Чтение онлайн

– Здравствуйте, это Серена, ваш представитель службы поддержки клиентов, – раздаётся бодрый женский голос в телефонной трубке.

– Здравствуйте, – я прочищаю горло. – Мне нужна помощь. С моего счёта исчезли деньги.

– О боже, – сочувственно говорит Серена. Я внутренне киваю: да, именно о боже. – Посмотрим, что у нас тут.

Я диктую все данные, потом слушаю на другом конце провода стук по клавишам с переменными паузами.

– Извините, система сегодня ужасно медленная, – бодро комментирует оператор. – Один из тех дней, понимаете?

Мне совсем не до светских разговоров.

– Ага.

– А, вот! – вдруг оживляется она. – Снятие было произведено два дня назад Энцо Аккарди, вторым владельцем счёта. Это ваш муж?

– Да, но… – я хмурюсь. – Мой муж не…

– Вы хотите сказать, что он не снимал деньги?

– Нет, я просто… думала, он бы мне сказал. Наверное… забыл.

Серена ненадолго замолкает. Видимо, реагировать на семейные драмы не входит в её должностные обязанности.

– О. Ну… я уверена, он просто забыл, – говорит она с неловкой, чуть покровительственной ноткой. – Могу ли я ещё чем–то вам помочь?

Да, можешь – объясни, почему мой муж снял тысячу долларов, ничего мне не сказав.

– Нет, спасибо, – бормочу я и кладу трубку.

Минуту просто смотрю на экран. Я уже безнадёжно опаздываю, но не смогу сосредоточиться, пока не поговорю с Энцо. Странно, почему эта мысль тревожит меня так сильно. Я ведь доверяю ему. Если он снял эти деньги, значит, у него была на то причина. Должна была быть.

Я нахожу его имя в списке избранных и нажимаю вызов. Он редко отвечает днём, но после истории с Нико стал поднимать трубку почти сразу.

– Милли? – голос Энцо насторожен. – Что случилось?

Он понимает, что я звоню не просто так.

– С нашего счёта пропали деньги, – говорю я.

Я ожидала всплеска итальянских ругательств – привычной реакции Энцо на любой финансовый сбой. Но в трубке повисает тишина. И этого достаточно, чтобы понять: для него это не новость.

– Я выписала чек на триста долларов, – продолжаю я, когда он молчит. – И он не прошёл.

– О, – выдыхает он. – И что случилось?

– Сюзетт одолжила мне деньги, – говорю я.

– Ну… хорошо, – отвечает он, будто это всё решает.

– Поэтому я позвонила в банк, чтобы узнать, куда делись деньги, – продолжаю я, чувствуя, как голос начинает дрожать. – И мне сказали, что ты снял тысячу долларов.

Снова тишина. Он явно не собирается облегчать мне задачу.

– Так ты это сделал? – спрашиваю я наконец.

Долгая пауза.

– Да, – говорит он тихо.

– Понятно. Просто это… довольно крупная сумма, чтобы снимать её без предупреждения.

– Да… – он медлит, и я почти чувствую, как он подбирает слова. – Прости. В этом месяце не хватило денег, и мне нужно было заменить оборудование. Я думал, что всё верну на счёт до того, как ты заметишь. Верну завтра.

– Какое оборудование? – спрашиваю я.

– Аэратор и фреза. Они дорогие.

Иногда мне кажется, что он выдумывает эти термины прямо на ходу. Но звучит убедительно. И я хочу верить. Хочу, чтобы всё было именно так.

Потому что альтернатива – это ложь. А ложь – куда страшнее сломанного оборудования.

Глава 35.

Нико ускользает.

Или, по крайней мере, так кажется, когда я слышу, как открывается задняя дверь – солнечным субботним днём. Слава богу, мы так и не смазали петли: этот протяжный скрип слышен, наверное, на весь дом. Я отбрасываю книгу и добегаю до двери как раз вовремя, чтобы перехватить Нико, прежде чем он сбежит.

– Простите, сэр, – прочищаю я горло. – Куда вы направляетесь?

Он смотрит на меня спокойно, без тени вины.

– К Спенсеру. Ты же сказала, что я могу идти, когда захочу.

Я действительно так говорила. Но ведь, насколько я знала, его не пускали в дом Дженис.

– А мама Спенсера не против? – спрашиваю я.

– Она сказала, что всё в порядке, пока мы остаёмся на заднем дворе.

Я вздыхаю с облегчением. После того, как Дженис запретила Нико общаться с её сыном, мне было обидно – так что теперь я рада, что мой сын снова в её милости. Пусть он и не может заходить в её безупречный дом, это вполне понятно.

– Ладно, – говорю я. – Только будь дома к ужину.

Нико кивает и убегает по направлению к дому друга. Я была так сосредоточена на том, чтобы не дать ему сбежать, что не сразу замечаю мужа – он стоит в углу двора. Впрочем, ничего удивительного: это его любимое место. Но сегодня он не тренируется. Он тихо говорит по телефону, и на его губах играет лёгкая улыбка.

С кем он разговаривает?

Я машу ему рукой, привлекая внимание. Он моргает, замечая меня, и улыбка мгновенно сходит с его лица. Но уже через секунду он снова улыбается, машет в ответ, бормочет в трубку ещё пару слов и убирает телефон в карман потёртых джинсов.

– Милли, – он пересекает лужайку, – у меня отличные новости!

– Правда? – я приподнимаю брови.

– Да! Есть потенциальный клиент – у него два больших поместья, нужна постоянная работа. Очень крупный заказ, – он сияет. – Всё очень хорошо.

Я смотрю на телефон, торчащий из его кармана.

– Ты говорил с клиентом?

– Ну… – он колеблется. – Не совсем. Это была Сюзетт. Клиенты – её друзья. Она хочет, чтобы я встретился с ними завтра.

– Завтра? – я стараюсь, чтобы голос звучал ровно. – Где?

– Это неформальная встреча, – отвечает он после короткой паузы. – На частном пляже.

В голове тревожно звенит колокольчик.

– На пляже? А Сюзетт тоже там будет?

– Ну… да. Они же её друзья.

Мне это совсем не нравится. Во–первых, он собирается уйти в выходной, который мы обещали провести всей семьёй. Во–вторых, какая ещё «деловая встреча» на пляже? И, наконец, я не хочу, чтобы мой муж проводил день рядом с Сюзетт в бикини – особенно после той улыбки, что я только что увидела.

Мелькает неприятная мысль. На днях, когда пришёл сантехник, я заметила на запястье Сюзетт новый браслет – дорогой, блестящий. Она сказала, что это подарок. И в тот же день с нашего счёта исчезла тысяча долларов. Мог ли Энцо потратить их на неё?

Нет. Он бы так не поступил. Не мог.

И всё же…

– Если завтра едешь на пляж, – говорю я, – бери детей. Всю семью.

– Что? Нет, Милли. – Он качает головой. – Это важная встреча.

– А семья не важна? – Я складываю руки на груди. – Ты работаешь без остановки с тех пор, как мы переехали…