Чтение онлайн

– Будь по-твоему, – её опасения казались мне совершенно логичными, а спорить в такой ситуации значило бы только вызвать лишние подозрения.

Шагнув к коромыслу, я без труда водрузил его на свои плечи, заставив всё ту же девчонку меленько захихикать, и мы с Василисой направились к её дому.

Получив свиток, я, не отходя от крыльца, смочил его собственной кровью и поместил на пояс вместо банки с зельем лечения. Случись какая беда, сразу сюда улечу, не предпринимая попыток забороть врага всеми силами. Вообще-то, с точки зрения логики и человеколюбия, мне следовало бы прямо сейчас улететь в Ойнон, предупредить тамошние власти, если они ещё есть, а потом опять прилететь в Солёную, уже чётко зная, можно ли отправлять рыбаков на Го, или нет. Но делать я этого не стану. По одной дурацкой, можно даже сказать, бюрократической, причине. Система, чтоб ей было пусто, рассчитывает мой вклад в спасение мирных жителей в тот самый миг, как я покидаю один из вверенных мне островов. Здесь я пока вообще ни черта не сделал, а что меня ждёт в Ойноне – одному Богу ведомо. Таким образом, верный, на первый взгляд, манёвр может привести к тому, что мне две трети квеста запишут в «проваленное», и Сцевола не то что не выдаст мне следующее поручение, а ещё и санкции какие-нибудь наложит.

Посему, я совершил привязку у деревенской стелы и бодрым шагом отправился вдоль линии прибоя к здоровенной стае морских куриц, пасущихся на мелководье метрах в ста пятидесяти дальше по берегу. Свободное время надо использовать с максимальной пользой. А то Даная уже вон какие фокусы с кровью откалывает, а я до сих пор двух слов связать не могу. В том смысле, что знаю всего одно заклинание и даже повторить его дважды возможности не имею из-за нехватки маны. Кстати, я по-прежнему не в курсе, как запас этой самой маны расширить. И карты архипелага у меня нет. Вот где я сейчас, на Кайноре или на Фестии? В задании-то острова перечислены, а пастырев секретарь выдал мне свитки до городов. И у местных не спросишь. Что это за особо уполномоченный посланец, который не знает, куда, собственно, он прилетел? Позорище! А виной всему этому крышесносный темп, который задали, в первую очередь, Стас с Кристиной. Я только и успеваю, что прыгать из одной заварушки в другую, теряя тапки, и подбирать крошки с чужих столов. Теперь вот кто-то Игнатия ухайдакал…

Когда до куриц осталось шагов пятьдесят, меня осенила внезапная мысль. Вряд ли заполошный и совершенно бессмысленный, с точки зрения неписей, бой прибавит мне веса в глазах рыбаков. Но не бросать же такую пачку, по сути, халявного опыта? Решение было найдено моментально, и я свернул в джунгли, подбиравшиеся вплотную к узкой полоске пляжа. Привычный к тому, что в подобных локациях для меня нет опасных противников, я почти бежал, сжимая в правой руке Волчий укус и держа левую свободной. Эта небрежность едва не вышла мне боком, когда из зарослей с диким рёвом выскочил пернатый медведь. Сообщение о засаде возникло в логе за секунду до нападения, но я не сплоховал и резко вильнул вбок, пропуская мимо себя когтистую лапу.

Попадание! Вы наносите потэрру 38 урона. Отравление.

Ещё не понимая толком, с чем столкнулся, я продолжил движение, скакнул за дерево, выхватил меч Сагуру и, притормозив врага словом силы, стал разбираться. И правда, медведе-птиц. Когти с клыками и габариты от косолапого, а зелёные с перламутровым отливом перья – от какой-то пичуги тропической. Двигалось чудище всем тиграм на зависть, ударом лапы в лёгкую вешало кровотечение, укусом травило, и неизвестно ещё, чем бы наша встреча окончилась, кабы второе заклятье не отправило его в глубокий нокаут. Выдав шесть кряду критов по распластавшейся туше, я получил целых двести пятьдесят очков опыта и облегчённо перевёл дух. Разнообразие – это, конечно, весело, но мне ж с такими врагами никаких зелий не хватит. Хоть я и наварил разжижителей натурально, как на войну.

До куриц уже было рукой подать, и я рассудил, что можно рискнуть и, пока что не обновлять стёршиеся с клинков смазки. Уж этих-то и без того уработаю. Спрятавшись в прибрежных кустах, я начал швыряться в стаю камнями, в надежде на их стадный инстинкт. Инстинкт не подвёл. Стоило одному из снарядов угодить в испуганно запищавшего цыплёнка, как всё пернатое воинство сорвалось с места, чтобы бесславно погибнуть в джунглях и подарить мне полторы с лишним тысячи опыта. Дальше фарм пошёл своим чередом. Я, не спеша, продвигался вдоль берега, вырезая всякую морскую и не только живность и собирая травки. Около часа спустя мне встретились новые представители здешнего бестиария, а именно, коралловые жемчужницы. Эти, в отличие от своих обычных товарок, были целиком покрыты разноцветными грибовидными наростами, долженствующими, очевидно, изображать кораллы, и за счёт этого имели просто дикую бронированность. Промучившись с ними минут десять, я получил пятьсот десять опыта и три розовые жемчужины, после чего признал данный вид деятельности нерентабельным и стал углубляться в джунгли. За время пути я уже нашёл парочку стоящих ингредиентов, каких не встречал на Имброне, так почему бы не поискать ещё? Очень скоро моя инициатива была вознаграждена сразу двумя находками. Молоденьким огнедревом, готовым пожертвовать мне немного смолы, и короткой порослью черепашьей травы у ручья.

Восприятие – успех. Вы обнаружили загадочный знак.

Заметив краем глаза какое-то шевеление в логе, я горным козлом скакнул в сторону, просто на всякий случай, и только потом прочёл само сообщение. Ага, вот и знак… Наклонившись, я внимательно изучил подсветившийся участок на древесном стволе. Некогда, кто-то содрал с него часть коры и вырезал в податливой мякоти аккуратный ромбик. Потом заполнил пространство внутри фигуры узором, напоминавшим раковину улитки, и воткнул в самый его центр деревянный колышек, толщиной с три связанных в пучок зубочистки. Скорее всего, автором этих художеств был кто-то из дикарей, но вот каких, грамлов или абомо, я сказать не мог. Как и понять, в чём смысл данного знака. Минут пять я потратил на то, чтобы обнюхать все окрестные деревья, но так ничего больше и не нашёл. Вернулся обратно и, поколебавшись мгновение, выдернул колышек из рисунка.

Честное слово, лучше бы я этого не делал. Как только импровизированная затычка покинула ствол, из него тут же высунулось сморщенное лицо старухи-абомо. Не покидая целиком своего жилища, призрачная карга выпростала вперёд руки, вцепилась мне в плечи, и провыла:

– Айгоана-а!

Я ещё успел отшатнуться, оставляя в её узловатых пальцах ошмётки хитпоинтов, а потом старуху, словно пылесосом, втянуло обратно в дерево, а картинка перед моими глазами окрасилась в чёрно-белый цвет. Выпрямившись, я механически размахнулся и шарахнул Волчьим укусом по магическому узору. Потом опять и опять… Чувствуя себя слегка заржавевшим Железным дровосеком, я продолжал кромсать несчастное дерево, не в силах справиться с опутавшей меня ворожбой. Долбанный лог молчал, как всегда, когда речь шла о ментальных атаках, не пытаясь даже приблизительно подсказать, как скоро ко мне вернётся контроль над телом.

Ловушка. Вы получили 23 урона. Вы истекаете кровью (3 урона за 5 секунд, сроком на 30 секунд). Травма – частичное ослепление, сроком на 5 минут.

При очередном ударе измочаленный рисунок взорвался, будто от выстрела из картечницы, и меня посекло разлетевшимися во все стороны щепками. Но это ещё пол беды. Лишившееся опоры дерево, с многообещающим хрустом начало заваливаться в мою сторону, а я только и мог, что стоять столбом, да моргать единственным уцелевшим глазом.

Ловушка. Вы получили 110 урона. Травма – перелом рёбер, сроком на 60 минут.

Густая трава рядом с моим лицом дёрнулась и снова позеленела. Я попытался выругаться, но лишь зашипел придушенным змеем. Тут не до матюгов, воздуха бы набрать в лёгкие… Немного подёргавшись, я понял, что есть две новости, хорошая и плохая. Плохая заключалась в том, что застрял я конкретно. Хорошая – мне не придётся закалывать самого себя Волчьим укусом или ждать, пока сюда явятся хищники, чтобы избавить меня от страданий. Всё благодаря свитку телепортации, предусмотрительно помещённому мной на пояс. До мешка, который расплющило по земле вместе со мной, я бы никак не добрался. К счастью, и необходимости в этом нет. Что же до мерзкой ведьмы, добить меня она не удосужилась. Видимо, вырвалась из темницы и отправилась в края вечной охоты, а может, ещё по каким делам. Самое обидное, что мне, за мои страдания, ни одного очка опыта не упало, словно я не душу людскую освободил, а в яму с кольями провалился. Болезненно кривясь, я стянул с пояса волшебный пергамент и просипел ключ-слово.

Что же теперь, бежать к Василисе за новым свитком? Я заложил руку за голову, глядя в небо, поскольку магия крови перенесла моё тело точно в том положении, в котором оно находилось в момент телепортации. Пожалуй, нет. До возвращения рыбаков осталось не больше часа. Пройдусь ещё самую малость в другую сторону, прибью кого-нибудь и обратно вернусь. Это уж всяко лучше, чем валяться без дела и облака считать.

– Дядь! Дядя! – закричали деревенские ребятишки, увидев, куда я намылился.

Недоумённо остановившись, я обернулся к ним и поморщился от стрельнувшей в сломанных рёбрах боли. Орать что-то в ответ не стал, просто дождался, пока они ко мне подбегут.

– Не ходи туда! – вперёд выступила жутко смущающаяся девчуля лет десяти. На вид в этой шайке, она была самой старшей.

– Отчего же? – я стянул шлем, как и во время разговора с Василисой.

– Там Яовая, – пояснила она, теребя подол штопанного-перештопанного платьица.

– Яовая? – я присел, чтобы быть вровень с ней, и попытался скорчить дружелюбную мину. – Кто ж это такая?

Опыта общения с мелкими у меня почти что и не было, так что действовал я скорее интуитивно. Тем не менее, простенький приём с рифмой сработал. Дети заулыбались, а девочка даже подняла на меня глаза.