Горнило верховного мага
Шрифт:
– Магия Старших.
– Турнажин с трудом встал.
– Ради всех древних богов...
Оба побрели к широкому входу. Тайскренн махнул рукой Танцору и Мечу, что успел встать рядом с ассасином.
– Назад!
– Что там?
– спросил Танцор.
Тайскренн встал, прижавшись к стене рядом проемом.
– Нечто огромное и мощное.
– Матрона?
Турнажин покачал головой: - О нет. Извне. Быстро приближается. Походит на... масштабный призыв силы.
Тайскренн кивнул.
– Да, у него привкус призыва, ритуала... но размах...
– Он напряг разум, пытаясь понять размер того, что близилось к ним. И не поверил своим ощущениям. Взгляд упал на мага Меанаса, на лице которого читалось то же ошеломляющее открытие.
Турнажин начал сползать по стене.
– Ради всех древних богов...
Четверо гвардейцев пялились на море. Блю подскочил к Гвинну.
– Там творится магия, но я не понимаю - какая.
Гвинн рассеянно кивнул.
– Аура подобна Рюзу, но иная. Темнее. Старше.
– Боги, она громадная, - выдохнула Гиацинта.
– Но что это?
– Не знаю, - ответил Блю, не слыша себя - рассудок всё пытался охватить масштаб происходящего.
– Идет чертовски быстро, - заметил Черный.
– Я о таком слышал, - пробормотал Гвинн, щурясь.
– О чем?
– О больших волнах. Говорят, они приходят после землетрясений - когда шевелится Бёрн. Или от гнева Маэла.
– Тут скорее гнев, - заметила Гиацинта.
На глазах ошеломленного, испуганного Блю водяная гора росла выше и выше. Гребень начал загибаться на юг, покрывшись пеной, пока основание охватывало весь берег.
Гвинн шагнул назад.
– Блю...
– произнес он тревожно.
Блю кивнул, не найдя слов. Он вдруг понял, что смотрит на титаническую водную массу не сверху вниз, а на одном уровне. И она росла еще, наливаясь мощью. Даже небо приобрело странный зеленоватый оттенок.
– Ради всех богов!
– выдохнул Черный, будто в молитве.
Блю схватился за рукав Ггиацинты.
– Выше!
– заорал он.
– Бегом!
Все повернулись и побежали по склону, пыхтя и поскальзываясь. Грудь Блю сжалась от низкого рыка, подобного голосам всех лавин и наводнений, которые он повидал за долгую жизнь.
Он оглянулся и пошатнулся, ибо понял: главное зрелище еще ждет впереди. Титаническая волна ударилась о берег и готова была поступить так, как поступают все волны.
Разбиться.
Он заставил себя карабкаться быстрее, хватаясь за кусты и камни. Еще взгляд назад - он увидел артефакт К'чайн Че'малле, ходячую гору, сооружение размером в город - казавшееся игрушкой под вертикальной стеной воды, уже вдвое его выше.
Лишь сосредоточенность Джианны на магии Рюза удерживало курс "Отблеска". Корабль мчался всё быстрее с горы воды, но та, казалось, не кончится никогда. Бревин и рулевой Рилт держались за кормило скорее для того, чтобы не упасть за борт, нежели управляя движением. Матросы вцепились в канаты или бросились на палубу. Торва укрылся в трюме.
Она посмотрела на корму, и закружилась голова: высокая гора воды оставалась почти плоской сверху и вертикальной с боков, словно нечто поддерживало ее снаружи.
Торва решился высунуть голову из люка.
– Идет на юг, - простонал он в ужасе.
Бревин крикнула от руля: - Она как застыла!
– Наскочила на берег!
– выдохнула Джианна.
– И сейчас...
– Она вырастет еще!
– закончил Торва.
Джианна смотрела, не в силах оторвать взгляд от неизбежного катаклизма.
– Что я натворила?!
– сказал она громко.
– Не терзай себя, - отозвалась Бревин.
– Берега необитаемы. И эту штуку нужно остановить.
– Если это вообще возможно...
– прошептала Джианна сама себе.
Картерон лез на холм, кряхтя и пыхтя. Он не вполне оправился от пешего путешествия и клялся, что никогда больше не ступит на землю - как поступает старый адмирал Нок.
Тревожные крики достигли ушей, он завертел головой, нашел север - и разинул рот.
На один ужасный миг показалось, что на них идет все море, встав дыбом; затем стало очевидным, что это одна гигантская волна, перегородившая долину от края до края.
Город К'чайн Че'малле стоял перед ней темным, невысоким силуэтом.
Он поднес руки ко рту и заорал: - Бегите!
Двое солдат потели, неся тяжелые носилки с припасами. Он подлетел к ним, ударил по рукам и крикнул: - Бегите, ради Беру! Просто бегите!
– и толкнул каждого в спину.
Казалось, все уже были на гребне холма; он поглядел вниз, отыскивая отставших. Там было несколько фигур - слишком далеко, чтобы помочь или даже подать знак. Он выругал их, себя, всех: почему всегда кто-то не слушает, не слышит и не думает? Капитан снова создал рупор из ладоней, ревя: - Бегите!
Однако его вопли заглушал гром: сотрясающий почву рокот невообразимых объемов воды, налетевшей на землю. На глазах гребень волы разбился, опадая. Его охватила достойная зверя паника, и капитан помчался выше, стеная и скользя по осыпям.
Земля сбросила его, роняя. Рядом прыгали валуны. Гром конца света ударил в голову, разрывая уши. Он лежал, ошеломленный; затем чувство самосохранения подняло его на ноги и потащило выше и выше.
Он ухитрялся хватить попадавшихся на пути солдат и тащить за руки, призывая к бегству. Иные отвечали, точнее, шевелили губами - но о слышал лишь гул стихии, что была всё ближе.
Тайскренн приложил ладонь к стене и ощутил новые, необычные содрогания горы.
– Слышите, Турнажин?
Маг склонил голову набок, призывая свой садок и вслушиваясь. Кивнул.
– Что-то грядет.
– Он тоже коснулся рукой стены.
– Движется. И как будто гонит пред собой воздух.
– Но что же...
– Тайскренн замолчал, ощутив нечто громадное. Древнее, падающее на него божьим кулаком. Обменялся взглядами с Турнажином; тот казался столь же одуревшим, каким он чувствовал самого себя. "Боги, если я не сошел с ума..."
Маги попятились от входа. Тайскренн крикнул Танцору и Мечу: - Назад! Назад!
– Но почему?
– Танцор двигался очень осторожно.
– По...
Все застонали, ударенные воздухом в грудь. Турнажин осел, сползая по стене, Танцор сумел устоять; Тайскренн ухватился за садок, и тут же пол ушел из-под ног. Все здание подскочило, будто его пнул ногой великан.
Тайскренн инстинктивно использовал садок для защиты. Танцор подобрал ослабшего Турнажина. Дассем, на удивление, словно не замечал содроганий горы.