Чтение онлайн

— Мы знаем про Элину.

Я вскинулся, с удивлением смотря на Утеса. Он до поры помалкивал, слушая реплики остальных, и сейчас неожиданно вставил свое слово:

— Это жена… вождя, если кто не знает, — он указал на Элину, взволнованную не меньше меня. — По слухам, во время Катастрофы, она как раз в горах была. Не ручаюсь, что много помощи для всех остальных — но и вреда не будет, если она пойдет с нами. Ты остаешься, Сова тоже уходит — а задумано это все не нами… Ваша идея! Вот и пускай — твоя подружка, да и его тоже, в горы идут.

Сова нахмурился. Я предостерегающе взял его за руку:

— Элина вряд ли помнит, где ей пришлось проходить… А Зорька была в горах только вместе с Совой. Они не могут быть проводниками.

— А нам проводники и не нужны. Ты сам решил — Чер отряд поведет.

— Тогда зачем… — начал было Сова, но я вновь его одернул, понимая, что возражения уже не помогут…

— Я понял. Ты хочешь, чтобы девушки были с вами… как заложники? Чего ты боишься?

— Не заложники, — Утес успокаивающе развел руками. — О чем ты, Дар? Не заложники… А залог. Залог успеха! Будут ваши женщины вместе с отрядом — все прерии поверят, что поиски не только им нужны. Разве не так? Мы о том уже обговорили… Прости, Дар. Вопрос решенный. Только при этом условии, все охотники согласны подчинится тебе и Черу. И еще… Тот спор, на совете, он ведь не окончен.

— Не окончен… — я сглотнул. Решение разведчиков не стало полной неожиданностью, но впервые я должен был отправить одну из дорогих мне девушек, так далеко… Что говорить о Сове, который вообще не предполагал такого оборота событий?

— Я скажу за всех! — Утес поднялся. Народ умолк, ожидая слов вольнолюбивого охотника. — …Мы тебя знаем. И ты знаешь — многих. То, что в долине все останется по-прежнему, гарантий нет. То, что может измениться — тоже, под вопросом. В головах разброд, про Сыча все помнят — и про кровь ту, забудут не скоро. Вражда никому не нужна… — Он кивнул на индейца. — Если бы не ты, да Святоша — делить нечего. Пока вы оба за наши души лбами биться будете — и самих душ не останется… вымрем все. Ты помолчи пока, не возражай.

Я, в который раз, прижал вздрагивающую руку Совы к земле.

— Но и ждать, на авось надеясь — глупо. Хочешь, не хочешь — какое-то решение принимать надо. Раз уж, собираемся дальше жить… И оно — такое. Найдем лекарство, или, проход через ледник — быть тебе первым меж нас. Не найдем… Извини, каждый сам для себя главный. Чтобы людьми править, надо еще это право заработать. То, что вы с бандой покончили — одно. А чтобы весь народ, кто уцелел, отсюда на иные земли вывести — это другое… И, имя получи — как шаман обещал! Такое, что б каждому ясно стало — кто ты и что… Потому и жене твоей с нами быть — не одним только разведчикам лекарство искать, которое старуха, может, просто придумала.

— Все так думают?

Он обернулся к остальным:

— Из тех, кто к тебе людей послал — все. А это — больше половины селений. С такой силой никто спорить не станет. Пошлешь Элину и Зорьку с нами?

— Пошлю.

Зорька испуганно стала моргать. Элина прижала ее голову к своей груди.

— Вместе пойдем. Я тоже без Дара… Надо так.

— Люди и сами хотят объединиться. Мы не дикари, в самом деле, давно пора из тупика выходить. Вместе сможем больше, чем поодиночке. Ты вот, Форт строишь, видели — какая крепость стоит! Знатно! И порядка куда больше, чем у нас. Если получится — все, что у нас раньше было, возрождать станешь. Так?

— Так… — я не стал перечить. Слухи, о попытках Бена сконструировать подобие некоторых машин, обошли все травы. Среди них было и создание пороха, так напугавшего в свое время Сыча, и смертоносные арбалеты на вершине сторожевой скалы, и кузнечный горн. Ничего этого и в помине не имелось ни у кого больше. Людям, занятым постоянной борьбой за выживание, не хватало ни времени, ни средств, для создания чего-либо, похожего.

— Перемен не хочет только Святоша. Он создает храм, на правом берегу Змейки, откуда собирается внушать нам свою правду. Пусть вещает… Мешать не будем, пока вредить не станет. — Травник сплюнул. — Потом поймет, где сила. А мы — хотим! Пора уже к нормальной жизни возвращаться. Или — к зиме готовится. Сам по себе никто весны не дождется… Все пропадут.

Откровения посланцев лишь отчасти казались неожиданными. После совета, мы с Совой уже не надеялись на понимание, и считали всю эту затею обреченной. Но, вышло так, что желание объединится, пришлось по душе достаточно большому количеству жителей долины. Оставалось лишь малость — найти лекарство…

Все разошлись затемно. Разговоры о предстоящем походе, сборы в дорогу — только при свете звезд шум и возня постепенно затихли. Наши гости давно спали в отведенных им шалашах, а мы, с индейцем, по-прежнему сидели возле полупотухшего костра, обсуждая услышанное, за день.

— Мой брат не находит себе места… Пусть спросит у своих скво. Они скажут — оставайся дома, забудь про горы и людей. Вождь ляжет в постель, к юным девушкам, и в их объятиях забудет обо всем.

— И перестанет быть вождем. Ты это хотел сказать?

Сова удовлетворительно кивнул.

— Не язви, Сова. И без того кошки на сердце скребутся…

— А что кроме этого чувствует твое сердце?

Я разворошил горячие поленья…

— Сердце… Сжало его, мой брат, словно тисками. Отказать разведчикам я не могу. Элина пойдет вместе с ними в горы.

— И Ясная Зорька будет с ней рядом. У индейца тоже… скребут кошки. Но у тебя остается Маленький Ветерок! А у Совы никого, чтобы согреть его долгими ночами.

— Ты тоже согласился.

Он пожал плечами:

— А что оставалось?

Он вытащил свою трубку и принялся набивать ее какой-то остро-пахнувшей смесью. Поплыл аромат, слегка напоминающий запах камыша и знакомых пряностей…

— Что это?

Сова усмехнулся:

— Тот гриб.

Я сделал круглые глаза:

— Это то, что Волкобой варил для Блуда? Но зачем?

— Он не знал, как правильно его приготовить. Растение нельзя варить — тогда, действительно, получается дурь. Я его просто высушиваю. Потом смешиваю в разных пропорциях с другими травами, толку — получается то, что ты сейчас вдыхаешь.

— Не думал, что мой брат тоже подвержен подобным слабостям…

Мой укор ничуть не смутил индейца.

— Это не то, что ты думаешь.

— Хочешь ощущать себя вонючей тиной, или прыгающим кузнечиком?

Сова засмеялся и протянул мне трубку:

— Вдохни. Тогда поймешь.

— Нет. Я не склонен к наркотикам.

Он протянул свою ладонь:

— Дрожит? Нет, сам видишь. Действие этого растения совсем не такое, если его курить. Док бы мог тебе многое рассказать — он, как и Стара, все пробует на вкус. Нам нужно все знать о травах, растущих в прерии. И о тех, что могут помочь, и тех, что способны искалечить. Будь у него больше времени — Док бы нашел лекарство, без указки Стары. Мы много пока не знаем…

— А что знает шаман? — я указал на уснувшую Нату, обнявшую длинноволосую красавицу.