Чтение онлайн

Потом Лестер, кланяясь, ушел, заверив меня, что несколько костюмов и обувь будут готовы уже к утру. Оставшись одна, я основа закрылась изнутри, но все же не решилась раздеться. Стоило столько времени себя истязать, чтобы проколоться в последний момент!?

Мысленно обратившись к Шуше, которая, едва мы оказались в замке, незаметно соскользнула с моей шеи и скрылась в кустах, я убедилась, что с ней всё в порядке. Наевшись в конюшне мышей, змейка сейчас отдыхала на сеновале. И я решила, что пора и мне отдохнуть!

С сожалением покосившись на выглядывающий из-под вышитого золотыми узорами синего покрывала краешек белоснежной постели, я растянулась, как была в одежде, на кровати, не разбирая ее, и мгновенно уснула.

Разбуженная стуком, я поднялась и, пошатываясь, натыкаясь спросонья в полутьме на немногочисленную мебель, открыла лакею, толкавшему перед собой тележку с ужином и двумя тяжелыми подсвечниками с двумя свечами, один из которых он поставил на мой стол.

Отпустив слугу, я в предвкушении открыла куполообразные крышки, которыми было закрыто каждое блюдо. В итоге мой скромный ужин состоял из пышного омлета, двух жареных перепелов и чего-то, напоминающего жульен из грибов. Вместо хлеба были маленькие булочки, а запить все это богатство предлагалось кружкой какао!

Судя по напольным часам, сейчас было восемь часов вечера. Неужели у них всегда такой поздний ужин? За окном было почти темно, а в комнате еще темнее. Обычно я так поздно дома никогда не ужинала, а уж тем более такими плотными и калорийными блюдами. Но, резонно предположив, что вряд ли в академии меня будут кормить хотя бы на половину так, махнув рукой, решила наесться напоследок, о чем совсем скоро пожалела.

Несмотря на удобную, прямо-таки воздушную постель, в которую я нырнула, полностью раздевшись, я долго не могла уснуть, чувствуя неприятную тяжесть в переполненном желудке. И слышала, что снова, как днем, кто-то пытался открыть дверь моей комнаты. Мне стало жутко. И я опять похвалила себя, что предусмотрительно закрыла дверь на щеколду, а еще придвинула к ней большую напольную вазу. Если кто-то умудрится открыть дверь, то эта толстобокая расписная бедняжка пропоет по себе поминальную тризну.

К счастью, несмотря на мои опасения, больше меня никто не побеспокоил, а рано утром, едва я успела одеться, как явился портной. Сегодня у него был наряд, состоящий из фиолетового камзола и оранжевых лосин.

Не знаю, какой из него портной, но модельер из него просто никакусенький! Он был совершенно не искушён в вопросах подбора цветовых сочетаний в одежде и, вероятно, даже не имел представления о том, как определить цветотип человека. Поэтому я была рада, что смогла чётко ограничить его выбор цветов.

Как ни странно, но костюмы получились просто великолепные! И их было не четыре, а пять! А кроме того, из них вполне можно было комбинировать другие сочетания.

Пояс вышел ровно таким, как я хотела, и мне не терпелось как можно скорее примерить свой лайфхак для придания моей фигуре необходимых очертаний, и при этом заменить плотную ткань мундира дышащим хлопком.

Две пары черной обуви меня вполне устроили. Но особенно меня порадовали трое трусов – боксеров! И мне просто не терпелось поскорее примерить всю эту красоту! Широко улыбаясь, я с чувством потрясла руку портного, благодаря за чудесно проделанную работу.

И тут в приоткрытую дверь заглянул Бьерн. Настороженно бросив взгляд на поклонившегося ему портного, улыбнулся мне.

– Ну что, готова?

Я кивнула, а потом, скорчив печальную мордашку, указала в район желудка, показывая, что голодна.

– Да, я тоже еще не завтракал. Я распорядился, чтобы здесь накрыли завтрак на две персоны. Поедим, и сразу выдвигаемся.

Портной тихо выскользнул за дверь. Я открыла было рот, чтобы что-то спросить у мужчины, но он показал мне знак молчать и, наклонившись к самому моему уху, прошептал:

– У стен есть уши, а у этого замка они особенно большие! В академию я еду один тебя провожать, так что поговорим по дороге. Мне нужно о многом тебя предупредить!

Глава 43. Академия

Элея

В белоснежные, словно принадлежавшие не мужской магической академии, а институту благородных девиц, ворота, мы въехали ближе к полудню. Бьерн достал из внутреннего кармана камзола какую-то бумагу и показал ее стражам. Те бросили на моего спутника уважительный взгляд, а затем с любопытством уставились на меня, при этом указав нам направление в сторону административного корпуса.

Наши кони зацокали по белоснежным плитам аккуратной дорожки, ведущей между яркими клумбами и белоснежными скамейками прямо к такому же белоснежному зданию. Надеюсь, внутри него будут и другие цвета, а то пока мне казалось, что мы находимся на территории больницы из моего мира, настолько стерильным здесь все выглядело. А еще разительно отличалась архитектура зданий академии и двух знакомых мне замков.

Наша дорожка шла прямо от ворот, а справа и слева от нее радиальными лучами расходились дорожки к жилым и учебным корпусам. Я с ностальгией вспомнила свою учебу в техникуме.

На территории академии было безлюдно, и, кроме нас, лишь садовник где-то за кустами громко щелкал ножницами, отчего кони взволнованно прядали ушами.

Судя по еще довольно раннему времени, шли занятия, чему я была рада. Мне требовалось время, чтобы осмотреться и настроиться на встречу с желчным тестостеронистым молодняком, с которым мне теперь придется какое-то время выживать. Хотелось бы надеяться, что недолгое. Но тут уж как пойдет.

Бьерн остановился у ступеней трехэтажного административного корпуса и спешился. Я мысленно окликнула Шушу и поторопила ее переползти на меня. Змейка высунула из седельной сумки свою острую мордочку и, «понюхав» языком воздух, скользнула мне в рукав, щекотно спустилась вниз и, обвив собой мою талию, замерла совершенно незаметной под темно-синим камзолом.

Мы с ней решили, что пока я не разведаю, что здесь к чему, Шуша будет прятаться под моей одеждой, не используя свои камуфлирующие способности. Ведь кто знает, вдруг здесь найдутся ученики или преподаватели с настоящим сканирующим взглядом.

Оставив коней у коновязи, мы поднялись по широким каменным ступеням. Они были такие же белоснежные, как и само административное здание, белые и идеально отполированные. По такой красоте даже страшно было подниматься, хотя на мои новые полусапожки, большие напоминавшие гриндера, грязь еще не успела пристать.

– Ну, проходи. Все помнишь? – я вздрогнула и, увидев перед собой распахнутую дверь, быстро проскользнула внутрь и, оглянувшись, кивнула.

За несколько часов пути из замка герцога мой наставник старательно вколачивал мне в голову инструкцию выживания в мужском серпентарии. Ведь, как следовало из его слов, отношения в мужском коллективе мало чем отличаются от женского, разве что тем, чем именно меряются соученики. Девушки, как правило, красотой, а мужчины силой да ловкостью. А у меня в этом теле не было ни первого, ни второго. Была лишь хитрость, с помощью которой мне и предстояло выкручиваться.