Чтение онлайн

Убил змею иль выманил до срока.

Коль выползет чудовище живым,

Мы все, дабы зубов избегнуть, живо

Ножам и копьям ловкий ход дадим».

Все согласились и, найдя огниво,

Псов отозвали, пук травы зажгли

И в логово забросили ретиво.

То для змеи была погибель, и

Она, такого снесть не в силах ада,

Наружу вырвалась из-под земли.

Тут бросились и донны все на гада,

И свора, кровожадна и люта,

Из коей сдохли многие от яда.

Но смерть змее приготовляла та,

Чьей воле подчинились донны с жаром

И, как мне думается, неспроста.

Якопа сокрушительным ударом

Ей отрубила голову, явив

Отвагу, баснословную недаром.

Все славили успех наперерыв,

Вдруг зрят приплод змеиный – шесть, не мене,

Чьи тоже грозны зубы и извив.

Убили всех без недоразумений,

Поскольку ядовитый дым почти

Их удушил, я чай, в подземном плене,

Так что едва-едва могли ползти.

Картиной этой сыт, я взгляд пытливый

На запад поспешил перевести;

Предстала дерзновенной и красивой

Мне Циццола Фаччипекора там,

Шагающая в гору горделиво.

Вот подошла она к густым кустам,

Но в злобном лае вдруг зашлись собаки,

И леопард за нею по пятам

Метнулся, изготовившись к атаке.

Пер. В. Ослона

Песнь XIII

Она не растерялась и из лука

Стрелу пустила, так что он осел,

Лишившись сил и не издав ни звука;

Вторая из её прицельных стрел

Пробила грудь и сердце размозжила,

И вышел дух из зверя; я узрел,

Как свора тут же тело окружила

И стала рвать, толкаясь и рыча,

Как будто храбрость выказать спешила.

Но тут пронёсся, гулко топоча,

Олень проворный, и за ним младая

Биянкола Карафа, горяча

И на ногу легка, красой блистая,

Увенчана венком из орхидей,

Помчалась, как на крыльях возлетая;

Две или три собаки вместе с ней

В погоню припустились что есть мочи,

Однако был беглец куда резвей.

Но веткой иль какой помехой прочей

Замедлен он, и в тот же миг стрела

Вошла в гортань, и трепетные очи

Предсмертная тоска заволокла,

И пал он, недвижим, к ногам стрелявшей,

Которая того лишь и ждала.

Вдруг в роще я узрел, глаза подъявши,

Двух восхитительных пригожих дев,

Что с грацией, всегда меня пленявшей,

Чело в гирлянды алых роз одев,

Как два багряных светоча, спускались

С горы средь зеленеющих дерев;

Туники за плечами их плескались,

Столь прелести они несли в себе,

Что, мнилось, свет и ветер к ним ласкались.

Шли дружно, успевая при ходьбе

Шутить и петь, но каждая держала

Колчан и лук готовыми к стрельбе;

Вдруг видят, что пантера пробежала

По косогору; протрубила в рог

Кубелла Эмбриака, поддержала

Её Танцелла, дав тройной свисток,

И свора тут же яро полетела

За зверем, что пустился наутёк.

Однако, всех опередив, Ковелла

Всадила три стрелы пантере в лоб

По оперенье, и уже мертвела

Добыча; зверь когтями землю скрёб,

Ослепнув и в бессилии кружась,

И рухнул вниз. Его, бреша взахлёб,

С десяток псов, уже не сторожась,

Догнали и прикончили нещадно,

Пока туда Ковелла пробралась.

Угроза, столь же зла, хоть заурядна,

Танцелле выпала, когда на зов

Спешила к Якопелле безоглядно:

Ей выскочил навстречу из кустов

Свирепый тур, ярясь неудержимо,

Удар смертельный нанести готов;

Пред ним она застыла недвижима.

Пер. В. Ослона

Песнь XIV

Лишь миг, и на скалу она взлетела,

Трубила в рог, собак своих звала,

По лесу разбежавшихся без дела,

И криками на тура их гнала:

«Ату его, Кусок, ату, Кусака,

Ату, Дракон!» И свора подняла

Истошный лай, и каждая собака

Металась, норовя схватить – кто бок,

Кто круп, кто ухо, – но вотще, однако;