Горнило верховного мага
Шрифт:
– Именно!
– засмеялся Орфел.
– Ты слишком далеко зашел, Маллик. Достославный лишит тебя сана, будь уверен.
– Он торжествующе улыбался.
– Думаю, вы разделите одну камеру.
– Я так не думаю.
– Маллик чуть склонил голову над провалом во тьму.
Грена ринулся и схватил блюстителя Веры за воротник и пояс. Поднял и бросил вниз.
Глайниф застыла в ужасе, не в силах закрыть уши. Мясистые шлепки и треск костей не заканчивались - Орфел падал и ударялся о всё новые витки лестницы. Но вот жуткие звуки прекратились. Маллик повернул голову к Грене.
– Кажется, наш надзиратель так спешил в камеры по неотложным делам, что сорвался. Посмотри, как он там, добрый Грена.
Здоровяк крякнул и потопал вниз. Маллик сложил пальцы колечком, ожидая. Глайниф так и смотрела, лишившись слов. И она считала себя жесткой? Женщина потрясла головой. Боги и демоны! Похоже, она все же сделала верный выбор.
Не скоро Грена вернулся и сообщил: - Орфел мертв.
– Встал на колено, Маллик протянул ему руку.
– Маэл да приветствует нового Блюстителя!
– крикнул Грена, целуя мясистые пальцы.
Рука Глайниф была у горла. "Точно. Слава новому правителю!" Она тоже стала на колени пред Малликом и поцеловала руку.
– Маэл видит тебя!
– произнесла она благословение.
– Поистине, поистине, - бормотал Маллик почти польщенно.
Хесса села на краю одного из южных порталов и кидала камешки вниз. Гора теперь плыла - точнее, видимая ей секция - на высоте двух локтей от почернелого камня; в расселинах там и тут булькала алая лава, выплескиваясь, только чтобы застыть и вновь почернеть.
Сама мысль о бегстве теперь казалась глупостью. Любой сгорит до смерти, если только не попадет на тропы и дороги, созданные для прохождения Охотников К"эл. Вот только дороги эти кишели самими Охотниками.
Похоже, выпавший им шанс успел улизнуть. Они оказались во власти безумного больного Джагута, который явно был на пороге смерти. Лучшая из надежд - на то, что он падет замертво. Вот только все сказки сходятся на том, что Джагуты имеют обыкновение цепко держаться за существование.
Ее внимание привлекли шаги.
Хайд бродил по залу, пиная камни и кусая шмат сухого мяса. Хотя бы гибель от голода им не грозит - они могут понемногу воровать со склада Че'малле. Хайд встал за спиной, озираясь.
– Певец зовет тебя.
Она вздохнула, медленно вставая.
– Хорошо. Зачем?
– Откуда мне знать?
Дорога назад, в громадный зал управления, стала привычной. Хайд тащился позади, вцепившись в кусок мяса руками и зубами. Хесса надеялась, что это не человечина.
Внутри, рядом с Певцом их ждали Турнажин и Айел. Джагут выглядел особенно плохо: оперся о ручаги, рот обвис, глаза покраснели и ввалились. Однако при виде капитана к нему вернулась насмешливая ухмылка.
– Ах!
– воскликнул он.
– Мы снова все вместе.
– Не совсем, - буркнула Айел.
– Ага, - кивнула Хесса.
– Давно не видела Корбина. Ты знаешь, где он?
– Он скоро покажется, - сказал Певец.
– Я больше волновался за тебя. Думал, попробуешь сбежать.
– Охотники меня поймали бы.
Певец кивнул, усмехаясь вполне безумно.
– Весьма верно.
– Так к чему это всё?
– спросил Турнажин.
– Мы близки к полной силе, - сообщил Певец.
– Скоро сможем провести последовательность для подъема горы.
– Как высоко? Вроде Отродья Луны?
Мучительный кашель схватил Певца, заставляя согнуться, однако он встал, кивая и утирая кровь с губ.
– Ну что же... не совсем так. Скорее на высоту человеческого роста. Чтобы К'чайн Че'малле могли запрыгивать на ходу. Это иной, вероятно, более древний образчик их механизмов. Предшественник летающих крепостей.
– И затем?
– сказал Турнажин осторожно.
Певец кивнул.
– И затем с вами закончим. Со всеми вами. Можете уходить с благодарностью и накопленными сокровищами.
– Так просто, - пробормотала Хесса.
Нелепая кривая улыбка не сползала с губ.
– Именно. Так просто. О!
– Он воздел палец.
– Почти забыл. Я кое-что принес.
– Он пошарил и показал обернутый тканью предмет.
– Ваш друг Корбин. Пытался сбежать.
– Певец развернул слои ткани и достал из ящика отрезанную голову.
Айел вскочила и попятилась.
– Что ты наделал!
– Что он наделал, - возразил Певец.
– Пытался сбежать. Сколотил ящик на носу саней, набил драгоценными камнями и пошел на север. Даже обмазался тухлым мясом, чтобы изменить запах. Но Охотники К"эл его перехватили, разумеется.
– Он коснулся кончика носа.
– Они знают ваши запахи, не обманешь. Он оказался там, где ему не нужно было быть. Вот всё, что я смог забрать.
– И ты ждешь нашей помощи?!
– Турнажин был бледен от гнева.
– Или так, или ваши головы попадут сюда же.
– Предельно ясно, - сказала Хесса, сражаясь за контроль над голосом.
– Можно идти?
– Конечно. Только не очень далеко.
– Певец снова засмеялся, перейдя на кашель, и ушел, горбясь и тяжело дыша.
Едва Джагут скрылся, Айел тихо зарычала: - Нужно уходить!
– Не о том был его урок, - сухо сказал Турнажин.
– Так что же делать!
– спросил Хайд.
– Что нам делать, каптен?
Хесса заставила себя отпустить серебряную рукоять стального даруджийского меча.
– Корбин сам решал. Сам заплатил цену. Я намерена вывести остальных живыми. Таково мое намерение.
Айел пятилась, мотая головой.
– Корбину это очень помогло. Идем, Хайд. Певец говорил о санях. Может, они их притащили назад.
Хайд посветлел.
– Черти! Полные сани каменьев. Святая Бёрн!
– Не заходите куда не следует!
– крикнула им вслед Хесса.
– Проклятие. А ты, Турнажин?
– Я остаюсь.
Хесса в полном раздражении закатила глаза к потолку.
– Зачем? Что ты надеешься приобрести?
– Я же сказал. Буду слушать и учиться.
– Учиться чему?
Ледяная улыбка раздвинула губы мага. Он порылся под курткой и достал трубку с дырочками по всей длине. Поднес к губам и выдул тихую ноту.
Хесса заставила себя не выбивать игрушку из рук мага.
– Боги! Ты же не думаешь, что...
– Она огляделась, ожидая нападения Охотников.
– Он убьет тебя, едва заподозрит.