Чтение онлайн

Она щёлкает пальцами прямо у меня перед лицом, демонстрируя непосредственность угрозы.

– Но это довольно безопасный район, – осторожно замечаю я, не желая прямо сказать, что держать школьника на поводке – абсурд.

– Ложное чувство безопасности, – усмехается она. – Знаешь ли ты, что три года назад восьмилетний мальчик пропал прямо на улице?

– Здесь?

– Нет, в нескольких районах отсюда.

– Где именно?

– Я же сказала – в нескольких районах отсюда, – раздражённо повторяет она. – Его мать отпустила его руку всего на секунду, и мальчик исчез. Без следа.

– Правда?

– Да. Они сделали всё возможное, чтобы найти его – подключили полицию, ФБР, ЦРУ, Национальную гвардию и даже экстрасенса. Но и экстрасенс не смог его найти, Милли.

Я не знаю подробностей этого «похищения», но точно уверена, что не слышала ничего подобного в новостях. И это ведь даже не происходило здесь. Для Дженис «в нескольких районах отсюда» может означать хоть Калифорнию. Не думаю, что будет полезно напомнить ей, что почти все похищения детей совершаются членами семьи. Похоже, она уже всё для себя решила. Спенсер, видимо, останется у нее на поводке до тридцати лет.

– Ну, рано или поздно им придётся возвращаться домой самим, – говорю я. – Мы с мужем оба работаем и не можем забирать их каждый день.

Она смотрит на меня с искренним изумлением.

– Ты работаешь?

– Эм… да.

Она цокает языком.

– Когда мой муж умер, он оставил мне достаточно денег, чтобы мне больше не пришлось работать.

– Хм… это очень хорошо.

– Это ужасно грустно, – продолжает она, будто не слыша меня. – Ваши дети растут без матери дома. Они никогда не узнают той любви, которую заслуживают – любви матери, не оставляющей их ни на минуту.

У меня отвисает челюсть.

– Мои дети знают, что я их люблю.

– Но подумай, как много ты теряешь! – восклицает она. – Разве это тебя не огорчает?

Слова «по крайней мере, мой ребёнок не на поводке» вертятся у меня на языке, но я каким–то чудом сдерживаюсь. Мои дети знают, что я их люблю. К тому же я люблю свою работу – я делаю добро для людей в больнице. И даже если бы не любила, сейчас мы с Энцо в довольно стесненных финансовых обстоятельствах, у нас на счету каждая копейка, пока он восстанавливает свой бизнес.

– Мы справляемся, – только и говорю я.

– Ну, я уверена, ты стараешься проводить то немногое время, что у тебя есть с ними, как можно лучше.

Почему–то мне кажется, что мы с Дженис не станем близкими подругами. Я так ждала этого переезда, а теперь начинаю думать, что выбрала самый недружелюбный тупик в городе. Одна соседка флиртует с моим мужем, другая – осуждает меня за недостаток материнской заботы.

И снова я ловлю себя на мысли: а не был ли наш переезд сюда ужасной ошибкой?

Глава 6.

Сегодняшний день в школе прошёл удачно.

Когда дети выходят из автобуса, их буквально распирает от желания поделиться впечатлениями. Нико уже успел подружиться со всеми в третьем классе и даже показал всем, как молоко хлещет из носа во время обеда – трюк, который он оттачивал месяцами. Ада не выглядит столь восторженной, как брат, но уверяет, что у неё появились новые друзья. Поменять школу посреди учебного года – задача не из лёгких, и я искренне горжусь ими обоими.

– Отборочные игры в младшей лиге уже в конце недели, – говорит Нико. – Когда папа вернётся домой? Он обещал потренироваться со мной.

Я бросаю взгляд на часы. Сюзетт просила нас быть у неё к шести – оставалось меньше часа. Зная Энцо, он постарается приехать как можно скорее.

– Скоро. Надеюсь.

– Когда именно? – не отстаёт он.

– Скоро, – повторяю я. Понимая, что этого мало, добавляю: – Знаешь что, иди–ка погоняй мяч во дворе, пока ждёшь.

Его глаза загораются.

– Мне нравится, что у нас теперь есть задний двор, мама.

– Мне тоже, – улыбаюсь я.

Нико убегает тренироваться на заднем дворе – роскошь, которая была недоступна нам в городе. Я поднимаюсь в спальню и наношу свежий слой консилера, чтобы скрыть синяки под глазами, которые, кажется, теперь навсегда со мной. Начинаю красить ресницы, но роняю каплю туши прямо в глаз – приходится всё смывать, потому что глаза моментально слезятся. Потом наношу нюдовую помаду, создающую эффект «без помады». Никогда не понимала смысл таких продуктов – хотя, если задуматься, зачем я её вообще купила?

Зеркала в полный рост у нас пока нет, поэтому приходится изворачиваться перед маленьким зеркальцем над раковиной, ловя отражение под разными углами. После пары неловких поворотов решаю, что выгляжу достаточно прилично. В любом случае, пора заняться десертом – моим вкладом в сегодняшний ужин.

По дороге с работы я заехала в супермаркет и купила яблочный пирог. Не поймите неправильно – я обожаю яблочные пироги. Но, доставая его из пакета, вижу перед собой именно то, чем он и является: дешевый магазинный пирог.

Мысленно представляю, какие колкости отпустит Сюзетт на этот счет. Уверена, она покупает свои десерты в какой–нибудь французской кондитерской с витриной из золочёного стекла.

Я снимаю пластиковую плёнку, но оставляю пирог в форме из фольги. Беру вилку и с художественной точностью подравниваю края, несколько раз протыкаю середину – теперь пирог выглядит гораздо симпатичнее. Может, сойдёт за домашний? Возможно.

Пока я оцениваю результат, скрипит входная дверь – Энцо вернулся. Слава богу, так как времени остаётся мало. Я выбегаю его встретить – и застываю. Мой муж с головы до ног в грязи. А нам через пятнадцать минут быть у Лоуэллов. Прекрасно.

– Милли! – его лицо озаряется улыбкой, но взгляд сразу падает на пирог. – Яблочный пирог! Мой любимый американский десерт!

– Я его приготовила, – осторожно говорю я.

– Правда? Похож на магазинный.

Чёрт. Наверное, я перестаралась с украшением.

Он тянется, чтобы поцеловать меня, но я отступаю, подняв руку.

– Ты весь в грязи!

– Я копал яму, – говорит он, будто это само собой разумеется. – Приму душ после того, как поиграю с Нико в бейсбол. Он ждёт.

– Энцо, – я с раздражением смотрю на него. – Мы приглашены на ужин к Сюзетт! Через пятнадцать минут! Помнишь?