Чтение онлайн

– Нет, - ответила она.

– Нет?
– переспросил он, не веря своим ушам.

– Нет, - твердо повторила она.

– В чем дело? Вы нездоровы? Никто никогда не говорит "нет" предложению стать звездой.

– А я говорю, - произнесла она тихо.

***

– Сейди, у нас ведь с тобой было все так здорово. Где же сбились мы с дороги?

Мы. Еще имеет наглость говорить "мы". Какой же Росс Конти себялюб, помешанный на самом себе эгоист!

Так что он еще ей такого скажет?

Она помахала Уоррену Битти и Джеку Николсону, которые, опоздав, только-только появились.

– Иногда проснусь среди ночи, - продолжал он, - и думаю про себя: почему тут не лежит Сейди? Почему нет ее рядом?

С мягким теплым телом и с дивными большими сиськами.

Этот мужик по-прежнему называет их сиськами. Прямо ей в лицо. И думает, что ей это льстит. Он что, ничего не слышал о движении феминисток и сексуальной революции? Вяжется к ней как к дуре-девке, которой зубы заговорил - и тащи в постель.

Бедный Росс. За эти долгие годы так ничему и не научился.

А он совсем разошелся.

– Я хочу тебя, Сейди, - шептал он.
– Я так тебя хочу, что, если ты сунешь ко мне сейчас руку под столом, почувствуешь, как сильно я хочу.

***

– Желаю, чтобы меня отвезли домой, - сухо бросила Фрэнсис Кавендиш.

– Сейчас?

– Нет. Можно и завтра утром.
– Она прищурила недобрые глаза.
– Сию же минуту, Бадди.

– Но вечер-то как раз и начинается.

– А для нас он как раз кончается.

На какое-то мгновение он подумал, что надо бы послать ее куда подальше. В конце концов, он теперь - в "Людях улицы".

Кому нужна Фрэнсис Кавендиш? Но здравый смысл взял верх, и он решил отвезти ее домой, потом вернуться на прием, отозвать Ангель в сторону и поговорить с ней начистоту.

– Поехали, - сказал он, довольный своим решением.

– Я должна попрощаться с Конти.

На это он и рассчитывал. Пока Фрэнсис благодарила Элейн, он поспешил к столику Ангель, наклонился к ней и сказал:

– Мне надо отъехать кое-куда, но через двадцать минут я буду обратно, нам надо поговорить.., и чтоб не встревали никакие охломоны. Уж это ты должна бы для меня сделать?

Она нахмурила брови.

– Я тебе ничего не должна. После того что Шелли мне рассказала...

– Что тебе рассказала Шелли?

– Что ты и она...
– Ангель запнулась, не в состоянии повторить.
– Это правда?

Пропади пропадом эта Шелли! Она что, опять болтала с Ангель, а ему не сказала?

– Что происходит, дорогая?
– спросил мужчина в кудряшках, сидевший слева от нее и теперь ухе не такой ослепительный, а, наоборот, неряшливый и растрепанный. Ангель пропустила его слова мимо ушей и отодвинулась от стола.

– Ладно, давай поговорим. Уединимся где-нибудь, где тихо и...

– Бадди, я жду, - скомандовала, подходя к ним, Фрэнсис Кавендиш.

– Через двадцать минут, - в отчаянии прошептал он хрипло.
– Вот только отвезу эту бабу домой. Вроде как моя работа, понятно?

Она печально кивнула. Бадди не меняется. Что толку разговаривать с ним?

***

– Уверяю тебя, Монтана, она подходит. Больше, чем все, кого пробовали, - волновался Оливер.
– Я хочу, чтобы ты с ней поговорила. Тебя она послушает. Когда...

– Что, по-твоему, могло случиться с Нийлом? Может, позвонить в полицию?
– перебила она, тревожась.

– Ты что, спятила? Я тебе рассказываю об идеальной Никки, а ты несешь про полицию.

– Я беспокоюсь за Нийла.

– Он взрослый парень.

– Правда?

Сарказм ее от него отскочил как горох от стенки.

– Ладно тебе, забудь о Нийле - он и сам может за собой присмотреть. Девушку зовут - ты можешь в это поверить?
– Ангель.

Мне кажется, мы можем называть ее Ангель Ангели - пресса за это ухватится. Пойдем, Монтана, поучишь малышку уму-разуму.

В кино все хотят сниматься.

Глава 38

Он испытывал оргазм. Извержение солоноватых сгустков эссенции жизни.

А Тяо Лин прямо у него под носом расколола маленькую стеклянную ампулу с амилнитритом.

Извержение за извержением.

Жизни сладкие желания. Оргазм бесконечный.., нирвана-рай.., блаженство.

А потом боль. Такая внезапная. Такая неожиданная.

Мучительная боль пронзила молнией и крепко сдавила всю грудь и бок с такой силой, что мочи нет терпеть.

– О господи!
– сказал он. По крайней мере ему показалось, что сказал, но слов своих он не слышал.

Член его все еще был тугим, все еще пульсировал, но удовольствия уже не было, и уже не вырвутся из него слова, которые поведали бы миру, что он проваливается в бездну.

Ни одной из женщин и в голову не пришло, что что-то случилось. Тяжесть его тела Джину не беспокоила, напротив - только усиливала блаженство ее мгновения экстаза. А потом, когда мгновение это прошло...

– Нийл!
– пробормотала она.
– Нийл, пожалуйста, подвинься, ты меня раздавил.
– Она повысила голос.
– Нийл!
– Она пыталась столкнуть его с себя.
– Кончай валять дурака - не смешно.

Он простонал.

– Мне.., не.., хо.., рошо.

О, нет! Только не сердечный приступ. Не на ней. Не в ее доме.

Ой, только не это!

Она запаниковала и попыталась его с себя сбросить, но ее влагалище сжалось самым причудливым образом.

– Слезай с меня!
– взвизгнула она.

Боль, сдавившая ему грудь, чуть утихла, и он силился вырваться из влажной ее хватки.

Более странного ощущения он никогда не испытывал.

Не может вытащить свой член. Словно пенис его сжали тисками.

– Джина, что-то случилось, - вяло промямлил он.

– Прекрати, Нийл, - обрезала она сердито.

Ах, если бы он только мог!

Глава 39

– Всю жизнь буду помнить, и никогда мне этого, малышка, не забыть: никогда ни с кем больше мне не было так, как с тобой.

И ты ведь это чувствуешь, да?

С одной стороны, Сейди хотелось, чтобы он умолк. Но она наслаждалась каждым мигом, пока он ее охмурял.

– Разве ты не знаешь, что у нас с тобой было самое лучшее?
– гнул свое Росс, которому очень хотелось, чтобы Фил и Рик приглушили свои проклятые динамики.