Чтение онлайн

– Шифу не думал оставить путь заклинателя и стать музыкантом?

– Меня это не интересует.

Вэнь Шаньяо взял поднос с чаем, подошел к Демону и аккуратно расставил на столике пиалы и чайник. Тот лениво следил за ним, задумчиво касаясь пальцами струн, но не извлекая звуков.

– Я хочу обучить тебя этому искусству.

Руки Вэнь Шаньяо вздрогнули, пролив чай. Он широко открытыми глазами взглянул на Лу Чуньду, но тот не шутил, дожидаясь ответа.

– Шифу, я очень плох в музыке. Боюсь, стоит мне взяться за инструмент, и вы погоните меня из клана, – осторожно произнес Вэнь Шаньяо.

– Всему можно научиться. Ближний бой ты с трудом осилишь, хотя и двигаешься неплохо.

– Вы сказали, что за последний месяц я стал выносливее.

– Пару минут продержишься, – рассудил тот, сделав неспешный глоток из пиалы. – Но если нас осадят демоны… падешь первым.

– Я понимаю, – с неохотой согласился Вэнь Шаньяо.

– В Байсу Лу издавна практиковали не только искусство меча, но и искусство мелодии. Мечом ты убьешь за секунду десять демонов, а мелодией – сотню. В каждом поколении трое-четверо учеников избирались для обучения музыке, и каждый из них стал великим заклинателем на службе у императора.

– Но шифу же не на службе у императора.

– Не перебивай, – цыкнул Лу Чуньду, и Вэнь Шаньяо послушно умолк. – Никто, кроме меня, не сумеет сыграть мелодию на гуцине. Мой учитель давно мертв и не передаст эту технику, у меня же никогда не было учеников и, сдается мне, больше не будет. Потому я намереваюсь обучить тебя, пока есть время.

– Шифу… возлагает на меня слишком большую ответственность. Я не думаю, что смогу оправдать его ожидания.

– Если сумеешь обучиться, то сможешь покидать гору сколько угодно и когда угодно без моего дозволения, – мимоходом произнес Лу Чуньду.

– Этот ученик постарается освоить технику шифу, – вмиг ответил Вэнь Шаньяо.

– Иного ответа я и не ждал.

Хоть с музыкальными инструментами Вэнь Шаньяо и не был знаком, но ради похода в город постарается сделать все, что в его силах.

– Мелодию, которую ты услышал, я специально сочинил для тебя. Она одна из самых легких, что мне случалось исполнять, так что с ее изучением проблем возникнуть не должно. Я исполню первые ноты, а ты повторишь.

Оставив гуцинь рядом с Вэнь Шаньяо, он снял одно из колец, обратившееся в знакомый белоснежный инструмент с черными струнами. Стоило же ему коснуться их, как вновь полилась приятная слуху мелодия, которой сразу подпели птицы снаружи.

– Попробуй, – исполнив мелодию несколько раз, приказал Лу Чуньду.

Внимательно проследив за его пальцами, Вэнь Шаньяо кивнул и постарался повторить. То, что вышло, с трудом можно было и мелодией назвать. От столь отвратительного звука бифаны и луаньняо с воплем разлетелись, а бровь Демона едва заметно дернулась.

– Попробуй еще раз.

И Вэнь Шаньяо попробовал. Раз за разом, пока пальцы не заболели, а пиала в руке Лу Чуньду с хрустом не разбилась. Испуганно замерев, он взглянул на шифу, что нечитаемым взглядом смотрел на свои залитые водой пальцы, как ни в чем не бывало отряхнув колени от осколков.

– Плох и ужасен – разные слова. В следующий раз подбирай описание своим навыкам точнее.

Вэнь Шаньяо и сам это понимал. Он мог вывернуть человека наизнанку, достать все кости из еще живого тела и обречь существо на муки, умел сшивать меридианы и лечить разбитые ядра, но все это терялось на фоне некоторых вещей. И музыка была тому доказательством. Он не умел играть на гуцине, флейте или пипе, предпочитая слушать, как музыку исполняют другие. Представить себя на их месте Вэнь Шаньяо не мог, да и не собирался.

– Пожалуй, эта мелодия для тебя слишком сложна. Попробуем другую.

Лу Чуньду вновь перебрал струны. Сначала быстро, чтобы в голове сложилась полная картина, потом медленно, чтобы ученик смог следить за его пальцами и запоминать. Когда же Вэнь Шаньяо попытался ее повторить, вновь издав нечто невразумительное, Демон произнес:

– Я даю тебе на изучение неделю. Учи ее как хочешь и, пока не исполнишь ее так, как задумано, лучше не появляйся здесь.

Он протянул ему пластинку из белого металла, на которой было название мелодии, а стоило ею коснуться лба, как она зазвучала в голове.

– Этот ученик постарается выполнить наказ шифу.

Лу Чуньду кивнул, жестом приказав забрать гуцинь и уходить. Послушно исполнив наказ, Вэнь Шаньяо поспешил скрыться, буквально чувствуя, как терпение Демона сходит на нет. Исполни он еще раз эту мелодию, и тот бы зарезал его на месте, и ведь остальные бы поняли и простили.

Вернувшись в комнату, Вэнь Шаньяо положил на стол гуцинь, коснулся пластинкой лба и некоторое время слушал мелодию. Перед закрытыми глазами появился облик Демона, который неторопливо перебирал пальцами струны. Нужно только повторить за ним, это ведь не так трудно. За неделю он способен выучить столь простую мелодию.

Вот только ближе к вечеру в его комнату ворвались встревоженный дух и Шэнь Лэйбао. Первый держал наперевес сковородку, второй – меч.

– Сюда пробрался демон?!

– Что это за отвратительные звуки?!

Со стороны двора послышалось возмущенное кудахтанье курицы Жоу.

Тяжело вздохнув, Вэнь Шаньяо молча указал на гуцинь, который готов был треснуть пополам, лишь бы новый хозяин больше не прикасался к нему. Луань не выдержал и сплюнул, опустив сковородку и ворча под нос ругательства. Подхватив Жоу, он скрылся с ней в пристройке, выглянул спустя пару секунд и крикнул:

– Лучше бы это был демон! Он хоть замолкнет, когда помрет!

– Ты обучаешься искусству мелодии? – догадался Шэнь Лэйбао, спрятав меч в ножны.

– Пытаюсь. Младший мастер Лу дал задание выучить одну из мелодий за неделю… Неужели звук настолько плохой?

Полукровка открыл было рот, пытаясь найти слова, но все же кивнул.

– Наверное, мне лучше уйти отсюда, – догадался Вэнь Шаньяо. – Найду место на отдаленном пике и буду там обучаться.

– Если нужна будет помощь…

– У полукровок более чуткий слух, чем у людей. Боюсь, мою музыку ты не выдержишь.

Шэнь Лэйбао с неохотой кивнул, больше не предлагая помощь.

На следующий день Вэнь Шаньяо, обойдя горные пики, до которых допустил его Лу Чуньду, выбрал уединенное место. Оттуда не было слышно жутких звуков гуциня, хотя и обитающие там животные спешно покинули гору, стоило прозвучать первым нотам. Оставшись лишь с ветром, что шелестел над головой, путаясь в ветках деревьев, Вэнь Шаньяо раз за разом исполнял мелодию. Пальцы покраснели от впивающихся в кожу струн, а гуцинь каждый раз издавал жуткие стоны и завывания. Словно Вэнь Шаньяо мучил животное, а не играл на инструменте.