Чтение онлайн

– Император – идиот, – тихо фыркнул Вэнь Шаньяо.

– Братец Сяо, – с упреком покачала головой дева Хуа. – Какими бы правдивыми ни были твои слова, умей произносить их перед нужными людьми.

– Прости, – смутился тот.

Они еще некоторое время просидели, пытаясь понять, чем зацепила императора третья наложница. Девушки с восточных островов Сэньлиня слыли красавицами, однако не спешили выходить замуж за людей с материка. Какую же цену заплатил за нее император и не поэтому ли так злилась императрица?

Что-то заерзало за воротником Вэнь Шаньяо, и тот с удивлением достал оттуда зеленую горошинку, что на его глазах превратилась в бесформенного человечка. И когда только Демон подсунул ему своих слуг?

В ручках Доу сжимал записку, внутри которой незнакомым почерком был выведен заказ Вэнь Шаньяо. Прошло две недели с тех пор, как мечи оказались у кузнецов, и каждый день Вэнь Шаньяо с надеждой приходил к Демону узнать, не пришло ли письмо из Общины.

Попрощавшись с девой Хуа и забрав свой гуцинь, Вэнь Шаньяо поспешил в кузню. Его встретил седеющий кузнец и продемонстрировал свою работу. Только взглянув на новый меч, Вэнь Шаньяо невольно затаил дыхание – это было то, что ему нужно. Клинок был размером с полруки, но стоило слегка повернуть запястье, как тот бесшумно выдвигался, становясь размером с полноценный меч.

Спрятав оружие в специально изготовленные белые ножны с оранжевым орнаментом, он поблагодарил кузнеца и направился в сторону клана. Пояс приятно отяжеляло оружие, и Вэнь Шаньяо наконец-то не чувствовал себя беззащитным ягненком. С этим мечом он сбежит отсюда и надеется прихватить пару жизней.

Уже дойдя до гор клана, Вэнь Шаньяо с удивлением услышал тихую мелодию, зовущую его в лес. Свернув с дороги, он прошел в лесную чащу. Ветки здесь сплелись так плотно, что не пропускали лучи света, и под пологом стоял приятный глазу полумрак. То тут, то там мелькали светлячки с желтым брюшком, слетаясь на музыку, что напоминала журчание ручейка и звон бубенцов.

Вэнь Шаньяо с интересом шел на мелодию, выйдя к ручью с заросшими мхом валунами. На них, расчесывая длинные волосы цвета морской волны, сидели девушки. Их белоснежные тела прикрывала легкая полупрозрачная ткань с изящной вышивкой цветов, украшенная жемчугом, ракушками и драгоценными кораллами. Черные глаза были подведены алой сурьмой, а на лбу сиял причудливый синий знак.

Духи.

Девы, зовущиеся сяннюй, о чем-то переговаривались, а их смех был похож на звон колокольчиков. В руках некоторых можно было заметить старинные, вырезанные из драгоценных пород деревьев или хрусталя инструменты, будь то гучжен, пипа, эрху или сяо.

Порой сяннюй замолкали, и тишину прерывала мелодия, похожая на песню журавлей, ручья и леса. Слушавший их игру Вэнь Шаньяо невольно ахнул, ощутив, как сердце затрепетало от красоты, и он, как тогда, наблюдая за игрой Лу Чуньду, замер, не в силах оторваться от столь прекрасного зрелища.

Вэнь Шаньяо шагнул ближе, и под его ногами хрустнула ветка. Сяннюй обернулись и с испуганным вскриком спрыгнули в воду, растворившись пеной. Светлячки вмиг разлетелись, и в лесу стало до ужаса тихо.

– Постойте! – запоздало воскликнул Вэнь Шаньяо, но дев уже не было.

Подойдя к ручью, он подобрал брошенный гребень из белой кости, растерянно покрутив его в руке и оглянувшись. Везде были разбросаны заколки, деревянные коробочки с помадой и румянами, а также жемчужины разных цветов и размеров. Спугнувшие сяннюй люди стремились забрать все, что они тут оставили, порой не задумываясь, что большая часть из этих вещей – лишь иллюзия. И потому удивлялись, когда вместо монет и жемчуга из карманов доставали камни и водоросли.

Сев на ближайший валун, Вэнь Шаньяо уже собирался достать гуцинь, как неуверенно замер. Этот инструмент не любит его и не собирается ему поддаваться. Значит, нужно найти ему замену.

Тень вокруг Вэнь Шаньяо заклубилась, скользнув ему на колени прохладным потоком и приняв вид черного гуциня с такими же струнами и легкой дымкой в виде кисточки. Инструмент был холодным и плотным, но стоило Вэнь Шаньяо немного надавить, как обращался в дым, тут же по его воле собираясь обратно.

Первые ноты были без звука, но постепенно обретали плотность и голос. Они подобно грому прозвучали в тишине леса, постепенно складываясь в мелодию, что полилась под пологом. А ведь он и не догадывался, что тень способна и на такое.

Слышать чистый, прекрасный звук было непривычно, особенно после жутких завываний. Но все же у Вэнь Шаньяо получалось – неуклюже, неуверенно, порой с перерывами, но это было то, чего от него ждал Лу Чуньду.

В воде раздался всплеск, и на Вэнь Шаньяо взглянула пара черных глаз. Самая смелая сяннюй выглянула из воды, склонив голову и наблюдая за заклинателем. Послушав его некоторое время, она подплыла ближе, положила руки на камень рядом с Вэнь Шаньяо и не моргая взглянула на него. Ее сестры остались на противоположном берегу, они вновь забирались на валуны и доставали свои гребни.

Стоило Вэнь Шаньяо закончить мелодию, как смелая сяннюй вздохнула:

– Столь юное дитя, а уже облачен в форму заклинателей… как печально.

– Правда? А разве жить вечность – не в тягость вам?

– Откуда такое дитя может об этом знать?

Вэнь Шаньяо улыбнулся, но не ответил, и гуцинь на его коленях обратился в дымок. Сяннюй ахнули, с интересом взглянув на нежданного гостя.

– Я услышал вашу мелодию и хотел бы спросить: не научите ли вы меня так же играть?

– Это музыка духов, неподвластная рукам человека.

– Я бы мог оказать вам ответную услугу, – склонив голову, улыбнулся Вэнь Шаньяо.

Сяннюй переглянулись, и ближайшая к нему запрыгнула на камень. Ее нагота ничуть не смутила Вэнь Шаньяо, и та, поняв это, слегка обиженно запахнулась полупрозрачной тканью.

– И что же ты готов предложить нам, бессмертным девам?

Оглянувшись, Вэнь Шаньяо подобрал с земли баночку с румянами, взглянув на нескольких раскрашенных сяннюй. Их кожа была неестественно белой, как снег, а глаза – черными, как тьма ночи. Они так же восхищали, как и пугали. Когда-то все они были молодыми девушками, утонувшими в реках или погибшими в лесах. Охотница Минъюнь не всегда успевает собрать все души, и часть из них находят духи, забирая себе. Так рождаются светлые духи. Их трудно убить, и время больше неподвластно над их телами, но стоит все же умертвить духа, и душа больше не вернется к тетушке Фагуань. Они станут одним целым с миром, закончив круг перерождения раньше срока. Поговаривают, что верным жрицам в храмах принцесс Юэ и Син дозволено в следующей жизни стать духами, завершив перерождения.

Причиной же рождения темных духов зачастую является жуткая смерть. Их злоба и отчаяние настолько велики, что они живут только ради мести, а исполнив ее, умирают и также заканчивают круг перерождений.

Порой сяннюй пытались вернуться к истокам и вспомнить то время, когда еще были людьми, пусть у них и не осталось воспоминаний о прошлой жизни. Они все ближе и ближе подбирались к городам и селениям, пытаясь выглядеть как смертные девушки, но совершенно не умея скрывать свою природу.

– Я научу вас притворяться людьми.