Чтение онлайн

Он уже и забыл, как она выглядела до трагедии.

– Что ты нашел в этом теле? — ее голос напоминал шипение змеи.

– Сначала оно позволило понять их лучше, – ответил хозяин. — А потом я привык.

Она была прекрасна – это он помнил наверняка.

— Если пожелаете, я отброшу это тело, и мы сможем спеть, как...

— Не богохульствуй!
– перебила гостья гневно.

Стол с грохотом разломился пополам.

– Простите, - мужчина поклонился.

Ее взгляд скользнул по столу и усадьбе.

– Убери это.

– Когда такова ваша воля.

Хозяин щелкнул пальцами, и ветер исчез. Голубое небо пошло трещинами, разлетевшимися темными молниями, раскололи солнце, пробежали к горизонту и черным кружевом растеклись по полям, пока не добрались до дома. Без звука деревья упали, подкошенные незримым серпом, хижина рухнула, словно в детской книжке-складянке, и земля проглотила ее вместе с огородом. Трещины умножались, пухли, распространялись и через несколько секунд разорвали остатки света на клочья, после чего иллюзия окончательно исчезла.

Теперь оба стояли посреди огромного круга, выложенного серыми плитами. Когда-то они были ослепительно белыми, но их цвет утек из этого мира вместе с жизнью. Вокруг под толстым слоем пыли лежали иссеченные каменные дома — скелеты разрушенных стен, тонких башен, винтовых лестниц и лунных мостов. Руины казались могущественными, но рассыпались в прах от самого легкого прикосновения. Выстоявшие остовы деревьев торчали извитыми колоннами, их ряды выстраивались в привидения аллей. На ночном небе неподвижно пульсировала багряная жарина, под ее бледным сиянием мертвый город казался залитым кровью.

Пустошь. Пыль. Призраки старого мира. Ни ветра, ни звука, ни запаха. Лишь волны жгучего мороза от фигуры напротив.

Ее черные глаза скользнули развалиной.

– Ты поселился среди мертвых.

– Чтобы не забывать, как все началось.

— И потому смастерил себе уютную мечту?

— Чтобы не забывать, как это может быть иначе.

Он отвечал спокойно и рассудительно, словно обиды его обходили.

– У тебя всегда есть отговорка.

— Когда-то вам это нравилось… Владыка.

Риск ее прозрачных губ скривился.

— В этом месте титулы звучат как издевательство.

– Отзвук древних манер, - мужчина поклонился второй раз.

— Прошу прощения.

— Прощаю впервые и в последний раз. Лучше пользуйся любым именем... Гааде.

Он поклонился в третий раз.

– Как предпочитаешь, Гадро. Чем обязан такому внезапному визиту? Честно говоря, я решил, что ты забыла о моем существовании.

– Я не забываю никого и ничего, – процедила Гадра. – Я прибыла из уважения к тебе. Прибыла известить, что твое время совпало.

Багровые глаза блеснули.

– Ты говоришь о войне.

– Я говорю о обретении нового мира.

Теперь ее голос напоминал скрежет тупого лезвия по покрытому изморозью стеклу.

— Значит, слухи не лгали... Ты хочешь захватить другую сторону.

– А ты сделаешь это вместе со мной.

Он колебался только мгновение.

– Ладно. Но прежде прошу выслушать. Я почти кончил...

– Безразлично, – оборвала Гадра. — Неважно, что ты кончил. Не трать сил на эти игрушки. Слишком много времени потеряно, Гааде. Недопустимо многое.

Пряди ее волос-темноты встали дыбом, обернулись черными лезвиями.

– Пока ты на протяжении веков сидел в теплом мираже, мудрствуя над пустоплодными выдумками, мои подданные страдали в чужом мире. Мелчали, вычихали, чахли. Рассеянные и одинокие, они бежали и прятались, бежали по норам и пещерам... Распыленные по всему миру, они потеряли корни — и забыли родину.

Лезвия закружились вокруг ее головы размытым черным нимбом.

— Их потомки лишились даже собственных имен! Дуэнде. Аббатство. Обакое. Туурнгаит. Джинны. Туата Де Данан. Мерзкие прозвища, крающие слух! Чужая перемолола всех.

– Не всех. Кое-кто стал правителем.

– Когда это было, Гаад? Очмемся. Практически всех уничтожили. А на кого выродились остальные? На домашних уродах. На пугливых кручей. На сказки, которыми пугают тамошних детей, — скрипнула Гадра. – Какой стыд! Мои подданные, могучие и гордые... Превратились в жалких никчем.

— Трагедия сменила всех выживших...

– Нет, колдун! их сменили люди!

Гаад промолчал.

— Мне противно. Мне яростно. Мне больно, – шипела Гадра без всякого оттенка эмоции. — Это произошло по моей вине. Несчастные искали лучшее место для жизни — а я, их правительница, не могла дать ничего, кроме бегства в чужой мир. Один за другим они шли на другую сторону, уставшие от ожидания, не могут больше проникнуть здесь. Я считала, что это временно, что их дети вернутся, когда мы все исправим... Но тут уже ничего не исправить.

– Гадро, мы...

– Полно!

Тон ее ледяного голоса не изменился, а черные лезвия волос превратились в ветвистые рога.

– Все остальные признали поражение. Горана, Гарог, Гумара, Горс... Все Круг отказался. Настал твой черед, отшельник. Вы, великие чародеи и умники, тысячами лет кормили меня лживыми медовыми обещаниями.

– Позволь мне кончить, Гадро. Смотри!

Он указал на дуб, единственное живое дерево, замершее на краю развалин, словно усталый скиталец посреди пустыни.

– Присмотри к этому чуду! Перед тобой наш шанс. Настоящий шанс на возрождение. Я...

— Где я должен увидеть чудо? В дереве? – перебила Гадра. — Ты издеваешься надо мной, Гаад? Что нам из этого несчастного дерева? Оно заставит светило проснуться и двинуться по небосводу? Оно исцелит землю, оживит воду, возродит ветер? Вернет ли оно время в прошлое?

Гаад нахмурился.

– Мне безразлично к твоим выдумкам. Ты дважды потерпел неудачу, хотя перед каждой разболтал о шансах на возрождение. Я не должна слушать тебя... Я не должна слушать ни одного из вас, сладкоголосых лжецов! Вы ничего не исцелили, — тьма потекла из ее глазниц. — Мы могли перейти на другую сторону сразу после трагедии. Тогда, на рассвете эпох, когда они бегали в шкурах и молились дыму, мы могли стать их богами навсегда! Но я разрешила отказать себя. Поверила в возможность спасения.

— Эта возможность до сих пор существует.

– Недопустима наивность с моей стороны, – Гадра проигнорировала его замечания. — А между тем эти жадные невежды приходили сюда, один за другим... И мы поили их силой.

— Но забирали их взаимную силу.

– И что из нее? Она поила нас, а этот мир все равно рассыплется на пыль. Тем временем они научились летать и убивать на расстоянии без волшебства! Ни один из ваших кругов не мог этого предвидеть.

Ее волосы превратились в гнездо змей, бросавшихся по сторонам, словно пытались укусить невидимых врагов.