих взаимодействий со средой.

Одним из важных направлений исследования биоинтеллекта, позволивших преодолеть упрощённое представление об инстинктах как абсолютно автоматических действиях генетического происхождения, явилось изучение импринтинга. Под импринтингом (от англ. слова, означающего «запечатление») понимается образование психического стереотипа, который закрепляется в психике в наиболее благоприятный для этого период индивидуального развития (так называемый чувствительный период) под действием определённого опыта и становится эталоном при формировании определённых направлений и особенностей психической деятельности. Фактически в результате импринтинга в психику впечатывается определённая мобилизационная структура, которая по закону доминанты вытесняет все прочие, занимает господствующие позиции в психике и начинает формировать по своему образу и подобию соответствующие психические процессы.

Понятие импринтинга впервые сформулировал немецкий исследователь К. Лоренц, обозначив его немецким словом, переводимым как «впечатывание». Затем его подхватили американские и английские учёные, в работах которых «впечатывание» было переосмыслено как «запечатление». Уже К. Лоренц выделил свойства импринтинга, которые характеризуют его как мощный психический феномен, накладывающий отпечаток на всю последующую жизнь индивида и характер его биоинтеллекта. К ним относятся:

– стойкость, отличающая импринтинг от условных рефлексов, которые, будучи лишены подкрепляющих стимулов, быстро утрачиваются;

– способность к усилению в тех случаях, когда не только не возникает подкрепляющих стимулов, но и осуществление запечатлённого поведения требует преодоления препятствий, страданий, отрицательных эмоций, даже опасностей;

– необратимость, невозможность замены другим раздражителем или стимулом;

– возможность разрыва во времени, причём очень длительного между запечатлением и влиянием этого запечатления на избирательный характер поведения индивида;

– ограниченность времени подверженности импринтингу, которое получило название чувствительного, или критического периода жизни индивида.

Особую роль в жизни индивида играет импринтинг, приобретённый в начале жизни, в раннем опыте отношений с родителями и окружающей средой. Он накладывает сильнейший отпечаток на характер индивида, его взаимоотношения в сообществе, стратегии поведения. Нередко усыновлённые или удочерённые индивиды в чувствительный период переносят свои симпатии на представителей воспитывающего вида и совершенно равнодушны к своему собственному, относятся к его представителям как к чужакам, а к поведению чужаков как к неприемлемому и даже угрожающему.

Чрезвычайно важную роль играет импринтинг и в формировании базисного сексуального сценария животных и человека. Такой импринтинг формируется чаще всего в период сексуального созревания, но может возникнуть и в период детства. Множество примеров такого импринтинга приведено в книге Десмонда Морриса «Людской зверинец» (СПб.: Амфора, 2004 – 287 с.) «В одном зоопарке, – пишет Моррис, – я видел самца шимпанзе, который сидел в вольере вместе с самкой на протяжении десяти лет. Медицинские тесты показали, что в сексуальном плане самец был абсолютно здоров, но самка, до того как попала в одну клетку с ним, росла отдельно. Так как самец был ручным животным, детство которого прошло среди людей, он совершенно не обращал внимания на самку. Он никогда не садился рядом с ней, не ухаживал и не пытался заниматься сексом. С его точки зрения, она была представителем другого вида, и годы жизни рядом с ней нисколько его не изменили» (Там же, с. 184).

Импринтинг играет решающую роль, хотя и неосознаваемую, в выборе полового партнёра. Какой-то ничтожный случай, произошедший в детстве или в период полового созревания, впоследствии прочно забытый или смутно всплывающий в памяти, так прочно запечатлевается в мобилизационной структуре мозга, что определяет базисный сексуальный сценарий как животного, так и человека. Есть очень веские основания считать, что именно импринтинг лежит в основе всех сексуальных девиаций, что он является исходным моментом развития гомосексуализма, садомазохизма, сексуального фетишизма, нарциссизма, эксгибиционизма, визионизма и т. д.

Огромное значение в процессе запечатления играют ролевые детские игры и взаимоотношения детей с родителями. Но запечатление может произойти и при случайной встрече с посторонними людьми, вызвавшей стрессовое состояние. Жестокость родителей или негативное влияние других взрослых людей может способствовать возникновению сексуальной мании и превратить человека в сексуального маньяка, способного получать сексуальное удовольствие только от извращённых способов удовлетворения, от жестокого насилия и вплоть до омерзительного издевательства и изуверского убийства. Иногда источником подобных явлений может стать импринтинг, полученный при проявлениях религиозного фанатизма, жгучей ненависти к иноверцам и инакомыслящим. Такой импринтинг – одно из мощных средств воспитания террористов.

Учёт огромного значения раннего импринтинга в формировании характера, социальных и нравственных качеств личности человека необходим в воспитании. Основы таких важнейших качеств человека, как смелость, трудолюбие, честность, сопротивляемость негативным влияниям, стремление к творчеству закладываются уже в раннем детстве во многом под воздействием примера родителей и окружающих взрослых людей. Привычку к самосовершенствованию, к физической, интеллектуальной и духовной культуре также следует формировать в ранний период, чтобы не упустить влияние импринтинга. Речевые навыки ребёнок также приобретает в чувствительный период, когда кора головного мозга и центральная нервная система имеют пластичный, податливый, склонный к запечатлению характер. Каждый упущенный год чувствительного периода может привести к трудностям в усвоении речи, хроническим ошибкам или дефектам говорения, письма, тупости интеллекта. В раннем детстве человек – маленькая обезьянка, которая имеет наивысшие способности к становлению человеческих качеств. Нужно не упустить чувствительный период, чтобы из этой маленькой обезьянки не выросла большая двуногая обезьяна, животное в образе человека.