Чтение онлайн

Орк с самого утра стоял на рынке и очень хотел есть и пить, а быка оставлять без присмотра было нельзя. Однако жадность не позволяла продавцу отдать товар за такую небольшую сумму – не зря же он отстоял целый день на солнцепеке!

– Не атдам! – орк яростно завращал глазами и, перехватив топор поудобнее, сделал несколько выпадов для демонстрации решимости.

Один из взмахов оказался столь неудачным, что топор с жутким свистом отсек бычку ухо. Обезушенное животное страшно заорало и бросилось наутек, потащив за собой растерянного орка, который не догадался или не захотел выпустить веревку из рук.

Гарб грустно посмотрел на быстро удаляющееся облако пыли, вздохнул и побрел дальше. У него с собой имелось ровно три золотых, а быков, как назло, предлагали не дешевле пяти. Сторговаться удавалось до четырех, а потом все продавцы упирались и больше не уступали ни медяка. Гарб шел и думал, что толку от почти бесконечной магической энергии никакого, раз кошель от этого не становится тяжелее. На черный день у него в подполе было припрятано еще около пятидесяти золотых, накопленных за годы упорного труда, но тратить их ради какого-то духа он не собирался. Если бы не проклятое любопытство, он бы и эти три монеты не стал бы отдавать. И все же интересно, как призрак собирается один проглотить столько энергии за раз.

Когда шаман вконец отчаялся, его кто-то похлопал сзади по плечу. Обернувшись, он увидел знакомую некогда зеленую морду орка – теперь серую от пыли со следами запекшейся крови. Самым важным было лишь то, что ручищи недотепы надежно сжимали веревку с быком. Животное затравленно смотрело в землю и головы не поднимало. Орк довольно ухмылялся и явно горел желанием продолжить торг.

– Беры бык, для тебя ловил!

– Сколько? – буднично, не показывая радости, спросил Гарб.

– За тры дам!

– За два возьму!

– За два беры, но без башка. Тупой башка с собой понесу.

Гарб струхнул, что орк и правда преждевременно снесет голову быку, которому еще надо своим ходом дойти до жертвенника.

– Ладно, договорились! Моя окончательная цена два золотых и одна серебряная.

– Эх, я хотет башка, ну ладно. Башка стоит серебро. Беры! – согласился зеленокожий.

– По самому невыгодному, два по пять плюс один... – пробормотал гоблин себе под нос и улыбнулся.

Сделка начала становиться интересной.

Гарб радостно отсчитал орку два золотых, после чего возникла заминка с поиском разменной монеты, потому что сдачи у продавца не нашлось.

– Четыре, – спокойно сказал хитроглазый маленький гоблин-меняла, выглядывая из-за высокого прилавка.

– Четыре, не больше, – подтвердил его коллега через дорогу. – Ладно, по доброте душевной могу добавить еще одну медную монету, но это все, что я могу для вас сделать, господин.

Больше менял поблизости не нашлось.

– Э, савсем не выгадна, – высказал глубокую мысль орк.

Даже он понимал, что разменивать один золотой на четыре серебряных монеты глупо, ведь обычно за золотой дают не меньше пяти. А если в какой год дворфы, которые занимаются добычей металлов и чеканкой монет, случайно переработаются, то можно поменять и по двенадцать.

Час спустя Гарб и зеленорожий верзила выбились из сил и остановились. Начинало вечереть, и торговцы стали сворачивать или уводить свой товар.

– Купи топор или волшебный торба! – предложил орк, бросая нетерпеливые взгляды на корчму, оказавшуюся неподалеку.

За топор, конечно, можно было бы выложить даже несколько серебряных монеток.

– Он много весит? – уточнил Гарб.

Орк смерил щуплого гоблина взглядом.

– Тяжелый, – почему-то радостно подтвердил он, – ты не паднимеш.

Ржавчина местами насквозь проела металл на лезвии, и Гарб подумал, что пользы от такого топора в бою все равно мало.

С торбой дело обстояло иначе: шаман решительно не понимал, за что там платить. Он такую и сам сшить может. Вот если она и правда волшебная, то это совсем другое дело.

– Дай-ка посмотреть? – Гарб потянулся лапой к мешку.

Он исследовал торбу вдоль и поперек. В ней не было ни следа зачарованности.

– Два залатых и адын серебро, – хмуро подтвердил опасения Гарба продавец. – Или сделка канец. Можеш брат торба и тапор с бык за тры.

– Хорошо, Шамбалын тебя забери! – чуть не закричал от отчаяния гоблин. – Продай мне быка и мешок за три золотых.

Продавец криво усмехнулся при упоминании орочьего рая. В Шамбалын попадают лишь павшие в бою орки. На этом сходство с дворфийским царством бесконечных самоцветов заканчивается, потому что ни веселых попоек, ни пышногрудых валькирий зеленокожим их бог никогда и не обещал. Впрочем, незавидная участь тех, кого не взяли даже в царство Одноглазого, заставляла орков во что бы то ни стало умирать с оружием в руках.

Скрепя сердце, Гарб отдал орку всю сумму, забрал веревку, торбу и потащил быка за собой. Продавец же, довольно рыча какую-то боевую песнь, направился к ближайшему заведению, в котором можно наполнить желудок всякой гадостью за свои же монеты.

Новые миры были очень разными. Со временем каждый из старших богов изменился под влиянием того места, в которое его поместил Создатель. Оставшиеся дети Део мудро покорились воле отца и не особо горевали по поводу утраты родного мира, ведь теперь каждый из них был сам себе властелином. И принялись они плодиться и размножаться. Так появились средние боги.

Покупка покорно плелась за новым хозяином и не совсем беспокоилась, куда ее ведут. Можно было даже подумать, будто бык обрадовался, что его забрали и уводят подальше от живодера с топором. Прогулка жертвенного животного через всю деревню по пыльной тропинке, гордо именуемой центральной улицей, вызвала нездоровый интерес односельчан.

В последнее время провианта в деревне водилось немного. В одиночку шаман столько съесть никак не мог, поэтому соседи не на шутку взволновались.

– В кои-то веки решил угостить всех по-царски! – раздавался то тут, то там радостный шепоток. – Ай да Мусор!

– Вот молодчина, не иначе разбогател! Наш парень! – слышалось в ответ.

К исходу дня перед домом Гарба собралось все взрослое мужское население – пятьдесят восемь морд. Гобхаты выжидающе толпились за оградой дома. Они разочарованно водили носами, тщетно пытаясь учуять запах жаркого. Его не было. Значит, еще придется тратить время, разделывая тушу, а солнце уже почти село.