Чтение онлайн

– Я готова, – объявила Хиенна, – теперь мне нужна полная тишина и абсолютное согласие пациента на операцию!

– А больно не будет? – умирающим голосом поинтересовался Бурбалка. – Несмотря на свое состояние, он еще пытался пошутить.

– Будет немножко, – честно призналась суккуба. – Так что, можно начинать?

– Валяй! – согласился призрак. – Хуже-то уже навряд ли че-то случится.

В гробовой тишине демонесса потерла ладошки, протянула их к духу и начала процесс восстановления. Пять пар глаз напряженно следили за происходящим.

От рук суккубы к призрачному силуэту потянулись яркие зеленые нити. Они впивались в очертания духа и, словно вязальные спицы, принялись залатывать прорехи. Свечение усиливалось и в какой-то момент полностью обернуло Бурбалку непрозрачным коконом.

– Все, – сообщила Хиенна минут через десять, убирая руки, – кажется, я даже немножко перестаралась.

Свечение померкло.

– Ничего себе перестаралась! – удивился Каввель.

Место изорванного в лоскуты призрака занял самый обычный человек из плоти и крови. Черноволосый загорелый юноша – на вид немного за двадцать – невысокого роста и щуплого телосложения с приятными правильными чертами лица и дерзким мальчишечьим взглядом пощупал себя в разных местах и захохотал. Одет он был в ту же самую матерчатую куртку и шерстяные брюки, что и раньше.

– Не, я не могу! – восклицал он в перерывах между приступами смеха. – Это ж надо! Стока мучений было в прошлый раз, чтоб вернуть мне тело, а это так просто!

Суккуба ласково прикоснулась к нему и лизнула в щеку длинным розовым языком.

– Потом как-нибудь поблагодаришь, – подмигнула она. – Никто не желает повторить, а то я что-то выдохлась? – обратилась она к давешней троице.

На сей раз никто не вызвался.

Любовь – лучший охотник. Она остается совершенно незаметной для своих жертв до тех пор, пока они окончательно не попадутся в расставленные ею сети.

Эльфийская народная мудрость

В конце концов компаньоны вспомнили и про Гарба. Тот все еще лежал связанным, а его щеки полыхали от стыда. Он нарочно не напоминал о себе, чтобы максимально отсрочить неизбежные объяснения.

– Ну, так что это было? – сурово спросил Аггрх, распутывая ремни, удерживающие лапы гоблина.

– Это все посох, – горестно сознался шаман, – кажется, он подчиняет меня себе.

– Я подозревал нечто подобное, – сказал Михель. – Хотя я никак не возьму в толк, почему так происходит. Злобная сущность этого места влияет или что-то другое? Посох пока придется разобрать и спрятать в вашу волшебную торбу.

– Не позволю! – дернулся было Гарб в сторону монаха.

Не развязанные до конца ремни причинили гоблину боль, но далеко не отпустили.

– Лучше послушай святошу, – назидательно шепнул Гарбу орк, – а то в следующий раз не развяжу.

– В следующий раз от нас может мокрого места не остаться! – многозначительно похлопал себя по лбу Бурбалка. – Мне еще повезло, что он не вздумал молиться, а просто стал им меня лупить, как обычной палкой.

– Конечно, вы правы, друзья, – сказал пристыженный шаман, – это все так неприятно! Простите меня, если сможете.

– Да ладно, чего уж там! Какие обиды! – Каввель был готов простить гоблина безоговорочно и сразу, тем более что, только помогая Гарбу, минотавр смог бы окончательно избавиться от своего проклятия.

Остальные оказались более злопамятными, но держать Гарба связанным дольше смысла не было, поэтому его освободили от пут под честное слово разобрать посох. С чаром возникла заминка.

Шаман обреченно взялся за резную поверхность, чтобы разобрать посох, но не тут-то было. Гоблин поднатужился – и снова без результата. Он попытался положить чар в бездонную торбу, но портал просто не сработал.

– Может, я попробую? – предложил свои услуги орк.

Гоблин в ответ зарычал по-звериному низко.

– Понял, не дурак, – поднял зеленые ладони Аггрх и отступил на шаг.

Три Бира, из которых Гарб собрал посох, срослись намертво. Гоблин пробовал даже магию, но волшебная палка не поддавалась.

– Давайте тогда носить его по очереди, как ходят звери на карусели, – простодушно предложил Адинук и едва не получил по голове увесистой деревяшкой.

– Гарб, тебе придется научиться себя контролировать! – потребовал Михель. – Могу показать пару дыхательных упражнений, и, если Вседержитель позволит…

– Понимаю, – безрадостно перебил его гоблин. – Боюсь только, что дыхательные практики не дадут быстрого эффекта, а других способов я не знаю.

– Мужчины всегда немного бестолковы, – белозубо улыбнулась суккуба. – Разве это сложно? Подумаешь, волшебная игрушка оказалась с характером! Войди в транс, потянись к ее сущности и поговори с ней. Так хотя бы узнаешь, в чем дело.

Шаман одарил Хиенну таким взглядом, будто видел ее впервые. Демонесса хихикнула и принялась строить глазки Михелю. Он явно ей понравился больше прочих компаньонов. Монах насупился и отвернулся, а Аггрх уязвленно заиграл желваками на скулах.

***

Гарб отлучился к испуганным духам предков.

– Я вытащу вас отсюда любой ценой и как можно скорее, – пообещал он.

Вокруг убежища гоблин соорудил небольшой магический кокон. От разумных жахани такое укрытие, конечно, никого бы не защитило, но вполне могло помочь против хищников. Этот же кокон поддерживал жизненные силы духов. Больше пока ничего сделать было нельзя, и шаман вернулся в лагерь к друзьям, чтобы подготовиться к медитации.

– Ты это, сходи, поболтай с чаром, – высказался за всех Каввель, – а мы пока подождем тут на песочке.

– Без тебя не уйдем, – добавил Михель. – Ты, главное, свой нрав обуздай.

И гоблин ушел в поисках уединенного места, тяжело опираясь на посох. Он шел сгорбившись и шаркая ногами по черному песку.

– С ним все будет в порядке? – обеспокоенно поинтересовался Каввель, глядя вслед уходящему товарищу.

– Он справится, – уверенно ответила Хиенна и тут же спросила. – А как вы сами сюда попали?

– На этот вопрос сложно ответить, – вздохнул Каввель. – Все началось с моего проклятия…

– Так уф и ф него? – Бурбалка расположился на песке и с наслаждением поглощал припасы, извлеченные из бездонной торбы, будто ел первый раз за сотню лет.

Быть человеком ему определенно нравилось больше, чем призраком.

– Давайте я расскажу, – предложил Адинук и с усмешкой взял в руки лютню. – Наверное, даже спою. Нарушу еще разок местные законы, пока никто не слышит.

Остальные молча кивнули и устроились поудобнее. Хиенна завороженно слушала, темнокожий бард пел, и пальцы его перебирали струны, а звуки его голоса нежно трогали незримые нити где-то в сознании суккубы.