Чтение онлайн

У гоблинов насчитывается множество недругов, включая людей, эльфов и прочих существ, убийство которых является делом весьма сложным, а бегство от большинства из них – бесполезным. Имея в запасе козырь в виде шпаги, которая сама направляет лапу в нужную сторону, Гарб нисколечко не сожалел о своем проступке. Он только пообещал себе впредь быть осторожнее и не метать бисер перед всякими замарашками.

Наконец учитель подобрел ровно настолько, чтобы перейти к сути.

– Как ты уже наверняка знаешь, на меня лично свалилась очередная прихоть нашего лучезарного самодержца. Он хочет жениться на смазливой девчонке, которая и слышать о нем не желает, поэтому выдумала какую-то чушь про проклятие. В ее словах меня смущает упоминание некоего шамана, который сильно отличается от остальных. Собрав тут своих учеников и осмотрев их, могу сделать только один вывод: этот шаман ты.

– Я? – искренне удивился Гарб.

Ему было странно, что какая-то самка могла обратить на него внимание.

– Она еще и в твоей деревне живет, что прямо указывает на твою персону. – продолжил Нунах. – Ты влип даже больше меня. Если наш старый похабник-царь узнает, что свадьба откладывается из-за тебя, готов биться об заклад всем, что имею – не пройдет и дня, как твоим черепом будет играть в скаллинг какой-нибудь тупой орк.

– Скаллинг? – переспросил Гарб.

– Ты меня иногда поражаешь, – старый шаман непроизвольно утопил морщинистую морду в ладони. – Вроде знаешь много, а элементарных вещей… Это игра такая у равнинных орков! Они ставят десять больших черепов пирамидкой и швыряют в них череп гобхата с тридцати футов.

Молодой шаман скривился от таких подробностей.

– А почему именно гобхата? – все равно уточнил он из любопытства.

– Потому что он, видите ли, подходящий по размеру и в дырки от глаз им удобно пальцы совать. Держать сподручно. Если за три броска счет равный, то победителя определяют поединком на боевых топорах. Черепа у нас довольно хрупкие, часто ломаются от бросков, поэтому спрос на них большой…

– Да понял я, понял! – взвыл юноша, живо представив себе, как его череп хватает своей грязной зеленой лапищей здоровенный любитель спорта.

Нунах, кажется, удовлетворился произведенным эффектом.

– Ты должен снять это так называемое «проклятие» любой ценой, – сказал он уже спокойнее. – Делай что хочешь, но полюбить она должна нашего государя. И сделать это придется быстро, если не желаешь потерять голову.

– Кто хоть эта особь женского пола? – перебил учителя Гарб. – Я всех в своей деревне знаю, и ничего такого за ними не замечал.

– Я понимаю, ты самками не интересуешься. Это очень правильно и похвально для нашего ремесла, но надо все же посматривать по сторонам иногда! Ее зовут Крохотыря. Знакомое имечко?

– Крохотыря? – молодой шаман щелкнул языком. – Припоминаю… Юная Тыря? Да она же еще совсем детеныш!

Гарб имел некоторое представление о традициях своего племени, но не понимал, какое это может иметь к нему отношение.

– Ну, не такая уж и маленькая, раз царским сватам приглянулась. Хотя ты прав. Скорее всего, только поэтому царь до сих пор не приказывал силой привести ее в свои покои. С родителями-то о выкупе уже договорились. Так что советую поспешить, и не делай ничего, о чем потом пожалеешь.

– Благодарю, учитель! – поблагодарил его Гарб вслух, а мысленно принялся искать подвох.

Двойного дна у предупреждения не обнаружилось даже по дороге домой, хотя чувство тревоги продолжало смущать разум молодого шамана. У гоблинов иерархия строгая: кто сильнее, тот и главный. Чтобы возвыситься, часто достаточно просто убрать с дороги конкурента. Желательно кривым отравленным ножом в спину и непременно тайком, чтобы родственники покойного не вышли на тропу кровной мести.

Если верховный заговорил о преемнике, значит, он либо себя очень плохо чувствует, либо задумал избавиться от потенциального претендента на свое место. Заподозрить наставника в искренности намерений Гарб не смог, как ни старался.

Ученик ушел, а старый учитель еще долго стоял, опершись на посох, и смотрел ему вслед стеклянным взглядом выцветших глаз. На его потрепанной временем морде не дрогнул и мускул. Старик искренне переживал за парня, которого когда-то совсем маленького спас от верной смерти и считал почти сыном, но не желал никому об этом рассказывать.

– Да благословят тебя духи, мальчик, – прошептал он. – Не зря же они направили меня к тебе в тот день.

Долго горевал Создатель. Наконец он решил, что не в силах видеть и остальных своих детей. И создал он множество миров, и расселил в разные миры тех, что остались ему покорны. Так появились старшие боги.

Взгляд упал на еще не остывший жертвенник.

– Вот незадача! – сквозь стиснутые зубы прошипел гоблин, чтобы не ругнуться по-настоящему.

Быка-то для вымогателя Бурбалки он так и не купил. Пришлось снова топать в столицу.

Гарб шел, ругая свою забывчивость. Можно ведь было спокойно завернуть на рынок по дороге от Нунаха, но новости вытеснили все остальные мысли из головы шамана. Наверняка всю хорошую скотину уже разобрали, и придется потратить не один час на поиски годного для жертвы животного.

Ближе к цели ноздри уловили тошнотворный запах огромной застарелой мусорной кучи. Больше десятка тысяч лачуг, собранных из подручных материалов, и сотни более надежных строений гнездились плотно друг к другу прямо на культурном слое, оставленном другими обитателями Лумеи.

В незапамятные времена боги дали этому месту другое название – Первичный мир, но оно теперь использовалось только учеными мужами. И только чтобы подчеркнуть, мол, наш мир – первый из известных миров материи.

Шаман вспомнил об этом и скривился, как от боли. Другие гобхаты о таких сложных понятиях никогда не задумывались, но о достаточном количестве «материи» всегда заботились. Кушать-то что-то надо. Поэтому, как только куча переставала быть эффективным источником продовольствия и развлечений, царь собирал племена, и все дружной толпой мигрировали к другой большой мусорке. Отбросов в округе – наследия прочих разумных рас – всегда водилось в изобилии. Если удавалось найти эльфийскую свалку бытовых отходов, устраивали праздник, ведь в такой куче зачастую попадаются не просто редкие, а уникальные для гоблинов предметы. Если повезет, можно найти даже что-нибудь на обед.

Вот только еды почти никогда не бывало вдосталь. Как говорится у гоблинов, одним мусором сыт не будешь. Поэтому подлый или трусливый народец, как презрительно именуют длиннолапых прочие разумные расы, периодически устраивал набеги на соседей. В удачных походах порой удавалось угнать скот – коров, овец, яков. Также отряды скудно вооруженных гоблинов иногда промышляли засадами на неосторожных путников, рискнувших путешествовать по Большому тракту без должной охраны. Но даже той добычи, что приносили эти занятия, хватало не на всех и не всегда.

Тем, кто не умел или не хотел сражаться, оставалось только заниматься земледелием и собирательством. Инструментов для обработки земли гобхаты не знали, и просто ковыряли землю палкой, а после кидали в нее семена в надежде, что хоть что-нибудь вырастет. Летом хотя бы можно было прокормиться грибами и ягодами, а зимой выживание племени зачастую зависело от собранного урожая. Охотники и рыболовы из них тоже были никудышные.

– Моорхи, – сквозь зубы пробормотал шаман. – Глупые, необразованные моорхи.