Чтение онлайн

— Стара — выжила из ума. Кого мы слушаем?

— А зачем они у нас ловушки стырили?

— Нельзя убивать беременных самок!

Собрание превратилось в балаган… По некоторым выкрикам, мы с Совой поняли, что уже Леший убеждает кого-то не трогать редкие стайки сохранившихся животных. Хорошо хоть, что против этого предложения никто не выступал — здравый смысл подсказывал людям, что это не тот повод, ради которого стоит заводить ссору. Но, по виду Святоши, угрюмому взгляду Кремня и некоторых недовольных было ясно, что вся затея потерпела провал…

Неожиданно, наступивший гвалт перекрыл усталый, но крепкий голос Дока:

— Наслушался я тут вас… до коликов. Что, в самом деле, у всех крыша поехала? Вера, обряды, права, свобода… Вы что, забыли, где мы находимся? Где живем? Вам мало одного раза? Вам мало смертей? Завтра шарахнет вулкан под нашими ногами — где будет ваша свобода и ваши права? Крысы осмелеют и набросятся на становище — кому будет нужна воля? Нас осталось так мало — а вы хотите разобщить и оставшихся… В угоду своих, шкурных интересов. Каждый мнит себя удельным князьком, каждый хочет быть единственным… Ну что ж, оставайтесь сами по себе. Только люди, они вам спасибо не скажут! Им нужна вера — но не в небеса или духов… в будущее! Его нет у них. Понимаете вы это? Его просто нет! Ни у кого… В долине много женщин, молодых к тому же… Хоть одна, а нравы у нас сейчас, действительно, свободные, забеременела? Можно было списать на то, что мы все облученные… Но они спали с зэками, которые во время катастрофы оказались глубоко под землей и от этого излучения уцелели. Пусть, и не по своей воле — с уголовниками. И ни одна, понимаете, ни одна не понесла… Так какое будущее нам уготовлено? Через пару лет — или зим, если они наступят, от нас останется треть. Потом — половина. А дальше — все. Конец. Вечно жить никто не будет. Хотите знать, умирают ли от старости? Умирают… Просто вы не замечали этого, занятые борьбой за выживание. Но я-то, знаю! Мне уже приходилось закрывать глаза тем, кто не был тяжело ранен, не голодал, не болел… Просто пришла пора. Их было так мало, что среди нас, практически всех моложе пятидесяти, заметить стариков невозможно. А они есть. И вы тоже будете такими. Что тогда нас ждет? А то — свобода… кому она будет нужна?

Он тяжело вздохнул, остановив рукой порывавшегося, что-то сказать, Клешню:

— Погоди пока… Долине нужен Вождь. Называйте его, как хотите — президентом, премьером, Папой наконец. Не важно. Нужен тот, кому будут верить и тот, кто способен повести людей дальше. А теперь ответьте себе, справитесь ли вы с такой ролью — отвечать за всех? А уходить придется… Да, здесь сейчас чуть ли не рай — если не считать собак, волков, и прочей нечисти. Которой, кстати, стало до черта. Но здесь нет будущего. Нам нужно искать выход… — он обвел всех сумрачным взглядом:

— Кстати, о будущем… Нет, дослушайте меня вначале — и потом делайте выводы. Я говорю не о том, как нам жить. Я говорю — где это будет происходить? В долине? Но, через несколько лет — как бы мы не хотели, охота все равно не сможет прокормить всех… Потом — каких лет? Если будет такой же климат, какой мы наблюдаем сейчас — это одно. А если он сменится, на, более неблагоприятный? На зиму? На дожди? Если снова начнутся толчки, подобные тем, которые не давали всем покоя на первых порах? А не может ли быть так, что все тепло, идущее с земли и благодаря которому так расцвело все в долине — это последствия вулканической деятельности? И не о том ли говорит взрыв на окраине мертвого города, буквально из ничего создавший вершину, видную уже задолго до подхода к Каменным Исполинам? Эта гора, выросшая у берега, на краю Провала — самый настоящий вулкан! Пепла, в случае извержения, вполне может хватить, чтобы покрыть им всю долину! Нам следует искать выход! Любой и в любую сторону. А для этого — следует организовать людей в одно целое. Поодиночке — никто отсюда не выберется. Возникает вопрос — куда? Река — не самый лучший для этого вариант. Можно построить надежное судно, способное доставить разведчиков на тот берег. В конце концов — это не море и переплыть реку вполне по силам даже на хорошей лодке. Мы опасаемся лишь чудовищ, которые могут напасть на эту лодку. А в том, что они есть, сомневаться не приходиться. Дар видел своими глазами одно из них, в первые дни, а не так давно весь форт сражался с двумя другими — и еле справился с этой задачей. Несомненно, что в своей стихии они будут намного опаснее… И все же, переправа через реку опасна, но осуществима — если построить надежные плоты или лодки. В ней водятся жуткие существа — но мы уже привыкли к любым, которые может преподнести изменившаяся природа. Есть путь на север — но он упирается в провал… Я был там — единственный из вас всех, не считая Дара и Совы. И скажу, что в нем нас не ждет ничего хорошего… Там сплошная вода, все заболочено и со временем превратится в такое же болото, какое сейчас уже есть на северо-востоке. По рассказам живущих там людей — да хотя бы Травника! — в тех краях водятся не только большие лягушки. Есть и змеи, способные проглотить человека заживо, и пиявки, размером с локоть… и прочая дрянь, хватит на всех. Одним словом, чтобы испортить жизнь окружающим, ее достаточно. А в самом Провале, Дар в свое время вплотную столкнулся с оборотнем…

— Об зверолюдях мы уже наслышаны, — пробурчал Святоша. — Ты давай, по делу говори…

— Хао. Я продолжаю, — невозмутимо ответил Док. — Путь на восток упирается в отравленные излучением, желтые пески. Достаточно провести там лишь несколько часов — и человек сгорает практически до костей. Что остается? Горы. В своих прежних походах ни Сова, ни, кто-либо другой, не нашел в них прохода. Возможно, что он и был — и не один! Но, после Того дня, все они оказались закрыты, либо многометровым слоем снега, в котором легко провалиться, либо сплошной стеной неприступных скал, наподобие Исполинов. Но где-то проход есть — иначе, откуда было бы взяться в долине новым, невиданным ранее животным? Даже возвращение Угара, этого знаменитого пса, которого все считали погибшим… — как это могло случиться? Я не могу допустить мысли, что долина сама рождает новых чудовищ — все помнят, как скудно было на первых порах в прерии, хотя и тогда попадалось перерожденное зверье. Нет, все самые редкие и опасные звери появляются вначале с предгорий… Значит, проход есть! Такая разведка сопряжена с опасностями долгого пути и возможными нападениями крупных хищников, а, возможно, и людей… каждый из вас знает, в кого могут превратиться оголодавшие и потерявшие надежду, скитальцы. Тех, кто отправиться на поиски, необходимо снабдить продуктами на первое время, теплой и удобной одеждой, оружием — это все не по силам лишь одному селению. Но вместе мы сможем собрать и подготовить такую экспедицию. С этим вы согласны? И еще… Допустим, мы не договорились. А проход — найден. Если мы выйдем в открытый мир — то ведь можем встретить людей? А как они нас встретят? И кто нас встретит? Люди… или звери, в которых они превратились? Но тогда, даже самое крепкое селение неминуемо погибнет.

— Это прекрасная долина, — пробурчал Кремень. — И меня и моих людей она вполне устраивает. Тебе надо — иди и ищи. А мне зачем?

— Ты опять говоришь только о себе, Кремень! — сузил глаза Сова. — А мы собрались для того, чтобы обсудить судьбу всех жителей долины.

— А я — против! — рявкнул Святоша. — Не вижу смысла! Господь дал нам возможность благословлять его в этом райском месте, и я не хочу гневить его поисками еще какой-то земли.

— Вот, вот… — встрял со своего места Утес. — Кое-кто начинает прикрывать свои собственные желания именем неба… Не так ли, Святоша?

— А ты, богохульник, лучше молчи… Ибо покарает тебя гневом своим сын неба!

— Скорее, я получу нож в спину от твоих подручных. Ведь так, монашек? — Утес, играя желваками на скулах, смотрел прямо в глаза Святоши. — Ну, так попробуй… рискни. И ты увидишь, что Утес умеет не только языком молоть — он и рясоносцев твоих, перемелет запросто!

— Хватит! — зычный голос Лешего осадил, взметнувшегося было, Святошу, а Сова незаметно положил руку на плечо Одинокого Утеса…

Неожиданно я услышал знакомый голос, исходивший от заросшего густыми, давно не стрижеными волосами, человека, старательно не попадавшегося мне на глаза:

— Еще не ясно, что лучше — вы, или Сыч. От вас тоже, хорошего мало что получили… Устроили резню с зэками, сами по кустам хоронились — а в долине половина костьми полегла от его зверств! А если бы он ваших девок не выкрал — так, до сих пор бы и жил в своей берлоге, в скалах. И мы бы ему жратву носили, а вы бы — в Форте ныкались… Что, нет так?

Нервы у меня оказались на пределе… Кабан, в решающий момент, уклонившийся от сражения, сейчас нагло восседал передо мною, позволяя себе подобные высказывания!

— Дар сказал, что мы не преследуем предателей… Пусть так, Кабан. Но он и не говорил, что им можно будет присутствовать на совете.

Ната, задержавшаяся среди стоявших поодаль, и до того терпеливо выслушавшая выкрики вожаков, вдруг направилась через круг к Кабану. Она была посвящена в историю схватки, решившую исход вражды с бандой, и сейчас услышала кличку того, кто уклонился от сражения.

— Значит, это был ты?

Она презрительно посмотрела ему в лицо. Кабан невозмутимо ответил ей наглым взглядом:

— Я. И что? Я отказался губить своих людей, потому что для меня их жизни важнее, чем жизнь одной маленькой шлюшки…

Руку Наты с ножом перехватил Сова. Он удержал ее в нескольких миллиметрах от глаз Кабана — тот, не ожидавший подобного от девушки, заметно посерел от испуга… Сова зажал рот Наты ладонью и молча, вывел ее из круга, сделав знак нашим забрать девушку к себе. Быстро подскочившие, Элина и Салли, увели бледную Нату, а индеец повернулся к Кабану, не успевшему прийти в себя от этого инцидента…

— Ты позволил себе оскорбить жену нашего вождя, Кабан. Только мое обещание не допустить никаких ссор на этом собрании, не дает нам права ответить тебе, как подобает… И ты понимаешь, что я имею в виду. Оскорбив Нату — Маленький Ветерок! — ты нанес оскорбление Дару. А оскорбление вождя — это оскорбление всех людей форта.

Воцарилась тишина. Ситуация грозила перерасти в такую ссору, что ее последствия полностью предугадывались. Пролитая кровь на совете навсегда отрезала возможность заключения любого союза…